Маленькая Рита. Переводчица
Вальтер решил поздравить меня с первой самостоятельной поездкой?
При других обстоятельствах я бы радовалась и крутилась вокруг цветов, счастливая девчонка. Сегодня им досталась усталая улыбка.
Тихонько на цыпочках я подошла к спальне. Мой любимый и ничего не подозревающий Брандт растянулся на животе на широкой кровати, обхватив подушку с моей стороны большими мускулистыми руками. Такие бы в два счёта смяли моего неудачного насильника, отбили бы желание приближаться к женщинам на любое обозримое расстояние. Брр.
Всё, я дома. У меня есть два дня, чтобы обдумать, как вести себя в понедельник.
Вспомнились слова Вальтера о планах на выходные со мной. Увы, мне было совсем не до развлечений. Быть может, я ошибалась, и стоило с головой уйти в задумки Брандта.
Нет, не могу, не могу, пока не разберусь. И чем скорее, тем лучше! Мне нужно увидеть его. Никого больше, только его. Главное, чтобы Вальтер не узнал.
***
Мы договорились встретиться в его квартире около семи в воскресенье. Я сама позвонила ему вечером в субботу. Было страшно и неловко, но отступать некуда. Сходу я предупредила, что разговор нас ожидает очень серьёзный и не самый простой. Он, на первый взгляд, принял правила игры.
Вальтер пока ничего не знал.
О, это волшебное слово «пока»! Оно успокаивает первое время и даёт карт-бланш от самых мелочей до крупных решений.
Что ж, пока я Брандту ничего не скажу.
Едва ли не впервые за сложный год я соврала ему о том, что в воскресенье мне нужно ехать к Лолите помочь с ремонтом. Маленькая ложь во избежание большой. Пусть это так работает.
Матиас снимал однокомнатную квартиру в новостройках на окраине города. Я почему-то всегда представляла, что он может жить только в пафосном старинном доме в историческом центре. Чистота и внезапный уют поначалу немного обескуражили меня, как когда-то, когда я впервые увидела жилище Макса.
Усталый Фогель встретил меня в офисном костюме - похоже, сам недавно вернулся с работы. Всё как обычно - лучшим специалистам нет покоя ни в будни, ни в выходные. Чёрт знает, чем он сейчас занимался. Дора ещё пару месяцев назад рассказала, он много чего делает удалённо на немецкую компанию. Так что его физическое присутствие может обнаружиться в любой стране. О личной жизни Фогеля после расставания с Партугас мне тоже ничего не было известно.
С кем он сейчас? Неужели один? Какое бы мне дело?!
Матиас дружелюбно улыбнулся и тепло поздоровался, когда открыл дверь. Но скоро извинившись и оставив меня в светлой прихожей, ушёл в гостиную, услышав звонок телефона.
Так странно я давно себя не чувствовала. Вроде бы мы были так близки, но в то же время так и не стали никем по итогу. Вернее, не остались никем. Ни друзьями, ни врагами, ни коллегами. Никем.
Когда Фогель приехал первый раз после Нового года в Россию, и я знала о совместных делах с Вальтером, очень боялась их встреч.
Стоит ли мне проходить или быстро выложить всё прямо на пороге и сразу уйти? Можно было и по телефону уладить…
Пока я задавалась глупыми вопросами, он вернулся со смущённой улыбкой. Матиас, ты ли это?
- Проходи, пожалуйста, - сказал он по-русски. Неужели ему тоже отчего-то неловко?
Я решила оставаться в комфортном для него немецком:
- У меня к тебе важное дело, - начала я.
- Я понял. Ты просто так ко мне ни за что бы не пришла. Чай? Кофе? Ностальгический вечер? Я скоро уезжаю. Мы для этого собрались? В нашем случае разговор выйдет достаточно пикантным.
- Матиас, пожалуйста, - напряглась я.
- Всё в порядке. Глупо получилось, извини. Вот только ты не ответила, ты что-то будешь?
- Нет, спасибо.
- Если честно, очень проголодался, так что идём лучше за мной.
Я только кивнула и прошла в небольшую и такую же, как вся квартира, чистенькую светлую кухню.
- А может, ты поужинаешь со мной? Тогда мы бы могли съездить куда-нибудь?
- Нет, Матиас, - я присела на мягкий стул, - спасибо ещё раз.
- Понял, но кофе ты мой всё равно попробуешь. - он улыбнулся открыто и искренне, собрав морщинки у глаз.
- Договорились.
В полной тишине он запустил кофемашину, всё также странно и слишком дружелюбно посматривая на меня. Или дело во мне — я привыкла видеть его совсем другим: неугомонным любовником с кипящими страстями в глазах. А теперь я могу наблюдать обычное поведение Фогеля в совершенно обычных бытовых условиях. Может быть, интерес ко мне пропал. Внезапная мысль больно кольнула самолюбие. Красивый мужчина, который недавно в любое время и в любом месте готов был соблазнить меня, теперь так буднично угощает кофе без единой искорки во взгляде.
Чёрт, Рита, ты снова уходишь не в ту сторону!
Матиас тем временем достал ужин из холодильника и закинул в микроволновку. Снова заботливо спросил, точно ли я не голодна.
Как только его скромный ужин - мясо в овощами и две чашки ароматного кофе оказались на столе, он устроился напротив меня.
- Я слушаю тебя, - строго начал он, не притронувшись к еде.
- Даже не знаю, как подступиться, - я ломала пальцы от волнения.
Совсем не таким представлялся разговор с Матиасом Фогелем.
А где бы мы ещё встретились? Ну, пригласила бы к Вальтеру, да?
- Разговор о Карелине, - чуть кашлянув, я отвела взгляд и отставила чашку с кофе. - Горячо.
- О Карелине? - Матиас нахмурился, взгляд стал острым.
Нет, точно. Таким серьёзным и внимательным наедине со мной я его никогда не видела. Теперь он и правда был похож на того человека, которого, скорее всего, знают Вальтер и Макс.
- Да, о Павле, - я, как идиотка, тянула время. - Ты же в курсе, что мы с Вальтером остаёмся в «Гампере»… А ты как-то просил меня держаться подальше от Карелина. Так что с ним не так? Можешь прямо сказать?
- Нет, - помотал головой Матиас, и я почувствовала себя полной идиоткой. Нужно было прямо с порога вывалить всю историю без глупых шатких подводок, что да как. Сходу: раз, два, три, помоги!
А если он сейчас начнёт покрывать Карелина? Особой моралью Фогель сам не отличается.
Но он продолжил:
- Нет, утверждать я ничего не берусь, но… Знаю его с самых первых лет в России. Карелин тогда пытался устроиться к отцу. Ещё университет не закончил, а был очень настырный. Моему папаше такие были не нужны, он искал опытных. После этого мы где-то пересекались, а в общих компаниях о нём иногда ходили нехорошие слухи. Именно в личном плане. Как профессионал, он якобы вырос, пытается приручить Вальдблума в «Гампере». И сейчас вроде бы все истории выглядят так, что бедного парня просто хотят очернить, не любят за лишнюю энергию и прямоту. Тем более, что россказни уж очень неприятные, чтобы верить.