Королева-злодейка должна умереть, или Выйти замуж

- А мы были бы счастливы, - усмехнулась я с горечью. – Но ты просчитался, и умудрился подобрать сирену, которая настолько вскружила тебе голову, что ты решил убить собственную жену.
Я отвернулась, и с шумом выдохнула.
Конечно, в чем-то я была не права. Может быть Оусэнг и не принял бы такого решения, не начни Ириаса гражданскую войну, да только обида у неё была на мужа слишком сильной, да и рядом очень много «советчиков» оказалось, и подозреваю, что Лора без дела не сидела и плела интриги, учитывая, как её голос действует на мужчин. В книге правда всё было вывернуто наизнанку, и почему-то злодейкой была выставлена императрица, а не Лора.
Вот и результат – Ириаса сделала восстание, а в тот день, когда Оусэнг приходил к ней и предлагал уехать, она поклялась, что всё равно его уничтожит. И из-за клятвы ему пришлось её казнить. Только всё стало еще хуже, раз время повернулось вспять, и сработала клятва.
Скорее всего после смерти Ириасы началась гражданская война, и Оусэнга возможно даже убили.
Только я одного не могу понять – причем тут я? И вообще, где логика? По идее вернуть должны были Оусэнга, ведь он нарушил клятву, ввел страну в хаос, или того же императора магов, он тоже косвенно виновен в том, что случилось. Но мало того, что вернули Ириасу, которая знать не знала об этой клятве (и плохо, что не знала, может быть поступила, как-нибудь иначе и не столь радикально), так ведь и меня зачем-то приплели? Кто я такая вообще? И зачем я тут? Я же совершенно посторонний человек.
Или не посторонний?
И, например, перерожденная Ириаса?
Я и есть Ириаса?
Просто… переродилась в другом мире, там пожила, а потом опять вернулась в этот?
Но… опять же, где логика? Почему я всё помню? Помнить должен Оусэнг. Клятву давал он, а не я - Ириаса.
 
19 глава
- Нет! – услышала я голос Оусэнга и развернувшись посмотрела на него.
Мой муж стоял по среди комнаты и смотрел на меня с вызовом.
- Что? – с удивлением переспросила я, так как слишком сильно ушла в мысленные рассуждения о случившемся.
- Я сказал – нет, - повторил император. - Я не позволю тебе искать принца, и я не позволю для этого использовать Ло…, - он споткнулся на имени своей любовницы, и на его лице проскользнула гримаса ненависти, но спустя мгновение он смог вернуть себе самообладание, и тут же поправил сам себя: - не позволю использовать сирену. Я уже распорядился, чтобы её отправили на один из отдаленных островов. Там есть заброшенная крепость, в ней она и поселится под присмотром женщин – стражниц. К сожалению, о том, как убить сирену у нас пока нет информации.
- А там на острове те самые женщины-стражницы будут пытаться это сделать? – предположила я вслух.
- Именно, - кивнул Оусэнг.
Я какое-то время смотрела ему в глаза и думала о том, что и меня, точнее Ириасу он, тоже не задумываясь отправил на плаху, вот и со своей любовницей он поступил также, даже еще хуже. Безо всяких сожалений. Скорее всего её будут там мучить, и это без вариантов. Ведь им нужно найти какой-то способ её убить, вот они и будут это делать.
Я передернулась от ужаса.
Никогда не симпатизировала Лоре, но у неё и так жизнь была – не сахар, по рассказу самого же Оусэнга. И вот результат - теперь она не просто будет сидеть взаперти, как это с ней случилось большую часть её жизни, а еще и подвергаться пыткам. Очень сомневаюсь, что все попытки убить её будут безболезненными.
Я подумала о маленькой ни в чем не повинной девочке, которую посадили в холодную башню, где она сидела несколько десятков лет, и представил, что если бы со мной судьба поступила также, то я не представляю, как бы стала на месте Лоры.
Моё сердце сжалось от жалости к той малышке.
И где гарантии, что Оусэнг вновь не заведет очередную фаворитку, а от меня решит вновь избавиться, как он поступил когда-то с Ириасой?
Господи! Да о чем я только думаю?
Алекс сейчас находится черт знает где, мне надо его спасать. Я хочу с ним поговорить, хочу услышать его версию событий, а не ту, что преподнёс мне Оусэнг! Вдруг он вообще мне сейчас соврал? У меня нет никаких артефактов правды, и я не могу проверить его слова.
- Ты моя жена, - произнес император, вновь вырывая меня из мысленных метаний. – Я не собираюсь искать принца, зная, насколько он опасен, и зная, что он собирается меня убить, ввергнув нашу страну в гражданскую войну. Моя жизнь и жизнь моих детей – это залог стабильности. Не забывай про проклятие. Я не хочу сказать, что идеальный правитель, но ты и сама знаешь, что я всегда старался быть лояльным и поступать, по справедливости. Старался менять какие-то законы, которые по моему мнению вредили поданным, помнишь? – он шагнул вперед, заглядывая мне в глаза. – Мы ведь вместе хотели править, что-то менять, чтобы было лучше и правильнее всем во круг. В детстве столько мечтали, как мы сможем многое изменить. Я всегда прислушивался к твоим советам. Мы хорошие правители Ириаса. И должны продлить династию Кардаринг – вместе.
Он сделал еще несколько шагов и остановился рядом со мной, настолько близко, что мне даже пришлось голову поднять, чтобы посмотреть ему в глаза.
- Ириаса, - выдохнул он, - неужели ты думаешь, что я позволю тебе найти принца? Неужели ты думаешь, что я позволю этому чудовищу забрать у меня мою жену, и ввергнуть свою страну в хаос?
- Ты хоть понимаешь, что я не хочу больше быть твоей женой? – спросила я Оусэнга. – Ты хоть понимаешь, что я не просто так бежала с ним? И даже если бы мы не были парой, я всё равно бы это сделала.
- Ты сделала это, потому что боялась, что ситуация с Лорианной повторится, сейчас её нет, и всё будет хорошо.
Я усмехнулась.
- Ты через пару дней заведешь себе новую любовницу, и ситуация опять может повторится. Кто знает, кем она будет, что будет из себя представлять?
- Если ты будешь моей женой не номинально, а по-настоящему, смысла заводить любовницу у меня не будет.
- Я не хочу быть твоей женой не номинально, не по-настоящему, я просто хочу уехать от тебя, как можно дальше. Отпусти меня, дай мне Лору, я найду Алекса и сделаю все возможное, чтобы в твою страну они больше не приехали, и не пытались тебя свергнуть. А ты найдешь себе новую жену, она родит тебе наследника. И все будут счастливы.
В ответ Оусэнг покачав головой, произнес очень медленно и чересчур спокойным голосом, будто разговаривает с буйно помешенной:
- Ириаса, на тебя всё еще действуют чары сирены, король меня предупредил об этом, поэтому ты не совсем понимаешь, о чем просишь. Пройдет время, ты успокоишься, всё встанет на свои места. Мы будем жить также, как и прежде, а может даже иначе. Я много думал, и понял, что во многом виноват. Я всё делал неправильно. Наши с тобой отношения после свадьбы развалились, потому что у меня не было опыта. У нас обоих не было опыта.