Сказания о Небожителях: Сфера

— Я имею в виду… Тысячи демонов, возьми себя в руки! Если уж прошла испытание — борись, глупая.
От неожиданности Кан Мейлин перестала плакать и притихла, с удивлением глядя на юного заклинателя. Наконец, она заговорила:
— Моя наставница… Думаю, я ей не нравлюсь.
— Ты поэтому плакала? — Лан Шанью закатил глаза. — Любят же женщины мутить воду почем зря…
Настала очередь Кан Мейлин хмуриться. Она возразила:
— Но я… Я правда не знаю…
А потом девочка запнулась, потому что ей, отчего-то, стало стыдно.
— Просто смирись, Кан Мейлин, — усмехнулся Лан Шанью, — люди — мешки с дерьмом. Всегда найдутся те, кому ты не будешь нравиться.
Он выражался грубо, но это, признаться честно, по-своему утешило Мейлин.
— Получается… Для кого-то я тоже мешок с дерьмом? — невольно улыбнулась она.
Лан Шанью насмешливо фыркнул:
— Истинно так.
Кан Мейлин рассмеялась и, стирая со щёк слёзы, даже забыла, из-за чего она начала так горько плакать. В конце концов… Да, вечно будут встречаться те, кто настроен негативно, по отношению к Мейлин. Если она сдастся — лишится всего.
— А ты… — неожиданно, выпалила девочка, прикусив нижнюю губу. — Как ты поживаешь?
Она, конечно, имела в виду его синяки и побои. Лан Шанью дёрнул плечом, будто его подобные вопросы раздражают и высокомерно заявил:
— Я достаточно талантлив для того, чтобы справиться с проблемами.
Удивительно, но Кан Мейлин не обиделась, хоть и уловила намёк. Складывалось впечатление, будто Лан Шанью постоянно защищается… И от неё в том числе.
Он явно никому не доверяет. И Линлин не могла осуждать его за это.
— Эй… Лан Шанью… — она окликнула паренька, когда он решительно направился прочь.
— Что ещё? — отозвался заклинатель.
— Я… Могу приходить сюда в дальнейшем? — глупо пробормотала Кан Мейлин, смутившись.
Это тайное место было её единственным утешением в сложные моменты, но она чувствовала потребность узнать мнение Шанью.
И вновь он закатил глаза, усмехнувшись:
— Второй раз… Ха-ах. Тебе нравится это место?
Дождавшись неуверенного кивка от Мейлин, Лан Шанью заключил:
— Тогда приходи.
А потом ушёл, столь же гордо, как и всегда.
***
Не сказать, что все проблемы Линлин были решены, после разговора с ним. Однако, она нашла в себе силы продолжить обучение с наставницей и старалась прислушиваться к её «советам». За бесконечными упрёками Шао Лилинг было трудно разглядеть рациональное зерно, однако же, иногда она поправляла Кан Мейлин и та старалась запоминать её слова, практикуясь в свободное время.
Самой важной частью свитков оставались правильно нарисованные символы. Именно в них запечатывалось «нечто». Поэтому, Мейлин понимала, что придирки наставницы Шао к её почерку вполне оправданы.
Движения кисти должны быть безупречными, чтобы рука ни разу не дрогнула, начертав очередной символ… К тому же, Кан Мейлин иногда в них путалась. Дело в том, что для запечатывающих свитков использовались более ста символов и рун, некоторые из которых пришли из далёкой древности.
Добавил лишний завиток? Чуть изогнул прямую линию? Свиток можно считать испорченным.
— Пойми же ты, наконец! — шипела Шао Лилинг. — Запечатывающие свитки — отнюдь не простое ремесло. Одна ошибка — и он не сработает, или даст противоположный эффект.
Только выучив наизусть обилие символов и рун, Кан Мейлин смогла бы самостоятельно их комбинировать. Хотя, ей до этого уровня ещё расти и расти… На начальных этапах она лишь пыталась повторить простейшие вариации, созданные учительницей Шао.
Каждый раз Кан Мейлин выходила с занятий, чувствуя, что её руки распухли от постоянной практики. Рукава девочки вечно измазаны в чернилах и на сей раз она тихо радовалась тому факту, что за одеждой не приходится следить самостоятельно…
Стиркой и готовкой занимались слуги Храма Небожителей из внешних пределов. Линлин редко встречала кого-то из них. Судя по всему, им не разрешали долго присутствовать на пиках. К мастерам приставляли личного слугу, что считалось очень почётным, но и те вели себя неприметно.
Иной раз девочка задумывалась о том, что она также могла стать служанкой Храма, если бы не лидер Си. И эти мысли заставляли её трудиться усердней…
После сытного ужина в компании других младших учеников, она хотела бежать практиковаться, но её остановили.
— Мастер Шао так мучает тебя? — нахмурилась одна девочка, по имени Ю Шун.
На пике Шаньси Ю Шун считалась одной из самых способных учениц. Хотя она совсем недавно прибыла в Храм (чуть раньше Кан Мейлин), её чрезвычайно сильно ценили. Линлин старалась не завидовать Ю Шун, однако же, тихо вздыхала про себя, зная, что Ю Шун дозволили стать ученицей Ван Линга.
А это значит, что Шушу станет мастером артефактов из нефрита, что считалось очень редким и почётным.
Говоря об их отношениях с Мейлин… Ю Шун, в каком-то смысле, чувствовала ответственность за непоседливую Кан Мейлин и потому периодически опекала её.
Линлин не была против, лишь одна вещь немного смущала…
Ю Шун казалась очень амбициозной. Она будто из тех людей, которые настолько работоспособны и горды, что прошибут любое препятствие на своём пути. Мать всегда советовала Мейлин остерегаться подобных личностей.
«— Рады они тебе, или же ты им не нравишься — не столь важно. Тот, кто ради собственных амбиций готов на всё — бесспорно опасен» — твёрдо говорила Вейло Иинг.
Конечно, Кан Мейлин не считала Шушу плохой. Просто… Вела себя осторожно, на всякий случай. Вот и сейчас девочка вздрогнула, отвечая крайне уклончиво:
— Ну… Не совсем. Я сама стараюсь практиковаться, оттачивая навыки…
Ю Шун поджала губы и недовольно вздохнула:
— Ты такая легковерная, сестрица Кан… Очевидно же: Шао Лилинг изводит тебя почём зря. Впрочем… У неё и без того плохая репутация на пике Шаньси.
Ю Шун гордо задрала подбородок, будто подчеркивая факт, что у неё-то репутация на высшем уровне.
— Р-разве? — удивилась Кан Мейлин. — Я думала, мастер Шао сведущая…
— У неё есть талант, — не стала спорить Ю Шун, подаваясь вперёд, — но она очень сложный в общении человек. И поэтому её мало кто любит.
— О, вот как? — насмешливый голос над их головами заставил Ю Шун чуть удивлённо отпрянуть.
Кан Мейлин закрыла глаза, тихо вознося молитвы богам. Она уже поняла, что Шао Лилинг услышала сплетни о себе, что грозит новыми проблемами…
— Злословие за спиной мастера — не красит тебя, Ю Шун, — сурово припечатала Лилинг, прожигая недовольным взглядом обеих девочек.