Прятки с женихами

Начальник вздохнул, посмотрел на дверь за моей спиной и проговорил:
— Он сказал… только мне очень не понравился его мотив. Мне вообще идея вашего сближения не импонирует.
Вот после этих слов я захотела провалиться под землю.
— Иван мой племянник, а точнее… практически сын, так как старший брат умер, погибнув вместе с женой в автокатастрофе, а Ваньку пришлось воспитывать мне.
Еще лучше! Из всех мужчин я выбрала в женихи бабника, а чтобы ему отомстить — сына своего директора! Класс! Можно уже начинать писать заявление на увольнение и паковать барахлишко — в этой компании моя песенка спета.
— Мы взрослые люди… — было начала я, но меня перебили.
— В общем, так! Я тебя отпущу сегодня. Но чтоб это не стало практикой! И ни каких намеков на отношения в рабочее время…
— Само собой разумеется.
— И еще… Если я узнаю, что ты использовала моего племянника чтобы подняться по служебной лестнице, не видать тебе здесь работы, как собственных ушей! Все понятно?!
— Д-да… — пролепетала невинным голоском.
А я утром думала, что нашла решение своей проблемы в виде бывшего парня, а тут получается, с этим решением дополнительных проблем прибавилось с лихвой.
Стоило мне выйти из кабинета Виктора Петровича, как я тут же угодила в объятия Ваньки. Железные такие объятия.
— Ты меня сломаешь, — прокряхтела я.
— Ура! Виктор разрешил тебе сегодня уйти раньше! И мы попадем в театр на премьеру нового спектакля в Санкт — Петербурге. Я уже купил билеты на самолет.
Короче… Я влипла.
— А к четырем часам сюда подъедет курьер с вечерним платьем для тебя, — меня сжали еще крепче, но жертве собственной глупости уже было все равно, так как в любом случае лучше смерть… — я, проходя мимо магазина и видя это шедевр из золотистой ткани представлял, как ты будешь в нем красива…
— Хорошо, хорошо, — я осторожно высвободилась из медвежьих объятий и поспешила к себе в кабинет. — А пока мне нужно работать.
— До встречи, дорогая!
Я торопилась скорее свернуть за угол, чтобы уже не быть у него в поле зрения, а потом сорвалась на бег и бежала я не к своему рабочему месту, а в туалет, так как мне нужно было подумать.
Прохладная вода привела меня в чувство. Плевать, что макияж испорчен, Ивану я, похоже, и так сильно запала в душу, что ни чем уже оттуда не вытащишь, даже не накрашенной мордашкой.
Кто знал, что я настолько нравлюсь этому мужчине? Вот кто?
Бывало перекидывались любезностями с ним чаще, чем с другими коллегами. Подарки он мне иногда дарил, чисто символически: ручку, новый ластик, коврик для мышки… Давыдов никогда не преследовал, и навязчивости я с его стороны не ощущала, но сегодня… Напор на меня превзошел все ожидания.
Театр? Билеты на самолет?
Как же мне отказаться, когда человек так старается? Теперь, даже неудобно. В случае моего "нет" я причиню Ване боль, а он очень хороший и совсем не хочется его обижать. Ведь мне такой и нужен спутник жизни, правда? Я же мечтала о порядочном и заботливом парне — вот, пожалуйста! Пойми этих женщин!
Я грустно улыбнулась, промокнула лицо сухой салфеткой и постаралась собраться с мыслями, как-то настроиться на рабочий лад.
    
ГЛАВА 3
Свидание просто фееричное!
Рядом с Иваном я почувствовала себя королевой… Нет не так — богиней!
Кого я обманываю, я всей душой и сердцем ощущала себя любимой женщиной.
Случилось то, о чем я всегда мечтала.
Кроме меня мой спутник никого не замечал, говорил множество комплиментов и ухаживал, как никто и никогда. Улыбка не покидала моего лица, а глаза светились от счастья.
Да, в этот незабываемый вечер я была несказанно счастлива.
Казалось бы, на что мне жаловаться, ведь все хорошо?
Парень молодой и красивый. Он сильный, способный защитить себя и свою половинку, о достатке я вообще молчу. У Виктора Петровича нет семьи, и его дело унаследует вероятнее всего Давыдов. Ну, надо же — родственники! Как это я раньше не обратила внимание на то, что фамилии у этих мужчин одинаковые? Как ни крути Иван — завидный жених. И свидание он подготовил на высшем уровне. У меня создалось впечатление, будто все было давно продумано и ждало лишь моего «да».
Одним словом — наслаждайся Арина!
Так нет же, что-то меня не цепляло.
Я улыбалась Ваньке, позволяла ему себя обнимать и целовать, но все через силу, как-то нехотя.
Наверное, мне просто нужно время… Это ни в коем случае не женские капризы, вы не подумайте! Просто… я так устроена — без взаимности не смогу сделать человека счастливым, и мне совсем не хочется в итоге сделать несчастными нас обоих.
Как-то так.
— Ты будешь мне сниться в этом шелком платье каждую ночь… — шептал мне на ушко мужчина.
— Откуда ты знаешь? — рассмеялась я.
— Потому, что я и так вижу тебя в своих грезах в данном наряде. Ты приходишь ко мне во снах. А еще, мне снится, как я его с тебя снимаю…
Было так хорошо.
Прохладный ветерок, врывающийся в приоткрытое окно в салоне автомобиля, трепал выбившиеся локоны из моей прически и приятно холодил лоб.
Мы уже возвращались из театра в гостиничный номер в нанятом специально для этого лимузине, пили шампанское и болтали, вспоминая спектакль. В свой город наша пара планировала вернуться только завтра, благо будет суббота и не придется больше отпрашивать меня у шефа. На этот счет я предупредила Давыдова и объяснила, чтобы впредь он не смел с подобными просьбами подходить к Виктору Петровичу.
Тоже мне удумал!
И вообще, лучше бы на работе никому не рассказывать о нас. Ни к чему лишние разговоры.
— Засыпая… — продолжал Ваня шептать мне приятности чарующим голосом, — я закрывал глаза и мысленно начинал тебя раздевать… Моя рука скользила по твоей талии… ниже и ниже… огибала округлости бедер… Я мечтал, как отодвину ткань кружевных трусиков и погружусь во влажную негу твоего тела…
Голова пошла кругом…
Картинка настолько ярко вспыхнула у меня перед глазами, и я вдруг поняла, что сама этого сильно хочу, его ласк и поцелуев…
Лучший способ забыть прежнего мужчину, погрузиться в пучину отношений с новым.
— Врешь ты все! — я отпила хороший глоток шампанского и положила голову ему на плечо.
— Нет. Ты мне не веришь? — мужчина взял меня за подбородок и заставил посмотреть ему в глаза, — я влюбился в тебя с первого взгляда. Своим согласием, ты заставила меня взлететь на крыльях любви под небеса! Верь мне, любимая…
— Да ты романтик! — ни в жизни бы не подумала, что двухметровый «шкаф» наделен столь тонкой душевной организацией.