Дыхание ветра

— Откуда в тебе столько силы, Артист? — пробормотал Антон задумчиво, уставив свои глаза прямо в глаза Алекса и буравя его, слегка суженые глаза своим взглядом.
— Тебя это касается?! — сказал Алекс голосом, не терпящим возражений.
— Ладно, проехали. Только ты сам-то не наглей. И от Аньки отвали!
— Опять раздаёшь бесплатные советы? — съязвил Александр, буравя того взглядом. — Объясняю для особо одарённых. Во-первых, не Анька, а Аня! Во-вторых, нет, не отвалю! И для предельной ясности — она моя! — последние слова он почти прорычал.
После этих слов Антон будто застыл, сверля взглядом спину уходящего прочь Алекса. Он промолчал, видимо нечего было сказать в ответ. И я его прекрасно понимала, тоже застыв с раскрытым от изумления ртом.
Что он только что сказал? "Она моя"? Это видимо обо мне. Я растерялась глядя на медленно идущего ко мне Алекса. Меня одолели противоречивые эмоции, и я просто впала в ступор. Хотела ли я, чтобы кто-то назвал меня своей? Никогда не думала об этом. Я же не вещь, чтобы вот так просто меня присвоить! Без моего согласия!
Он подошёл, такой высокий, сильный, напористый, навис надо мной, хоть я и стояла, всё равно была намного ниже ростом, и внимательно читал в моих глазах все мои мысли и чувства, которые даже я не совсем понимала.
Нахмурился и задумчиво опустил взгляд.
— Аня, — тихо проговорил, и я встрепенулась, отмирая. — Что-то не так? Я что-то не то сделал?
Он взял мои ладони в свои и снова заглянул в мои глаза, и ждал ответа, не отводя своих серых глаз от моего лица, и по какой — то причине мне показалось, что он снова загрустил.
Я не знала, что ему ответить, потому как сама ничего не понимала, но решилась:
— Мне показалось, что ты сказал Антону слова "она моя".
— Тебе не показалось. И уж точно я не объяснял ему, как определить род существительных. Я сказал так о тебе, — вымученно выдал он.
— Что ты себе позволяешь? Я не вещь! — ответила возмущённо.
— Антон велел мне отвалить от тебя. Но я не могу. Я прекрасно понимаю, что ты не моя собственность, но ты нужна мне…
— Правда?
— Конечно. Ты мой репетитор, мой громоотвод, моя подруга. Моя девушка, наконец.
— Я твоя девушка? — удивилась я.
— Если ты не против, — прошептал, а в глубине его глаз горел тёмный огонь.
— Я подумаю, — сказала я, и Александр опустил взгляд, и сразу же добавила. — Хорошо, я согласна!
Его взгляд, в котором читалось облегчение, снова метнулся к моему лицу, губы были так близко, что я ощущала его дыхание на своих губах. И плевать, что одноклассники ещё не ушли, а стоят, пялятся, я ждала поцелуя. Но…
Он не поцеловал.
— Спасибо, — вымученно произнёс, и очарование спало, улетучилось. Я вытянула ладони из его пальцев и разочарованно отвернулась за своим рюкзаком, сказав:
— Мне пора домой.
Мы медленно прошли мимо Антона и его товарищей, которые пялились на нас, всё ещё отряхиваясь от листьев и пыли. Они ни словом не задели нас, и мы вышли за ворота, направляясь в сторону моего дома.
Алекс снова взял меня за руку, и это действие было столь естественным, что я и не подумала протестовать, и крепко держал, пока мы шли. Всю дорогу молчал, но мне не нужны были слова. Ощущая тепло его крепкой ладони, сжимающей мои пальцы, я чувствовала себя странно, вроде бы должна была чувствовать себя счастливой, но какой-то червячок сомнения подтачивал мою уверенность в этом.
     
Глава 20. Знакомство с родителями
   
Анна
Подходя к дому, я не сразу заметила своего отца, который колол на улице дрова, так как, находясь в состоянии задумчивой эйфории, не глядела вперёд. Видимо, дрова привезли только сегодня, и отец спешил убрать их с дороги.
— Это твой отец? — спросил Алекс тихо.
— Да, — ответила, встрепенувшись, и, подумав, что папа может неправильно понять увиденное, попыталась высвободить свою ладонь из руки Алекса, но, как оказалось, сделать это было практически невозможно — он не желал отпускать.
Так, держась за руки, мы и подошли к моему папе, который увидел нас издалека и поджидал, стоя с топором наперевес. Это было одновременно смешное и пугающее зрелище. Отец как будто всем своим видом показывал, каким образом разберётся с любым, кто посягнёт на его кровинушку.
Мечущие молнии глаза и топор в его руке наводили на мысль о позорном бегстве, но ноги чисто на автомате всё же несли меня вперёд.
— Привет, пап, — произнесла, смущённо опустив глаза.
— Здравствуйте, — спокойно сказал Александр, не отводя прямого взгляда.
Отец подозрительно оглядел его с головы до ног, задержав свой взгляд на левой руке Алекса, крепко сжимающей мою ладонь. Явно неудовлетворённый увиденным, с шумным выдохом воткнул топор в большой пенёк и громко произнёс:
— Дочь! Это кто?
— Пап, — ответила быстро. — Это мой одноклассник, Малинин Александр.
Потом я взглянула на Алекса и представила отца:
— Мой папа, Андрей Иванович.
Алекс, прямо глядя моему отцу в лицо, протянул ему руку для рукопожатия, которую отец задумчиво пожал.
— Значит, Малинин! Что ж, я знаю твоего отца, — сказал папа. — Мы вместе работаем в лесхозе. Неплохой мужик. Ты, заходи, коли пришёл, гостем будешь.
Алекс удивлённо взглянул на меня — он явно не ожидал, что его пригласят в гости, на что я улыбнулась ободряюще и пригласила войти во двор. Очень хорошо зная своего отца, я понимала, что с ним бесполезно было спорить, и если он что — то задумал — не переубедить. А сейчас он, похоже, решил лучше узнать, с кем дружит его дочь, поэтому пригласил парня, чтобы пообщаться.
Распахнув калитку, втроём мы вошли во двор и направились по бетонной дорожке к дому.
Откуда ни возьмись, с оглушительным лаем выскочил Шарик и принялся кружить у ног Алекса, норовя ухватить зубами за штанину. Отец, который шёл первым, и уже успел приоткрыть входную дверь в дом, оглянулся и прикрикнул на пса, но, похоже, нисколько собаку не успокоил, а только ещё больше раззадорил.
Обычно Шарик слушался отца, но сегодня, видимо, был не его день. Пришлось мне снова ловить дворнягу, чтобы посадить на привязь, но как ни старалась, у меня не получалось ухватить его за ошейник — пёс как-то умудрялся выскальзывать из захвата рук.
Всё это стало уже порядком надоедать, как вдруг Алекс быстрым движением изловил собаку и, удерживая за ошейник одной рукой, предоставил мне возможность всё-таки схватить это лающее чудовище, но мелкий злющий гад, ставший внезапно кровожадным, извернулся всем телом и вцепился в запястье парня своими острыми зубами. Укус был не особенно глубоким, но по руке Александра потекла алая струйка крови.