Дыхание ветра

Я двинулась вслед за ним, вышла на крыльцо, но не увидела Алекса возле дома. Не раздумывая, я бросилась в сторону леса, в ту сторону, куда, по-моему, он мог бы направиться. Кое-как перебравшись через старый забор, я, что было мочи, помчалась туда, куда несли меня мои ноги. Было тепло и сухо, давно не было дождей, поэтому следов разглядеть было невозможно. Я некоторое время бежала, словно сумасшедшая, но потом догадка, что может быть я бегу совершенно не в ту сторону, осенила меня, и, остановившись, я огляделась.
Красные стволы величавых сосен окружили меня со всех сторон, земля была усыпана прошлогодней сухой хвоей, и было очень тихо, как будто я распугала всех птиц. Даже дуновение ветерка не нарушало этой тишины, лес, словно заколдованный, принял меня в свой сказочный мир и старался не тревожить подсознательными страхами. «Я больше не увижу Александра, — горело у меня в голове, — За пять лет может произойти что угодно. Он может погибнуть в стычке с вампирами. А я так никогда и не узнаю об этом. А так же он ясно дал мне понять, что не желает, чтобы я его ждала».
Из моей груди от бессилия что-либо изменить, вырвался крик отчаяния. Я хотела зарыдать, чтобы хоть как-то облегчить свою боль, но мои глаза оставались сухими и горячими, словно в них уже не было слёз, способных их остудить. Проведя руками по шершавому морщинистому стволу старой толстой сосны, я ощутила его тепло, почувствовала запах смолы. Потом бессильно опустилась на прогретую лучами летнего солнца землю меж толстых корней, извивающихся, словно змеи, у моих ног, то уходящих вглубь земли, то выступающих из неё.
Вдруг краем уха я уловила сильный шум, который очень быстро приближался ко мне. Вскочила и прислушалась — треск сухих веток и тяжёлая поступь уже различалась довольно явственно. У меня возникло впечатление, будто кто-то очень большой, не разбирая дороги, мчится прямо к месту, где я находилась. «Что или кто это может быть? Дикий зверь, либо нечто более страшное, с чем мне уже приходилось сталкиваться, и о той встрече я безуспешно пыталась забыть. Если это зверь, почему он несётся прямо ко мне, ведь звери должны бояться человека, значит это, скорее всего, не лесной житель, а то существо, встреча с которым могла стоить мне жизни». Ужас охватил всё моё тело. Я не могла пошевелиться. Да и что я могла сделать? Если это то, о чём я думала, то мне уже ничего не могло помочь. Из последних сил, на совершенно не гнущихся ногах я кое-как обошла толстую сосну и спряталась за ней, как можно сильнее прижавшись спиной к её тёплому шершавому стволу, и не смотрела в ту сторону, откуда неуклонно приближался монстр, в слепой надежде, что он не заметит меня.
Через несколько секунд чудовище уже было близко. Оно, не замедляя шаг, пролетело мимо меня, и я узнала его. Мой ветер! Таких волков в нашей местности не водилось, так что спутать с кем-то другим было просто невозможно. Пробежав ещё несколько метров, оборотень круто развернулся, так, что его лапы заскользили по прошлогодней хвое, и застыл, как вкопанный, переводя свой взгляд из стороны в сторону, а потом остановив его на мне. Я наконец — то смогла выдохнуть и расслабиться, мой страх улетучился сам собой, и, сделав несколько шагов по направлению к нему, я опустилась на землю, так как из-за пережитого ужаса ноги отказывались меня держать. Я смотрела на волка, не сводя глаз. Он был прекрасен в этом образе. Мощные лапы, поджарое тело, покрытое лоснящейся на солнце угольно-чёрной шерстью, гордо посаженная голова, стоячие уши, внимательные цвета грозовых облаков глаза — я залюбовалась им. «Ты здесь!»
— Ты стал больше! — восхищённо сказала я. — Почему ты здесь?
Конечно, мне никто не ответил, только ветер шумел в вышине, но чёрный волк сделал несколько неуверенных шагов ко мне, остановившись неподалёку, наверное, не хотел пугать меня. Тут я догадалась, почему он мог быть здесь, и предположила:
— Ты услышал мой крик, прости, я кричала, не подумав, что ты можешь это неправильно понять. Мне ничего не угрожает. Это от избытка чувств.
Я медленно поднялась и сделала несколько шагов к нему и, протянув вперёд руку, коснулась длинной жёсткой шерсти на его загривке. Забыв об осторожности, слегка склонилась и обняла оборотня за шею, прислонила свою голову к его волчьей голове. Некоторое время он не двигался, потом начал медленно ложиться на землю, отчего я выпустила его. Потом присела рядом с ним, и он положил голову мне на колени. Я погладила его по голове и, сквозь туман наворачивающейся на глаза пелены глядя в его тёмно-серые волчьи глаза, попросила:
— Пообещай, что вернёшься ко мне…
Он не отвёл своего преданного волчьего взгляда и, прядая ушами, тихо вздохнул.