Попаданка для императора змей

– Альва. Ты все для меня. Ты должна это знать.
– Вчера вечером…
Ухватилась я за последнюю нить мысли, потому, что она ускользала. И единственное, о чем я сейчас думала – как же душно, жарко и хочется скинуть с себя всю одежду. Она так мешает… Мешает ощутить Рельгора полностью. Полностью проникнуться нашей связью. Коснуться: кожа к коже… не только ладонями… Смешать наши дыхания, наши пульсы, наши движения.
Теплый узел внизу живота запульсировал, приятно и одновременно наполняя меня нетерпением, томлением, желанием.
Рельгор прижал меня к своему разгоряченному, окаменевшему телу и шепнул на ухо, отчего тысячи мурашек побежали во все стороны по моему телу, а вместе с ними и словно слабые электрические разряды прокатились по коже…
– Я мечтал о тебе в полудреме. Фантазировал о нашей встрече. О нашем слиянии… О нашей близости… И не заметил, как подключился телепатически…
– Мы общались как в виртуале?
– Да… Но я не нарочно так сделал. Альва. Я сегодня утром сходил с ума от неудовлетворенности и тоски по тебе… Думаешь я этого хотел? Мне пришлось провести почти час в ванне, чтобы иметь возможность выйти к народу в более-менее приличном виде. Считаешь, я нарочно этого добивался?
Он захлебнулся воздухом. Замолчал и вдруг поцеловал. Буквально выпил весь воздух из моих губ и вдруг вдохнул в них свой собственный. Свою жизнь и свою мощь.
Я прильнула к Рельгору, и он подхватил, поднял над полом, усадив на преподавательский стол. Оказался между моих ног, как и во сне. Вжался твердым свидетельством желания и точно также как в нашей романтической грезе, закинув голову, утробно зарычал.
– Я не думал, что это так… настолько…
Он подбирал слова, с трудом выдыхая каждое. А затем усмехнулся и снова меня поцеловал.
Я прикрыла глаза, отпуская все на свете. Ощущая себя совершенно пьяной от близости адельтаха, ласк и нашего безумного притяжения.
Теперь я понимала, что чувствуют Эманор и Стелла и больше им не завидовала.
Я погрузилась в собственные ощущения. И где мы, кто мы, что вообще творится вокруг резко перестало иметь значение. Были он и она, связанные путами судьбы. Два сердца, между которыми протянулась надежная золотая ниточка…
Внезапно Рельгор дернулся. Отстранился и смачно выругался.
Что-то полыхнуло. Сверкнуло, почти ослепив меня. Я увидела, что сверху падает нечто бесформенное, но почему-то знала, что оно смертельно опасно.
Я закричала от ужаса.
И одновременно со всех сторон полетели… о боже! Заклятья? Моя аура перехватывала информацию из общего поля нового мира.
Со всех сторон неслись ледяные топоры, острые, как бритвы.
В полу вдруг образовались трещины… Одна за другой. Я ощутила, что падаю…
***
Рельгор
В какую минуту он потерял контроль? Когда увидел ее? Когда коснулся? Когда ощутил ее близость?
Когда? Когда? Когда?
Рельгор спрашивал себя и не находил ответа.
Ренсвилл предупреждал его, что заговорщики усилили слежку за Альвой, потому что она поселилась у Эманора. Это насторожило изменников. Слишком большая честь для обычной попаданки. Сколько их в АО? Десятки! И ни одна ни разу даже гостила у четы лейдере. Ни одна не удостоилась приглашения даже на обычный затрапезный ужин. Не то чтобы на проживание!
Правда, пока изменники думали совершенно в другую сторону. Они предполагали, что Альва помогает Рельгору поддерживать связь с ее миром. По факту – с путем спасения, отступления в случае очередного покушения. Именно этим они пока объясняли повышенное внимание адельтаха к Альве, его частые к ней визиты… И поддержку, которую оказали очередной попаданке родственники императора.
Однако это не меняло ситуации. Предатели считали землянку опасной, если эти предположения справедливы.
Конечно, Ренсвилл усиленно распускал слухи, что Стелла подружилась с Альвой, потому что обе родились на Земле, в одной стране и даже в одном городе. Однако мятежники не такие идиоты, чтобы совсем списать попаданку со счетов. Они наблюдали… Каждый день, каждый час, каждую минуту…
И когда Рельгор собрался к Альве, сообщив, что будет отсутствовать несколько часов, отправится в АО, сразу же что-то заподозрили.
Адельтах не мог не сказать советникам куда направляется. Ведь при случае тем могла понадобиться его помощь. Совет или даже разрешение на какие-то действия, указы или решения. Император Гардавиии не мог просто так скрыться. Да и предатели в Академии все равно его обнаружили бы.
Рельгор не мог этого не понимать! Он ведь тысячу раз воевал! Пережил множество покушений – куда больше, чем бедный Ненталь. Расплетал и не такие паутины интриг и лжи. Но его ослепила, лишила разума и воли страсть к Альве.
А в результате – адельтах поставил под угрозу единственное существо, которое не мог не спасти и не защитить. Не мог и все тут. Здесь для него не существовало «но» или «невозможно».
Впрочем, где бы они ни встретились, оба оказывались под ударом. Как бы ни связались: хоть лично, хоть телепатически, это все равно грозило новыми бедами.
Такая сложилась сейчас обстановка. За Рельгором охотились постоянно, всюду следовали по пятам. В доме Эманора было еще проще организовать очередное покушение. Почище чем в замке адельтаха…
Здесь же, заговорщики ограничены в средствах. Они никогда не решились бы действовать в АО также масштабно, как и в родной Гардавии. Несколько случайных жертв среди других видов двусущих – и вот уже новые законы для вельможных нагов – меньшая из текущих проблем. Потому что им объявят войну сразу несколько других государств оборотней.
Как ни крути – это был самый мягкий вид покушения… Если можно так выразиться. Но это не облегчало ситуацию.
Смертоносные заклятья сыпались со всех сторон. Рельгор окружил себя и Альву непроницаемым куполом и пытался прорваться в зеввы. Но их хорошо заблокировали. Причем, заговорщики усвоили прежние уроки. Наложили на зеввы не только блокирующие заклятья, но еще и обманные чары. Внешне пространственные туннели практически не изменились. Но это была лишь видимость. На самом деле, они захлопнулись.
Защитный купол Рельгора трещал по швам. Еще бы! Столько магии было вложено в атаки, что ни один даже самый мощный колдун не продержался бы дольше нескольких минут. Альва кричала, дергалась, испуганно жалась к адельтаху.
Маленькая, хрупкая, единственная…
Рельгор суматошно прикидывал что предпринять.
Защитный купол начал давать трещину за трещиной. Адельтах крутился, прикрывая Альву от заклятий, одновременно пытаясь свести удары боевой магии к минимуму. Боль растекалась по телу. Кровь капала со лба, заливая глаза и приходилось смахивать ее. Спину нестерпимо жгло.
Рельгор сам не понимал, как мог так опростоволоситься. С его-то опытом, с его-то подозрительностью…