Тьма моего сердца. Пропавшая жена

Плавное движение, и мы уже стоим на полу, точнее, стоит Терон, а я у него на руках, все так же прижата к его груди.
– Не бойся, малыш, нам с тобой некуда спешить.
И наконец он меня поцеловал, именно так, как я все утро и представляла. И этот поцелуй был лучше всех других…
– Боюсь, еще немного, и я уже не остановлюсь, – шепнул муж на ушко и нехотя поставил меня на пол. – Но если ты скажешь не останавливаться, то…
– Нет-нет, пора завтракать!
Я быстро отвернулась, смущаясь обнаженного мужского тела, и преувеличенно бодро потопала к шкафу, радуясь, что Терон не видит моего пунцового лица. В спину мне прилетел тихий бархатистый смех.
– Никс, – негромко позвал муж, и я замерла. – Посмотри на меня.
Я зажмурилась и замотала головой. Ни за что! Одно дело целоваться, закрыв глаза, а другое - рассматривать обнаженное мужское тело и все выпуклости и впадинки на нем. Нет-нет! И вообще, у меня есть любопытный ребенок, которому видеть это рано!
– Никс, неужели я так тебя пугаю?
– Не пугаешь, но… я стесняюсь! – выпалила я и нырнула в шкаф. – И ты отвернись!
– И не увидеть еще раз эти чудесные горохи? – в притворном испуге воскликнул Терон, а потом наступила тишина.
Медленно оглянулась, в комнате никого не было. Я быстро умылась, переоделась и вышла на кухню, где уже хозяйничала Рокси. На скамье стояла корзина, в которой спала Арина, а из-под стола выглядывал собачий хвост, когда я села за стол, он чуть шевельнулся.
– Мужики во дворе друг другу морды бьют, – не отвлекаясь от жарки яиц, сообщила Рокси.
– Опять?
И вот что они в этот раз не поделили?
– Да нет, они сказали, что потренируются и придут завтракать, – отмахнулась Рок, потрясла сковородой и тут же с любопытством поинтересовалась: – Ну, как ночь?
– Кошмары не снились.
– Можно подумать, ты не поняла, о чем я спрашиваю, – фыркнула подруга. – Соблазнила?
– Это еще кто кого соблазнял, – опять покраснела я и тут же подумала, что Дю не справляется со своими обязанностями, бледнею, краснею и заикаюсь от волнения, как первоклассница у доски.«Папа нас вычислил, – вздохнула Дю. – Ума не приложу, как?»
Так вот почему он меня назвал врушкой.
– Думаю, что если спросит прямо, то я ему отвечу. Дальше скрываться нет смысла, а тебе нужно учиться.
Дю опять расстроенно вздохнула. И я ее понимала, сама недалеко ушла от подросткового возраста. Мне бы тоже льстило столько времени водить взрослых опытных симов за нос.
– Так что, опять не было ничего? – не унималась Рок.
Она успела пожарить яйца и теперь нарезала сыр и хлеб.
– Не было. – Рокси иногда проще ответить, чем терпеть ее вопросы, а еще лучше перевести стрелки. – А у вас?
– А мы всю ночь разговаривали. – Она водрузила на стол стопку тарелок и вилок, и я принялась сервировать завтрак. – Он позвал Терона, и они вдвоем ощупали ребенка, обнюхали, заглянули в рот, нос, уши, только что не облизали. – Рок хихикнула. – Градис хотел отнести ее во дворец и показать целителям, но твой сказал, что ребенок абсолютно здоров и даже слишком развит. И так при этом на меня смотрел подозрительно-подозрительно.
– А ты?
– А я глазами лупала, ресницами хлопала и руками разводила. Мол, ничего не ведаю, ничего не знаю. А то, что кашей накормили, так от страха, что с голоду помрет. А кормилицу отправили, так зачем денежку тратить, коль ребеночек все ест сам?
– Как Градис к ней? – я кивнула на спящую Арину.
– Знаешь… – Рок села напротив и подперла щеку рукой. – Мне кажется, он рад. Он даже со мной начал нормально разговаривать и имя одобрил, только сказал, что второе сам даст, когда мы в их храме проведем обряд имянаречения. У них, дуалов, так принято. А еще он меня поцеловал… – Подруга залилась краской и понизила голос. – И сказал, что я молодец и, быть может, из меня выйдет толк.
– Да уж… – фыркнула я. – Мог бы и промолчать про толк.
– Да хоть так, – отмахнулась довольная Рокси. – Я же понимаю, где он, а где я. Я едва читать умею да до ста складывать, а он умный, опытный...
– Старый.
– Опытный! – с нажимом повторила Рок и повернулась к проснувшейся дочке. – Ничего, приручим мы его, да, Аришка? А вы с Дю рассказали Терону про себя?
– Нет.
– А когда расскажешь?
Не знаю. Пока у нас обоих много тайн друг от друга.
– Что расскажешь?
Терон возник у меня за спиной как всегда беззвучно, обнял за плечи и поцеловал в щеку.
– Про свой сон, – выкрутилась я. – Мне снился белый дракон, и мы летели по небу. Как думаешь, к чему?
– К скандалу.
В кухню зашел Градис, подхватил Аришку на руки и поднял вверх, девочка расхохоталась, а он нежно улыбнулся ей в ответ и начал корчить рожицы. Я же услышала глухой звук, это моя челюсть упала на стол. Он так умеет?
– Градис, человек ты неприятный, – произнес Терон, садясь рядом со мной, – но отец из тебя получится великолепный. Жаль, недолго.
Я пнула мужа в бок, нельзя же так! Зачем напоминать лишний раз о близкой смерти?
– Хоть недолго, но я успею побыть отцом, – не остался в долгу блондин. – Ты же и этого лишен.
Это как? Почему лишен? Что-то я ничего не понимаю!
– Я бы поспорил, но мне лень, – подмигнул мне Терон.
– Это как? – тут же озвучила мои мысли Рокси. Она поставила в центр стола большую сковороду с яичницей и сняла с нее крышку. Кухню заполнил аромат топленого масла и специй. – Почему дуа Терон не будет отцом?
– Потому что сим может делиться только один раз, а его сатия потеряла тьму, без нее у них не родится дуал.
– А просто ребенок родится?
– Терон у нас особенный, – недобро усмехнулся Градис, укладывая Арину обратно в корзину. Рокси тут же сунула ей в руки рожок с теплым молоком. – У обычного дуала родился бы, у него никогда.
– Почему?
Я посмотрела на мужа, он в ответ подмигнул и протянул Рок тарелку.
– Градис плохо меня знает. У нас будет сын, Никс. Как только ты этого захочешь.
– А…
– Твоя подруга не ошиблась, когда сказала, что дети у нас получаются с первого раза. – Он внимательно посмотрел мне в глаза. – Поэтому мы тщательно выбираем себе жен.
И откуда он знает о нашем с Рок разговоре?
– Выбирали, – скривился Градис. – Теперь же берем всех подряд.
– Дорогой, – запела Рокси. – Ты ведь хотел сказать, что вас берут, не так ли? И я, и Никс сами выбрали! – рявкнула она шепотом и скосилась на ребенка. – И тебя никто не держит, можешь валить куда хочешь. Надоел!