Фальшивая невинность

– На вас надета эльфийская помолвная серьга!
    
37
Траверта Эсмаилья
Реальность ворвалась обжигающими искрами под веки, шумом голосов, прохладными магическими волнами и почти невыносимой болью в груди. Там словно зияла рваная рана, наполненная раскалённой лавой.
Артефакт!
Я попыталась вскочить, ухватиться за грудь, но рука оказалась привязана, да и движение отдалось болезненной скачкой в голове.
– Тише, тише, – раздался успокаивающий голос.
С трудом наведя фокус, я рассмотрела среди расплывающихся пятен профессора Уливентелия, моего первого учителя в храме Эрно.
– Эль профессор! – хотела воскликнуть, но из горла раздалось какое-то сипение.
– Полежи, не двигайся, вот так.
– Что… произошло? Я помню «шершня», укол… Давно лежу? – делая огромные паузы между словами, прошептала я.
– Несколько часов. Тебя лечили. Артефакт слишком долго пробыл в тебе, нужно сделать всё осторожно. Мы боялись, что потеряли тебя. Но удалось его изолировать. Скоро будем извлекать. Не то ещё немного, и совсем с тобой сольётся. Подчинит.
Я кивнула. К нам приблизилась одна из эльфиек, помогла мне напиться. В глубине души глухо заворочались воспоминания, как совсем недавно меня поил Нарран. Поддерживая, защищая.
Мы находились в храме. Не в нашем – но я узнавала и полукруглую форму окон, и вид на внутренний сад, и увитые растениями стены, ковёр травы на полу. Подвесное ложе, сотканное из лепестков.
В храмах эльфы используют только то, что могут взять у природы, почти сливаются с ней.
– Мы вынуждены были тебя разбудить, – словно извиняясь произнёс профессор, откинув назад седую прядь.
Опустился рядом на ложе, провёл ладонью по моей привязанной руке.
– Это необходимая мера, – объяснил. – Ты всё пыталась ухватиться за артефакт. Могла навредить себе.
Он немного пожевал губами, будто собираясь с мыслями. Я с недоумением ожидала. Зачем меня разбудили? Уже сразу извлекли бы.
– Эсми. Кто-то вступал в контакт с артефактом? На нём какие-то странные следы.
– Нет вроде, – нахмурилась я, припоминая.
– Это очень важно. Подумай хорошенько. Может, было что-то… необычное?
Сквозь туман в голове попыталась припомнить. Вроде бы ничего необычного…
– Во всяком случае, я ничего не заметила.
– Хорошо, – кивнул профессор, но взгляд его казался мне тревожным.
Что же случилось? Что их насторожило? Или Нарран… мог ли он как-то повлиять? Ведь Лунный подчинил! Неужели как узнал, попытался вытащить и этот из меня?
Не хотелось верить.
– А Нарран? – пробормотала я. – Он…
– Господин де'Лавр, насколько нам известно, вернулся в Селлевер.
Сама не знаю, что я почувствовала. Облегчение, что ему не навредили? Разочарование, что не помчался за мной? Или…
Я прислушалась к себе, но артефакт оставался пока на месте, выжигал в моей груди раскалённые дыры, и каждая из них наполнялась лишь одним образом.
Тёмные волосы, смуглая кожа, ртутные глаза. Высокие скулы и неожиданно мягкая улыбка на губах, когда он смотрит на меня.
Горячие прикосновения, которые заставляют меня забыть обо всём на свете!
Руки, которые дарят наслаждение и раз за разом вытаскивают с того света. Несут… прижимая к твёрдой груди.
Нарран де'Лавр. Ночной господин.
Мой Ночной…
– Где я… – пробормотала. – А Кальвер?
– Сейчас мы… – одновременно со мной начал профессор, но вдруг насторожился. Повернул ухо к двери.
Сзади за моей головой тихо передвигались эльфы, видимо, готовились к изъятию. Но в эти привычные, узнаваемые звуки вдруг ворвался чуждый, пугающий.
Не то скрежет раздвигаемых камней, не то овивающих их лиан…
Вскрик, удары клинков.
– Дроу! – крикнул кто-то. – Нас атакуют!
В комнату ворвались несколько эльфов в военной форме. Те самые, что привезли меня сюда!
Профессор бросился освобождать руки. Тот, кто инструктировал меня ещё в храме Селлевера, а потом забирал из Кораллового замка, метнулся ко мне, поднял с кровати.
Вскрикнув от прожигающей боли в груди, я инстинктивно ухватилась за его шею.
– Не беспокойтесь, перевезём вас в безопасное место, – тихо проговорил он, приближаясь к потайной двери в стене.
Профессор, следуя за нами, взмахнул рукой, и все растения расступились, открывая нам проход. Магическая дверь задрожала и исчезла, пропуская.
– Дроу? – пробормотала я. – Но…
Вдруг это Нарран? Пришёл за мной?
– Очень воинственно настроенные дроу, – мрачно ответил эльф, имени которого я никак не могла вспомнить.
Только сейчас я обнаружила, что на мне надета лишь шёлковая ночнушка с большим вырезом впереди. Как могла стянула края.
Чуть дальше в полумраке прохода нас ждала скоростная «гусеница», которая, поднимаясь специальными тоннелями в скале, помчалась на одну из скрытых площадок.
Значит, мы в каком-то отдельном храме… не в городе. На скале. Такие строили на случай войны и осады. Вот и пригодился.
Внутри «гусеницы» было зябко, жёсткое сидение неприятно холодило спину. Я поёжилась, подогнув босые ноги.
Мужчина, покосившись на меня, вытащил откуда-то из-под сидений покрывало. Старик-профессор осторожно укутал меня, в то время как ещё пара эльфов пристроились у двери и окон, положив руки на рукоятки мечей.
Чуть повернувшись, я тоже выглянула в узкое окошко на сгибе сегментов «гусеницы».
Впереди виднелся «шершень», похоже, тот самый, на котором меня привезли. А далеко внизу на лестнице, которую было видно отсюда, сверху, я заметила пару тёмных фигур.
Действительно, дроу. Но рассмотреть их лица было бы невозможно, даже если бы они не скрыли их тёмными масками.
«Гусеница» остановилась, эльф подхватил меня на руки и рванул к «шершню».
Не сдержавшись, я снова застонала, артефакт, казалось, вот-вот вывалится из груди, выдрав к хыррам сердце.
– Прости, Эсми, – пробормотал старик Уливентелий, едва поспевая за нами. – Нехорошо вышло, сейчас тебя снова усыпят, а проснёшься уже без артефакта в груди.
Его улыбка была последним, что я увидела внутри салона перед очередным уколом в плечо.
 
***
Стены, увитые растениями. Ложе из лепестков. Профессор Уливентелий.
Снова в храме Эрно?
Всё будто повторялось, и в то же время было иначе. В груди действительно не ощущалось прежнего жара, он словно притух и сместился куда-то в низ живота.