Halo. Сага о Предтечах. Книга 2. Примордиум
Шар с волчьей мордой рос. Шириной он теперь был в десять пальцев, имел розово-серый цвет, а его круглые контуры четко просматривались даже днем.
Винневра сильно отощала. Райзер обнюхал нас, проверяя здоровье, и тревожно посмотрел на меня: девушке становилось хуже, как и всем нам. В джунглях еды нашлось совсем немного, и мы шли размеренным шагом. Что же до Мары, то трудно было судить, теряла ли она в весе, настолько густым был ее мех. Однако вокруг локтей и бедер он выпадал клочьями.
Она подбирала эти клочья и развешивала на деревьях, затем ждала внизу и спустя некоторое время сдавалась.
Лес становился все ниже, постепенно сменяясь травянистыми полянами. Те, в свою очередь, уступали пышным лугам с высокой травой.
Мы шли уже больше двадцати двух дней – я снова потерял им счет. Сразу после заката Мара насадила клок темно-бурой шерсти на кончик длинной тростины. Потом они с Винневрой сели рядом.
Вскоре вокруг меха запорхали несколько длиннохвостых птиц. Охотницы сохраняли неподвижность. И вот совсем крохотные птицы, привыкнув к ним, стали цепляться за тростину и срывать с нее мех…
Мара, выбросив вперед могучие лапы, поймала сразу пять пичуг. Мы свернули им шею и съели их сырыми вместе с внутренностями. Обезьяне отдали две тушки, но та, разорвав одну, протянула половину Винневре. Девушка объяснила, что так Мара решила почтить память Геймлпара.
Луг вскоре сменился оголенной почвой, отчасти вспаханной, как будто в ожидании сева. Мы уже отошли на приличное расстояние от зараженной пылью территории, но я сомневался, что здешние угодья в обозримом будущем приглянутся какому-нибудь земледельцу.
– Вот это ты видела? – спросил я Винневру.
Она кивнула.
– Я думал, что тут всюду луга.
Девушка отрицательно покачала головой:
– Там есть деревья и трава. – Она вытянула руку по курсу нашего движения. – Как ты сразу заметил.
Но я все же проглядел этот маленький участок земли, который даже сейчас казался бурой черточкой на фоне более обширной желтой и зеленой местности.
– Что еще есть поблизости?
– Только земля во всех направлениях.
– Почему ты не предупредила об этом?
– Теперь буду предупреждать, если хочешь, – ответила она.
– Хочу. Предупреждай каждый раз.
Она понурилась:
– Что, если я опять ошибусь?
– Просто говори мне.
Мы плелись по грязи целый день, пока не заметили тянущуюся вдоль внутреннего горизонта сизую линию. Несколько часов спустя поняли: это массивная рельсовая дорога с необычным ограждением, висящая над землей без видимой опоры.
– Куда она ведет? – полюбопытствовал я.
Винневра указала вдоль пути. Вполне очевидно.
– Что на другом конце?
– Что-то, чего я не понимаю. Не могу разглядеть четко.
– Еда?
– Может быть. Я вижу и чувствую еду в той стороне.
– Трава и деревья?
– Не там. Может, вон там. – Она указала в сторону от дороги.
– Дичь?
– Я не знаю, – покачала она головой.
Старый дух решил, что настало время вновь внести свой вклад.
Возможно, это транспортная система.
Я увидел крупные и шумные штуковины, бегущие вдоль, выше, возле – или по обе стороны – двойных и одиночных рельсов, как лежащих на земле, так и поднятых в воздух, вроде этих.
Обычно они ведут к местам, где есть ресурсы, либо перевозят пассажиров. А пассажирам нужно питаться.
Многовато деталей для меня в роли лидера. Мы снова голодали.
Сменив направление, мы пошли по ходу вращения колеса, не отдаляясь от огражденной дороги.
Мы с Райзером отстали от девушки и обезьяны на дюжину шагов.
– Старый дух подначивает? – спросил он.
– Да, – угрюмо отозвался я. – А у тебя что?
– Она говорит, что скоро наступит долгая тьма.
– Я тоже это видел.
– Долгая тьма, трудный путь. Мы снова идем за девушкой?
– Да, – ответил я. – Пока что.
– Поиск дичи стоил попытки, – сказал он. – Не виню тебя. – Райзер помолчал еще какое-то время. – Старый дух считает, что под нами обширные полости, похожие на пещеры. Почему бы не поискать путь вниз? Может, там по-прежнему все в порядке.
Мне вспомнилась пробитая в колесе большая дыра с зазубренными краями, которую мы оставили во многих километрах позади. В ней слой за слоем – разрушенные ярусы с отсеками. Вспомнилась и пропасть возле стены. Возвращаться для изучения поздно. Наверняка дыру уже заделали, а пропасть успела заполниться.
Что случилось с теми людьми? С боевыми сфинксами, пасшими их, как скот? Предтечами управлялись эти машины или самим Изначальным?
Контролирует ли Изначальный это колесо, в конце-то концов?
– Не думаю, что спускаться туда – хорошая идея, – произнес я.
– От тебя дурно пахнет, – заметил Райзер.
– Хочу обмочиться, – ответил я.
– Я тоже, – поддакнул Райзер. – Но давай-ка не будем, а скажем, что так и сделали.
Старая шутка чаманушей, причем не самая удачная.
Мы молчали несколько часов, пока не увидели большую вытянутую штуковину на рельсе.
Глава 24С виду машина была похожа на гигантскую куколку мотылька, прицепившуюся к тростинке, и имела два узких стабилизатора с обеих сторон. Ни окон, ни дверей, и никакого видимого средства, чтобы проникнуть в нее.
– Большой вагон, – подытожил Райзер.
Или воздушный шар, каким-то образом привязанный к рельсу, подумал я. Только он не качается на ветру.
Мы походили вокруг машины и под ней. Если это вагон, добраться бы до него, залезть внутрь, привести его в движение… да побыстрее!
Но он висит слишком высоко.
Устало опустившись на землю, Винневра и Мара наблюдали, как мы накручиваем круги, рассматривая вагон.
– Он перевозит Предтеч или их вещи? – спросила Винневра.
– Ты не видишь?
– Нет, вижу только дорогу. Что в ее конце? – После долгого молчания Винневра пожала плечами. – Она ведет туда, куда нам надо, – сказала девушка, настороженно глядя на меня.
Спорить с ней было бы бессмысленно и даже жестоко.
Вы спятили, отметил с сухой иронией лорд-адмирал. Предтечи разрушили все, что от нас осталось, вырастили людей снова и сделали своими инструментами… своими игрушками.
– Тогда идем, – предложил я.