В отражениях миров

– Ты нашла его?
– Не только. Сестра жива.
– Правда? Это же такое счастье.
– Да. Я очень счастлива… почти что.
– Возвращайся скорее. Люблю тебя.
Оливия и Вайджер уснули быстро, как всегда, после трудового дня. Такого никогда не было, но посреди ночи, Олив проснулась от сильной головной боли. В затылок, будто ударили молотком. Олив встала с кровати, чтобы подойти к окну. Но голова очень сильно закружилась, и Оливии пришлось опереться о стул.
– Вайджер… – едва сказала она и упала без сознания.
Очнулась в незнакомом месте, голова не болела и не кружилась, но не покидало ее странное ощущение. Будто она не в своем теле. Оливия встала, огляделась вокруг. Место похоже на Рэннокс, только стояла она перед порталом. Олив посмотрела на себя. Она была в платье с корсетом, полностью покрытым металлом. Юбка повыше колена спереди, а сзади длиннее, плечи открыты, верх корсета, украшен двумя симметричными металлическими изогнутыми деталями, широкие в точке, где они соединяются, и острые на концах. Смотрелось красиво и агрессивно одновременно. На ногах красные высокие сапоги, украшенные золотыми бляшками. Край имел треугольный выступ, прикрывающий колено.
У Оливии в руке появилось копье, то самое, которое она утопила в реке. В блестящем полумесяце она смогла рассмотреть свое лицо. Что-то приказало ей шагнуть в портал. Она оказалась возле поля, над которым летали самолеты. Их жужжание перетекало в громкий зловещий свист, качающий деревья. На поле была маленькая девочка, и прямо над ней летел самолет. Оливия, ни на секунду не задумавшись, направилась к ней. Она не представляла, как будет спасать ребенка от бомбы. Но это было не осмысленно, очень похоже на воспоминания. Олив в последний момент добралась до девочки, взяла ее за плечо и подставила руку, над головой. Снаряд ударился, будто о невидимый щит, и полил раскаленным металлом Оливию и девочку. Искры рассеялись, и они вдвоем побежали за поле. Мгновенно все закончилось, и Оливия оказалась в другом месте, на поле битвы, где стрельба и взрывы не прекращались ни на секунду. Она защищала каким-то силовым полем людей, это тоже продолжалось недолго.
Наконец, она увидела десятки порталов перед собой. Все они вели куда-то, возможно в другие миры. Обернулась, а сзади война. Эксплейнер бил армию Лейда, воюющую за свободу Рэннокса. Он быстро победил их, и обратил взор своих холодных металлических глаз на нее. Он медленно подошел к ней. Угловатое лицо в шрамах парализовало страхом. Эксплейнер вынул меч.
– Зурема, беги! – ей показалось, что Лейд это крикнул ей.
Олив проснулась от колющей боли в груди. Сердце бешено колотилось, и первое, что дало ей понять, что она дома, это голос Вайджера.
– Что с тобой? – он тряс ее за плечи.
Темнота перед глазами рассеивалась. Рядом сидела заплаканная Ана, лицо Вайджера выглядело обеспокоенным, хотя она очнулась.
– Скажи, что-нибудь! – потребовала Ана.
– Я ударилась головой? – медленно, растягивая слова, спросила Олив. Она пыталась подать признаки жизни.
– Ты нас слышишь?
В ответ Олив незаметно кивнула.
– Выключи свет, – также, протягивая слова, попросила Олив.
– Ана, иди. Я буду с ней всю ночь.
– Я найду врача завтра.
Ана протянула Вайджеру стакан воды и обезболивающее.
– На случай нового приступа.
– Иди спать.
Ана с явной тревогой за сестру все же покинула комнату. На пути вниз ее встретил Макс.
– Что случилось?
– Ничего, Макс. У Оливии голова сильно разболелась. Не совсем понимаю, что с ней. А условий для оказания помощи у меня совсем нет. Завтра надо будет врача искать. Так надежнее. Лучше тебе не ходить туда.
– Почему это?
– Не стоит беспокоить ее.
Утром Оливия не смогла встать с постели. Вайджер приложил руку к ее голове.
– Она горячая. Что это может быть, Ана?
– Все, что угодно. У меня нет инструментов, чтобы узнать, что с ней. Врач скоро прибудет.
Дилану запретили заходить, поэтому он печальным взглядом пронизывал комнату, стоя в проеме. Вайджер предупредил, что Оливия не явится на работу. Чуть позже пришел врач. Невысокий пожилой мужчина в коричневом пальто зашел в комнату и, поправив очки с круглыми линзами, подошел к кровати Оливии.
Вайджер стоял возле тумбочки и строгим взглядом контролировал осмотр. Ана сидела на кровати, рядом с Оливией.
Врач без лишних слов достал все необходимое. Оливия не могла ни пошевелиться, ни сказать что-либо.
– Я не знаю, что с ней. Немного повышен пульс, температура нормальная, давление тоже.
– Почему же тогда она не может встать? – спросила Ана.
– Я… я не знаю. Вам бы в больницу. Я не могу сказать ничего без обследования, – виновато признался он.
– Что же вы посоветуете? – спросил Вайджер. Его тон заставил врача побледнеть.
– Вспомните, что было накануне. Любая болезнь не может взяться из ниоткуда. Может, она ударилась головой? Почему потеряла сознание? Было ли подобное раньше?
– Ничего не было.
– Вы уверены?
– Спросить у нее, мы, к сожалению, не можем. Это вы должны знать, – резко высказался Вайджер.
– Я даже не пойму симптоматику.
– Спасибо вам. Думаю, ничего серьезного. Если что-то пойдет не так, мы вас снова вызовем, – понуро сказала Ана, понимая, что врач не сможет ничего прояснить с такой диагностикой.
– Не за что совсем. Кто-то должен наблюдать за ее состоянием пару суток. Если дело не пойдет на улучшение, настоятельно рекомендую вам поехать в больницу. Там ее обследуют.
В доме было достаточно беспокойно. Ана пыталась своими силами поставить сестру на ноги. Макс сильно паниковал, цеплялся с Вайджером по поводу поездки в больницу.
– Ты понимаешь, что нельзя?
– А если что-то серьезное?
– Ее сразу же сдадут властям. В больницах обычно требуют документы. У нас их нет, значит, будут искать, сопоставлять, в итоге найдут! – пытался объяснить Вайджер.
– Ты же все время с ней был! Что не мог проконтролировать? Может, ударилась и в правду? Хоть бы раз ее самочувствием поинтересовался!
– Она, что, маленькая? Сказать сама не может? Я прекрасно знал, как она чувствует себя! Я вижу ее состояние, настроение! И даже не смей намекать на равнодушие!
– Макс! Вайджер! Сколько можно?! Так Оливия ни за что не поправится. Я даю ей нужные лекарства. Ей скоро станет лучше, – вмешалась Анастейшн.
За всем этим наблюдал покинутый Дилан, пока его голову не посетила мысль проведать Оливию. Он тихо прошел по лестнице и пробрался в комнату. Оливия лежала в ситцевом белом платьице, накрытая белой простыней. Через окно лился лунный свет.