Прятки с женихами

— Уже скоро вернемся… в наш люкс и я тебе покажу, как мне угрожать! Устроим настоящую спартакиаду!
— Обещаешь? — я облизнула пересохшие губы.
— Клянусь! — Дима провел кончиками пальцев по моей щеке, убрал за ухо непослушную прядку и нежно приник к жаждущим поцелуя губам.
Как он целовался! Я забыла обо всем на свете! Обхватила его затылок и зарылась пальчиками в волосах, прижимая сильнее, не давая отстраниться, хотя он и не пытался.
Ловкая подножка и вот я уже на теплом песке под тяжестью мужского тела.
— Ты такая сладкая… Желанная… Хочу тебя прям здесь. Чтобы наш первый раз был не похож ни на один другой.
— Да, я на все согласная! Возьми меня… — кажется, я это не сказала, а простонала.
Мужчина подхватил меня на руки и унес в море. Единственное, что я в этот момент ощущала, так это счастье.
Не было ни сомнений ни тревог. Я просто хотела его и все. Каждой клеточкой своего тела до ломоты между ног…
И не важно, что песок, солнце… Главное есть я, он и наше желание быть вместе.
Бережно обняв меня в воде, Димка быстрым движением разделся, и помог мне избавится от преград, затем навис надо мной с предвкушающей улыбкой.
Сердце стучало в висках, дыхание было прерывистым… у обоих. Я ощущала запах его возбуждения и наслаждалась жадным взглядом охотника. Я ему нравлюсь, возможно уже влюблен… и он жаждет мной овладеть. Я в его власти…
Ммм… Как это возбуждало…
Мы любили друг друга сгорая в пучине страсти.
Он ласкал меня, изучая каждый миллиметр тела. Казалось, что не может насытиться. Будто со мной единственный и последний раз. Выцеловывал дорожки и вылизывал рельефы. Я растекалась от возбуждения, словно желе. Вновь искала его губы, желая ощущать их мягкость снова и снова.
Впервые так занималась любовью. Когда мужчина удовлетворяет не только свои желания… Даже, больше наоборот. Он, казалось, думал только обо мне, как сделать мне хорошо. И сам получал удовольствие от этого. Слыша мои стоны и удерживая, когда извиваясь билась в нахлынувшем потоке ощущений.
Я уже себе не принадлежала от количества достигнутых пиков. Сколько их было, этих растворяющих сознание оргазмов? С точностью утверждать не берусь… сбилась на пятом.
Новизна ощущений и разнообразие того, что он со мной делал поражали. Достигнув сам наивысшей точки наслаждения он не прекратил, а с новой силой продолжил вонзаться в мое податливое тело. Начиная игру сначала. Казалось все… я уже не в силах даже стонать, но мой мужчина умудрялся заставить это делать вновь и вновь. Время и пространство смешались и превратились в стоны, вздохи и просьбы продолжать. Под веками закрытых глаз мелькали образы, а по телу разливалась лава удовлетворения.
Такого безудержного секса у меня еще никогда не было. Казалось мы не способны насытиться этими наслаждениями, желая большего, нового пика, покорения более высоких вершин, познания на что способен каждый из нас, сказочного, фееричного и бесконечно приятного.
— О! — Дима откинулся на влажный песок практически без сил, — ты не женщина, а ураган!
У меня даже не было сил улыбнуться, не то чтобы отвечать. Придвинулась к нему и устроила свою потяжелевшую голову у него на плече.
Мы бы еще долго так лежали и ничего не делали, позволяя организму наслаждаться нирваной, но…
— Едут! — Дмитрий резко вскочил и кинул мне мой сарафан и трусики, — Одевайся!
Я тоже собралась быстрым движением поднялась, поражаясь появлению сил. Забежав в оду, смыла прилипшие песчинки и натянула имеющиеся предметы одежды.
Москвич, не теряя времени, приводил место нашей ночевки в прежнее состояние, подготавливал лодку к отплытию, я чем могла, помогла, засыпая пепел и собирая вещи.
Шум мотора приближаущегося судна усилился и я увидела лодку, похожую на нашу с бородачем капитаном и пассажиром в котором угадала Ивана.
— Быстро ты! — пожали руки мужчины. — Мы тут с голоду помираем, все запасы съели еще вчера.
— Привет… — я скромненько, опустив глазки, поприветствовала коллегу.
Ваня посмотрел на меня, кивнул, нахмурился и выдал:
— Рад, что у тебя все хорошо.
    
ГЛАВА 20
Почему-то мне пришлось плыть в катере с Ваней. Он заботливо укутал меня привезенным пледом, но при этом помалкивал и отводил глаза.
Погода стояла ясная, и было абсолютно не холодно, но мой сарафан промок насквозь, пропитался соленой водой и выглядел ужасно. Больше был похож на половую тряпку, нежели одежду. Как бы покрывало мне сейчас очень даже пригодилось.
Не выдержав этой игры в молчанку, я коснулась плеча охранника и поинтересовалась:
— Ванюша? Все нормально?
— Сойдет, — сухо ответил он и отвернулся.
Что ж… Я в мужской психологии полный профан, да и в женской тоже особо не разбираюсь, поэтому отбросила идею обмозговать странное поведение бывшего жениха и расслабилась.
В отель мы приехали ближе к вечеру, жутко голодные и уставшие, одним словом — измученные.
Я мечтала искупаться, затем поесть…
Нет не так!
Сначала поесть, а потом искупаться! Но проходя мимо зеркала и увидев свое изображение, чуть в обморок не упала. Губы потрескавшиеся, на шее множество засосов, руки все в синяках, волосы всклокоченные. Видок не для слабонервных. А у меня нервишки как раз слабенькие, поэтому я быстрее отвернулась и заперлась в ванной, вернувшись к первоначальному плану — купание, а потом только ужин.
Замазывая тональным кремом синяки и ушибы, пыталась вспомнить, когда это меня переехал трактор? И судя по количеству повреждений, не один раз.
М-да…
Дима силен, ничего не скажешь. Судя по реакции Ивана, последний сообразил о природе столь характерных повреждений на моей загорелой коже.
Ну, я не виновата!
Говорила ему и не единожды, что у нас нет будущего, что душа не лежит, а он… Ванька переживет, у него с его добрым сердцем, еще все впереди.
Массируя голову, ощутила крупинки песка… Что же за напасть-то такая? Можно уже как-то избавиться от последствий пребывания на этом необитаемом острове?
— Дорогая, ванная как бы одна… Мне тоже хотелось бы привести себя в порядок.
Я хмыкнула.
Ну, ну… Небось по лучше меня в сто раз выглядит.
Открыв дверь, ахнула:
— Дима… Кто это тебя… так?
Мужчина выглядел не лучшим образом, такой же всклокоченный, щетина в песке, под глазами темные круги, а грудь вся в засосах.
— Одна жадная до удовольствий особа постаралась, — улыбнулся он, заметив ужас и сомнения в моих глазах.