Варвара начинает и побеждает

И первым делом увидела растрёпанную и заплаканную Ласточку. Внутренняя Барбара, давно не дававшая о себе знать, зашевелилась внутри – кто посмел? Убить!
Вокруг походного складного сиденья, на котором сидела моя сестра по Ордену, стояли трое мужчин, и одного из них я видела совсем недавно в зеркале, а двух других – когда король устраивал смотр войск.
Фиделио Польо, значит.
- Кто посмел обидеть сестру Ласточку? – поинтересовалась я.
- Где это вы увидели здесь такую, госпожа? Эта бесстыдница в мужской одежде не может быть ничьей сестрой и ничьей дочерью, – Фиделио Польо даже поклонился, что, пытается играть в какую-то там вежливость?
Не выйдет.
- Не боитесь, господин Польо? Орден стражей – серьёзный противник.
Я огляделась – ну точно, двое старших сыновей смотрят, как бараны, а где младший?
Арнульфо сидел в углу, под глазом наливался синяк, и наверное, лицом дело не обошлось. Убью тварей.
- Уходите, госпожа! – прошептал он.
Ну вот ещё.
- Нет, госпожа, я никакого Ордена не боюсь. Кажется, вы питаете необъяснимую слабость к моим младшим детям. Так вот, или вы сейчас меня слушаете, или их дальше бьют.
- Только попробуйте. Знаете, мне и без того есть, за что с вас спросить, а теперь и вовсе. Бессмертный, что ли?
Барбара рвалась изнутри уже нешуточно. Я повела плечами в сторону старшего из братьев Польо, он схватил было Ласточку за руку, но получил даже не магический удар, а просто ногой под рёбра. В изящных ботинках было бы больновато так сделать, но надела-то я сапоги, потому что под длинной юбкой не видно, а ходить в них удобнее. Он не ожидал и свернулся пополам, и получил ещё пощёчину – с заполыхавшими кончиками пальцев.
Средний попытался помочь брату – и тоже получил в рожу.
Правда, их отец схватил Ласточку за плечи и встряхнул.
- Успокойтесь, госпожа Барбара. Иначе всем будет хуже.
- Мы можем просто подождать, за мной вскоре придут. Я сказала, куда собралась, - а мысленно я крутила в голове варианты – орать? Звать на помощь? Бить и рассчитывать, что младшие Польо поддержат?
- Когда придут, вы выйдете и скажете, что мой старший сын посватался к вам, и вы дали ему согласие.
У кого-то плохо с головой?
- И кому я это скажу? Своему жениху или его брату-королю? Или обоим сразу? И каким местом вы подумали, что я соглашусь, после того, как подослали ко мне убийцу? И ещё после того, как вот этот ваш сын отказался послушать меня и прийти на помощь, как подобает вассалу, ссылаясь на ваш запрет и для него, и для прочих ваших домочадцев?
- Если вы войдёте в мою семью, никто не осмелится ни о чём меня спрашивать, драгоценная госпожа Барбара.
- Он у вас что, умом повредился? – спросила я старшего сына.
Тот отскрёбся с полу и перегородил мне выход из шатра.
- Правильно, пусть госпожа пока остаётся здесь. А станет кричать – бейте Бланку.
Кажется, этот урод хотел выйти, но задержался, говоря что-то тихо второму сыну. Я оглядела себя – вот ведь угораздило вляпаться, ни зеркала, ничего.
Впрочем… На левом запястье тускло посверкивал браслет – в виде короны. Змеюшки! А доползут ли? Я сжала браслет, что было сил.
- Змеюшка, приходи, не справляюсь сама!
- Я здесссссь, - зашелестело, зашуршало, засвистело.
Змеиная матерь появилась из ниоткуда, да не одна – змеи ползли, струились и текли, в траве, которую не утоптали до конца, по подпорным кольям, по металлу доспехов, коже конской упряжи и дереву дорожного сундука.
- Кто оссссмелилсссся угрожжжать тебе?
- Фиделио Польо, - сказала я, и показала на разинувшего рот от изумления предателя. – Он пытался убить меня, его дети не пришли защищать Кастель-аль-Либра, когда я звала на помощь – кроме двоих младших, Бланки и Арнульфо. А сейчас он хочет, чтобы я вошла в его семью и принесла ему все владения Ливарио! А не обойдётся ли он?
- Обойдётссссся, - в свисте мне почудился смешок.
Змеиная матерь оказалась на плечах у главы дома Польо, изящным жестом обвилась вокруг его шеи и укусила. С глухим стоном он рухнул на землю, и вокруг него тут же заклубилось змеиное население.
Старшие сыновья пытались отбиться от змей, но змеи, казалось, были везде. Бланка перестала плакать и выпрямилась, Арнульфо попытался подняться на ноги, ему не удалось, он сел и прислонился к деревянной подпорке.
- Спасите нас, госпожа, спасите! – завопил средний, Одерико. – Бланка, ну хоть ты ей скажи! Мы будем служить, верно служить! Марсилио, не молчи, скажи тоже!
- Клянусь… - старший Марсилио опустился на колени, потирая обожжённую щёку.
- И я тоже клянусь! Ай! Не ешьте меня! Я был послушным сыном!
- Что здесь происходит? – знакомый голос раздался, как гром небесный, и в шатёр шагнул Лео. – Что-то ты подзадержалась, прекраснейшая? Чем помочь? Ого, ничего себе!
- Спасибо, уже всё хорошо. Это… это хорошие змеи, они не тронут. Это наши змеи, - я шагнула к нему и взяла за руку.
- Что решишшшь про осссстальных? – Змеиная матерь заползла по центральному шесту и смотрела прямо на меня.
- Может быть, они достаточно устрашились? И не будут больше совершать подлостей? – я грозно посмотрела на Марсилио и Одерико. – А если будут снова, то я ещё тебя позову. Тебе не противно есть подлецов и предателей?
- Я привычччная, - мне показалось, что змея смеётся. – Зови, как будет нужжжжда, и зззаглядывай к нам!
- Принесу мышей, - кивнула я. – Спасибо, - и поклонилась.
Змеи исчезли – как не было.
Лео смотрел на меня с великим изумлением.
- У меня были некие вопросы к господину Польо, но может быть, и к лучшему, что уже не нужно их задавать?
- Что, он и у вас там тоже отметился?
- Его не поймали за руку, но были подозрения, что он заодно с мятежниками из Аль-Черали.
- Так спроси его сына, того, что был там с вами, - я кивнула на старшего.
- Это всё отец! Я не при чём! – замотал головой тот. – Накажите по-честному, только не зовите змей! Я боюсь змей!
- Кто здесь боится змей? – Аль-Джафар, именуемый Змеем, шагнул в шатёр снаружи.
- Вот этот человек, - кивнула я на старшего Польо, лежащего на земле с таким видом, будто из него выпили всю кровь. – Помнится, ты говорил что-то об этой семье. Они и с тобой как-то сговорились?
- Они хотели тебя в свою семью, я обещал помочь – с условием, что мы поделим владения. А потом случилось то, что случилось.
- И что же, ты больше не горишь желанием им помогать? – усмехнулась я.