Путь Кочегара III

Было бы крайне иронично пойти до конца и потребовать ее руки. Тогда у меня бы появилась масса возможностей поиздеваться над ней, проучить. Одновременно отомстив и Шанди. Дать волю своей темной стороне, побыть немного настоящим Ублюдком Ли.
Однако это не Путь кочегара.
Жизнь в роли аристократа меня никогда не прельщала. Во дворце я чувствовал себя не в своей тарелке. Жаль терять такие отличные призы и поставленные на себя деньги. Впрочем… Я посмотрел на кочеранг и протез, без которых не смог бы победить в турнире. Подумалось, что мне удалось приобрести уже довольно много в ходе прошедших поединков. Ну а паровые доспехи когда-нибудь в будущем еще наверняка раздобуду. Самое главное: я доказал самому себе, что способен на многое. Этого у меня никто не отнимет.
Что же до мести, то испытанного унижения им и так хватит. На самом деле я не мог всерьез злиться на Жунь Фа, поскольку видел, что в душе она хороший человек.
— Что позволяет себе этот Ублюдок?! — раздался писк с трибун.
Я скривился. Данное обращение мне давно надоело.
— Забудьте про Ублюдка Ли! — прокричал я пред лицом тысяч слушателей. — Есть лишь Кочегар! Сумасшедший Кочегар Ли! Запомните это раз и навсегда, разнесите весть по городам и селам. Кто посмеет называть меня Ублюдком, познакомится ближе с моим Кочерангом Парящей Оплеухи!
Я отстранил Сати, которая закончила бинтовать мне неприятную рану в боку, и повернулся к поверженному противнику. Вытянув кочеранг в его сторону, я изрек величаво:
— Я же говорил тебе: в реальной жизни зло всегда побеждает! Гийом Шанди, запомни раз и навсегда это чувство. Никогда не стоит шутить с Сумасшедшим Кочегаром Ли!
Затем я снова повернулся к трибунам и обратил свой взор на людей в гунской ложе.
— Господа судьи, ваше сиятельство, я должен признаться в нарушении правил турнира!
— О чем ты толкуешь, Ли Кон? — вопросил рефери.
Я поднял вверх свою Клешню Хваткого Поглощения:
— Ее сиятельство гун-эр позволила мне участвовать с паровым механизмом со средним котлом, который не раз выручал меня в бою. Однако она давала согласие на артефакт земного уровня. Клешня же достигла горного уровня в бою с Бочкой Шином. А значит в финале я нарушил правила, и такую победу признавать нельзя!
— Но ведь мама Найен может дать согласие на артефакт горного уровня! — возразила Фань Фа, искренне болевшая за меня.
— Хо-хо, ты решил отказаться от титула, младший Ли… — проговорила старшая Фа Лонг с интересом.
Гун-эр все поняла правильно. Да, у нее была определенная власть сделать меня победителем, закрыв глаза на данный нюанс. Но она понимала, что я признал поражение не просто так.
— А как же моя прелестная дочь Жунь Фа Лонг, которую называют Фарфоровым цветком Триумвирата? Ты проделал большой путь, но в последний момент решил отказаться?
— Ваше сиятельство, я считаю, что цветы не могут принадлежать одному человеку, они должны радовать взоры всех окружающих. И срывать цветок имеет право лишь тот, кому он сам того разрешит. Нам с Жунь Фа Лонг не по пути.
По трибунам прокатилась волна вздохов, возмущений и разочарований. Кто-то называл меня идиотом, кто-то наоборот радовался, что их любимая принцесса не достанется наследнику из Чайфу.
— Но как в таком случае ты собираешься выполнять поручение своего отца, сиятельного Дай Кона?
— У величественной Найен Фа Лонг есть замечательная дочь по имени Фань, с которой у нас сложились добрые отношения. Я бы хотел просить вашего благословения и заключить соглашение о помолвке. Когда Фань Фа достигнет подходящего возраста, мы сочетаемся законным браком!
— Ура! — запрыгала младшая принцесса.
Однако Найен выглядела мрачной:
— Переговоры подобного плана обычно ведут в приватной обстановке, а не перед лицом тысяч зевак. Но раз ты того сам пожелал… Младший Ли, сколько лет я правлю провинцией, по-твоему? Я могу различить твою мельчайшую ложь или попытку увильнуть! Ты не желаешь становиться супругом Фань Фа. Ты всего лишь хочешь отсрочить вопрос, надеясь, что через семь лет обстановка изменится. Пропасть с концами, оставив невесту без законного жениха! Поэтому я никак не могу дать согласие на этот брак.
— Ну мам…
— Помолчи, дочь! — резко бросила Найен.
Фань Фа надулась и уселась обратно в кресло. Я же принялся лихорадочно размышлять, пытаясь найти выход из сложившейся ситуации. Мой запасной план не сработал, а ведь я так на него надеялся. Правительница была права: я собирался свалить подальше от Лонглин, а за семь лет все могло десять раз измениться. Мне надо было срочно придумывать что-то новое…
 
Глава 21
— Ну-у, э-э-э… как насчет… тогда… может быть…
— Говори четче, младший Ли! — прикрикнула Найен со скрытой усмешкой в голосе.
Тон правительницы напомнил мне слегка Юйвин. В голове вдруг щелкнуло. Я принялся раскручивать всплывшую идею, импровизируя и старательно фантазируя:
— Ваше сиятельство, мой отец просил меня не распространяться, но… Я считаю, что вы должны знать! Наверняка до вас дошли сплетни о размолвке, что случилась между Даем и Юйвин.
— Ходили такие слухи…
— Юйвин сотворила непозволительный проступок. Они с отцом уже никогда не смогут быть вместе. Мне известно, что в последнее время Дай тяготился данным браком, ставшим нежелательным. Но он человек чести, и по своей воле не стал бы расторгать союз. После тяжкого прегрешения оставаться супругом Юйвин он уже не имел морального права. И поутру, перед нашим отъездом из Ханкина, отец Дай поведал мне интересные подробности. Но не думаю, что о них уместно рассказывать при таком столпотворении…
— Не томи, младший Ли. Раз начал — рассказывай до конца! — Найен подалась вперед. Было видно, что ее снедало любопытство.
— Отец Дай поведал, что в ту ночь ему приснились вы, ваше сиятельство.
— Я была в его сне?! — поразилась она.
— Верно, — кивнул я серьезно. — Оказывается, госпожа Найен Фа Лонг давно проникла в сердце Дая, но он не смел думать о вас кроме как о другом правителе. Лишь после разлуки с Юйвин он позволил себе дать слабину. И плотину чувств прорвало!
Я ходил по очень тонкому льду. Найен снова могла уличить меня во лжи.
— Хо-хо-хо… — заявила дама воодушевленно. — Очень давно, больше двух десятков лет назад, наследник рода Чай и наследник Лонг бились за мою руку. Судьба в то время благоволила наследнику рода Лонг. Кто бы мог подумать, что милый Дай сохранил в себе чувства через прошедшие года!
Глаза Найен светились от довольства и предвкушения. Кажется, мне удалось попасть в яблочко. Женщина словно забыла про свое феноменальное чутье на вранье и погрязла в романтичных грезах. Как говорится, яблоня от упавшего яблока недалеко растет. У матери Жунь Фа тоже в голове разная слезливо-любовная мишура застряла.