Маленькая Рита. Переводчица

 
Глава 7. Непростая Нина
Собрание подошло к концу, я вылетела в коридор и свернула на лестницу. Пара шагов наверх. Растерянность заставляла играть в дурацкие прятки. Зачем я это делала? Как будто Матиас тут же бы всё бросил и кинулся непременно ко мне здесь и сейчас. К биению сердца даже не нужно было прислушиваться — оно пока не думало успокаиваться. Поднявшись до следующего пролёта, я присела на подоконник, раскрыла папку на коленях и всмотрелась в документы, которые мне нужно было перевести сегодня до вечера. Так, ерунда, которая никак не могла бы увлечь меня.
Глубокий вдох, выдох, и пора возвращаться в кабинет, попробовать, быть может, посплетничать о новеньких. Как их там… Денис и Виктория… Тьфу, Нина!
В коридоре всё ещё стоял гул голосов и топот неспешных шагов. Пара коллег поднимались на четвёртый этаж. Завидев меня с бумажками на подоконнике, они коротко кивнули и снова поздоровались. Постепенно шум рассеивался, расходился по коридорам и лестницам. Я вернулась на свой третий этаж и подошла к кабинету, в котором Дора громко кому-то выговаривала. «Только бы неон, пожалуйста!» — мысленно попросила я и открыла дверь.
К счастью, никакого Фогеля там не было. Дора с самым обеспокоенным видом разговаривала с секретарём Леной. — Неспроста они появились прямо сейчас, неспроста, — качала белокурой головой коллега и перебирала ручки в органайзере. — И Нина эта… не похожа она на серьёзную работницу.
— Да ну, — отмахнулась Лена и присела на небольшой бежевый диванчик в углу кабинета. — Говорю тебе, — настаивала Дора.
Я же как вошла, так и осталась на пороге, словно в чужом кабинете. — Рита, а вы как считаете? — обратилась ко мне Леночка. — Непонятно, правда, — я пожала плечами и подошла к рабочему столу. — А что тебя так насторожило, Дора?
— Новости про слияние с компанией Вальдблума уже никакие не слухи, верно? — начала Партугас. — Виктор Палыч открыто сказал.
— Ну была одна компания, а станет…
— Как-то очень вовремя взяли этих двоих, — Дора перебила Лаврецкую. — Тихонов сам сказал — свежая кровь, — Лена, как и я, не могла понять подозрений.
— А для чего? Мы разве не справлялись? Получали жалобы? Или поток клиентов настолько увеличился, что нам никак всё не охватить? Что скажешь, Лена? Ты должна быть в курсе объёмов. — Да ничего такого не происходит. — Вот именно, что происходит. Они сейчас на пробном периоде, якобы, я так думаю. Потом ими просто заполнят места иностранцев. Нина пришла на место какой-нибудь итальянки, а Озеров… он пришёл на место Вальтера.
— Дора, — несмело начала я, — подумай сама, одобрил бы Фогель-старший такой план?
— А что ему? Если работа будет выполняться в те же сроки, в тех же объёмах, зачем платить больше? Он ведь может назначить им совсем другие ставки, нежели Брандту, например.
— Хм, возможно, — кивнула Лена и со вздохом подняла взгляд к потолку. — Хотя, — Дора прищурилась. — Они же и налоги большие платят.
— А Вальдблуму или Фогелю что с этого? Они же не им лично отщипывают. Да и вроде только Брандт с Матиасом у нас сильно обложены ставками.
— В смысле? — я начала теряться в течении разговора.
Оказывается, так много всего, что непосредственно касается Вальтера и так важно, но совсем мне до сих пор неизвестно.
— Брандт — гражданин Германии и он — не резидент у нас в стране. — начала объяснять Дора. — А Мартина их пятого отдела, например, — резидент, она набирает необходимые дни в России. Так вот, Вальтер, получается, не гражданин и не резидент, поэтому с его зарплаты, если я не ошибаюсь, нехило снимают. В отличие от наших. — Есть такое. Но вряд ли это имеет какое-то значение. Так, девушки, — Лаврецкая положила папку на диванчик рядом. — Давайте лучше чаю выпьем, а не будем чужие деньги считать и думать, кого выкинут. Тем более, что пока об этом ни слова ни с какой стороны. Чай? — Совсем не против! — Дора выдохнула и упала в кресло. — Вроде бы ничего ещё не сделали, а как будто день прошёл.
Я только кивнула в ответ на заманчивое чайное предложение и, как только Леночка ушла, задумалась об услышанном.
Такие простые слова «гражданин Германии», «больший налог», «нерезидент», но они все не про чужого человека, а про моего Вальтера, а кажется, что совсем не о нём. Сколько всего я ещё не знаю о господине Брандте? Он снова начал превращаться в загадочного Мистера Х..
Но разве должен он вываливать на меня все эти формальности, которые никак не могут повлиять на нашу жизнь и отношения. Если только не думать постоянно о том, что он — гражданин другой страны, он — инородное тело в моём государстве, которое диктует для него некоторые правила по-другому. И значит, многое он видит и ощущает иначе.
Ох, кажется, мысли об инаковости завели меня слишком далеко и не туда. Работает Брандт и работает. Раз задача, два задача, один день в офисе, другой, третий… Теперь ещё и я. А какая я в его глазах? Вот это волнующий вопрос!
Но некоторая доля смысла в рассуждениях Партугас была, особенно на фоне новостей о слиянии с другой компанией. Им тоже вряд ли нужны кровососущие элементы вроде наших иностранцев, которые получают неплохие деньги, исходя из их опыта и национальности. А новеньким можно и поменьше отщипнуть, свалив всё на некоторый недостаток знаний, отработанных лет за плечами. А те и рады будут стараться далее, видя такую наживку и слыша обещания на будущее повышение.
Совсем скоро Лена вернулась с подносом, на котором расположились пузатые синенькие чашечки. Дора быстро расчистила место от бумаг и мелочей на своём столе, а я захватив из сумки пачку сырных крекеров поспешила присоединиться к чаепитию.
— Кстати, об иностранцах. Вальтеру — что, — хмыкнула Дора, откусила кусочек печенья и уставилась в окно. — Он вернётся без проблем в Германию. Ой…Лаврецкая внезапно сосредоточила сочувствующий взгляд на мне. — Вернётся к старой работе, — подхватила она. — А… чем он там занимался? — спросила я.
Дора и Лена посмотрели на меня по-разному: Лаврецкая улыбнулась, а Дора нахмурилась. Вот-вот и она отчитает меня за то, что я прожила и проработала почти целый год бок о бок с Вальтером, но так и не узнала, над чем он трудился в родной стране.
— Вальтер, главным образом, — присяжный переводчик, — серьёзно сказала Дора.
— Я слышала об этом. Он тоже здесь работал?
— Да, конечно, — ответила Лена. — На одном из процессов с ним Тихонов и познакомился. — Виктор Палыч ни в чём не был замешан, — поспешила улыбнуться Дора. — Переманил его в нашу компанию. Тем более, у него пара отличная — русский, английский. Да ещё и немецкий родной. Насколько я знаю, первое время он работал на себя
— В России — да.
— А вы знаете, — Лаврецкая, прищурившись, посмотрела на меня. — На судебном процессе переводчик произносит клятву.
— Любопытно! — ответила я совершенно искренне и наконец-то взялась за чашку с чёрным чаем. — А что он говорит?