Маленькая Рита. Переводчица
- Матиас - хороший парень. Представляешь, он мне так помог совсем недавно, поддержал в очень трудную минуту, когда просто хотелось всё крушить, ломать, швырять и скандалить… Мне прислали фото, хотели вывести из себя. И… она добилась этого. Но Матиас, он просто взял, обнял и стало спокойно, отпустило, голова вернулась на место. Иногда у меня появляются очень дурные мысли: если бы не было прошлого года… если бы я не знала Фогеля таким, как тогда, в июне, если бы в этой компании не случился Вальтер, я была бы счастлива встречаться с ним. Я бы хотела узнать его получше. Ведь на самом деле, Матиас - самая таинственная фигура среди всех нас. Для меня всё это время он представлялся просто охотником до моего тела.
- Ох, - Макс взялся за подбородок и с сочувствием посмотрел на меня.
- Нет, это всё ерунда.
- А что за фото? Ты говорила, тебе подложили какую-то гадость?
- Да… На снимке Вальтер и какая-то женщина. Лет 30, может, больше. Явно не сестра и не просто подружка. Он обнимает её и целует.
- А даты какие-то есть?
- Если бы… Будь фотка даже из 2013, она бы меня не волновала…
- Просто покажи Вальтеру, - Макс пожал плечами. - Самый разумный выход. Он - мужик такой, что если загадочная дама обернётся любовницей, он тебе прямо скажет: «так точно».
- Вот спасибо, вот утешил! Блин, Макс, - я прижалась к его здоровому плечу, - спасибо, что весь этот бред выслушал.
- Ещё недавно я в нём активно участвовал, - он по-доброму засмеялся.
Мы замолчали, сидя также близко друг к другу на подоконнике, пока в коридоре снова не послышались шаги. На пороге возник Матиас. Засунув руки в карманы брюк, он застыл на месте и смотрел на наши дружеские посиделки.
- Макс, я тебя потерял, - начал он по-русски и обвёл глазами кабинет. - Хорошо тут у вас. Интересные разговоры? - Фогель пристально и испытующе посмотрел на меня.
- Курить? - Зенф встал с подоконника.
- Немного, - кивнул немец.
- Рита, пойдём вниз или будешь меня ждать здесь?
- Ой, наверное, на банкет нужно вернуться, я тебя и так замучила.
- Ничуть! - Макс вскинул руки.
- Рита, - Фогель пропустил в коридор друга и остановил меня словами: - Может, ты подождёшь меня здесь? Не хочешь со мной поговорить?
- Матиас, - я положила ладонь на нагрудный карман его пиджака и покачала головой, - мы с тобой видимся каждый день в офисе, можем поболтать. Или приходи к нам с Вальтером в гости. Не думаю, что он будет против, ты понимаешь? Извини, нам правда пора вернуться на праздник, - с милейшей улыбкой я проскользнула к Зенфу и, взяв его под локоть, кивнула на лестницу: - Идём?
Глава 26. Точка- Матиас, отстань, и без тебя муторно, - отмахнулась я от Фогеля, как от назойливого июньского комара, и мучительно оглядела вечеринку. Тот будто порывался сказать мне что-то важное, но, как я для себя решила, всё его «важное» мне давно было известно.
- Мне нужно с тобой поговорить, - напирал он, -в спокойной обстановке.
- Извини, я забыла, как по-немецки будет «нет». Да и ты всё знаешь, верно? Признавайся, ты подслушивал нас с Зенфом?
- Ты мне льстишь, - криво улыбнулся Матиас. - Как мне понять ваш сложный русский? Особенно то, что говорил Макс.
- «Говорил» или «говорит»? Вы путаетесь в показаниях, господин Фогель. Хорошо, давай через минут 10–15 там же. Договорились?
- Отлично. Буду ждать. Это, действительно, очень важно.
Пусть помучается! Сам выдумал себе каприз в виде меня. Пустое!
Но бедный Матиас не мог не знать, что наше время истекает. В понедельник мы отправимся в новый офис «Гампера», почти в центре города. А Фогель-младший уже там не появится, он отказался работать на Вальдблума.
У Матиаса больше не будет возможности заявиться ко мне в кабинет в любое время, пристроиться за столик на обеде или в положенные шесть часов вечера предложить свои услуги водителя.
Больше такого никогда не будет. Точка поставлена сегодня. Конец совсем близок.
Как гордый рыцарь с вершины горы, я продолжала наблюдать за вакханалией в зале.
Когда крепкое здание нашего «Фогель и Ко» успело превратиться в щелистый сарай, куда заползло столько нечисти?
Пространство гудело от громкой музыки, хохотало прожорливыми и ненасытными горлами гостей, двигалось в самых причудливых танцах. На спинках офисных стульев, которые длинным рядом были составлены один на другой у стены, валялись чьи-то пиджаки и жакеты. Стоит потолку расколоться, штукатурке посыпаться на пьяные головы, стоит непривычно сияющему Фогелю-старшему начать страстно целоваться с аррогантным Вальдблумом, все эти бесноватые продолжат веселиться, как ни в чём ни бывало и не обращая ни на что внимания.
В паре метров от меня какой-то незнакомый и крепко захмелевший хмырь хлопал Вальтера по спине, а другой, длиннющий и лысый, орал ему на самое ухо:
- Дойчлянд! Дойчлянд, ма-айне ли-ибе!!! И-ист… И-и-и… чё-то та-а-ам!!! Сука, забыл! - захохотал лысый, а Брандт накрыл лоб ладонью, смеясь и качая головой.
Макс ещё с полчаса назад откланялся и поспешил домой, чтобы успеть увидеться с родителями. Это стало большой и неожиданной потерей — иначе любое представление рядом с ним и под его комментарии смотрелось бы иначе.
Интересно, если бы во мне была та же ударная доза шампанского или коньяка, окружающие стали бы милее и приятнее?
Не без удивления я заметила Нину в противоположном углу. Она держала бокальчик за самую ножку двумя пальцами и презрительно, как будто зеркально отражая моё настроение, смотрела на корпоративный разгул новой объединённой компании.
Ни Дашули, ни других «итальянок» рядом не наблюдалось - они давно отдались празднику в самом центре танцев и кутежа.
Мои глаза нашли у самого выхода Дору, которая с извиняющейся улыбкой что-то говорила Леночке. Я поспешила на островок благообразия.
- Риточка, Риточка, немчик мой! - розовощёкая Партугас протянула ко мне тонкие руки в браслетах, - дай мне обнять тебя. Скорее же!
Совершенно не противясь, я сама обхватила бывшую коллегу. На самое ухо она говорила с надрывом:
- Ты прости за мой гадкий язык, Рита. Прости! Ты оказалась отличной девчонкой, а сколько нервов я тебе перетянула, а?
- Дора, - я еле держалась от слёз, глотала их и гладила Партугас по спине. - Ты чего? Всё было правильно.
Мы расцепились и, не мигая, смотрели друг другу в глаза. Долго, долго. Сказали бы ещё чего, точно бы испортили весь макияж.
- Мне пора, девчонки, - Дора поджала губы и переводила взгляд с меня на Лаврецкую. Та, обняв себя за плечи, тоже еле держалась от эмоций.