Сквозь страницы
«Майкл кому-то задрожал? Это как-то связано с той коробкой? Кто-то угрожает ему? Кто этот Вилли?» — приходят ко мне вопросы, но только на них нет ответов. Не успеваю я слегка успокоиться, как приходит новое письмо. Без темы. С вложением.
Моё сердце замирает от волнения, а во рту пересыхает. Сглотнув, я вновь прислушиваюсь к звукам и понимаю, что Майкл ещё принимает душ. Выдохнув, кликаю на оповещение дрожащей рукой и, открыв файлы, прихожу в шок. Там мои фотографии. Все они без исключения отображают моменты из моей каждодневной жизни. То, как я сплю у себя дома, иду с Майклом за руку, нахожусь на конференции… Потом же оказывается хуже, поскольку дальше следуют откровенные фотографии в машине, когда мы занимались сексом. Всё до деталях. Все эмоции на лицо.
Я отскакиваю назад, и в этот момент приходит ещё одно сообщение. Уже с видео.
Честно признаться, мне всё кажется, что это дурной сон, из которого не получается вырваться. Но нет. Это явь. Самая настоящая явь, наполненная обманом и ложью.
Осторожно вернувшись на место, я воспроизвожу полученный файл. Ноутбук весело жужжит, показывая мне нас с Майклом. Клуб, потом толпа папарацци… Кадры явно сняты исподтишка. Не став досматривать, закрываю видео и отхожу подальше.
Я напугана и ощущаю себя преданной, хотя и понимаю, что Майкл не зря всё скрывает. «Он знает, что я могу пострадать», — мелькает у меня мысль, но гордость не позволяет мне смириться с подобным. Хорошенько подумав, я решаю, что нужно заставить его рассказать всю правду.
Будучи одновременно злой и расстроенной, я быстро поднимаюсь наверх. Из ванной комнаты по-прежнему доносится лёгкий шум. Зайдя в неё, вижу Майкла в душевой кабине, прислонившегося головой к настенной плитке. Струи воды растекаются мелкими дорожками по его телу, нежно касаясь граней татуировок. Он не шевелится, а просто стоит с закрытыми глазами.
— Майкл? — окликаю его, опёршись плечом о дверной косяк
— Ви? Что-то случилось? — спрашивает тот, закрывая воду и, взяв полотенце с крючка, обматывается им и выходит из душевой кабины. — Что такое?
— Почему ты не сказал мне о долге?
Майкл хмурится, будто бы рассержен моим поведением.
— Откуда ты знаешь?
— Да, я поступила плохо, — невольно начинаю оправдываться перед ним, — и нажала на всплывающее сообщение на твоём ноутбуке.
Майкл медленно подходит ко мне, внимательно слушая.
— И что там было?
— Много чего интересного. В особенности мне понравилось то, как ты с лёгкостью дал убить своего товарища Шона. И я теперь следующая жертва?
— О чём ты говоришь? — Его голос довольно спокоен.
— Не прикидывайся идиотом!
— Олливия, — мужчина протягивает руку ко мне, — послушай…
— Не трожь меня! — выкрикиваю я, отступая назад. — Говори правду сейчас же!
— Что ты хочешь услышать?
— Что за подпольный бизнес? Почему я об этом не знаю?
— Это очень долгая история и…
— Я никуда не тороплюсь! — резко обрываю его, не в силах поверить в то, что он мне действительно врёт.
— Ладно, — соглашается он, сглатывая и поправляя мокрые волосы, ниспадающие ему на лоб. — Только обещай, что выслушаешь меня.
— Я постараюсь.
— Бизнес, о котором никто не знает, является делом моего брата.
— Ты не говорил, что у тебя есть брат…
— Я не люблю ворошить прошлое, в особенности, — Майкл осекается на полуслове, потерев лицо. — Особенно, если это тема затрагивает моего брата.
— Почему ты раньше не рассказал мне об этом?
— Я не хочу, чтобы тебя, касалось мое прошлое…
— Майкл! — воскликнула я. — Я же просила тебя, довериться мне… Нет ничего плохого в том, чтобы поделиться своими переживаниями…
— Ты не обязана волноваться, — отрезает тот и берет полотенце для лица, чтобы вытереть лицо. — Тем более…
— Тем более, что? Я нужна тебе только для того, чтобы рейтинг возрос? Чтобы очередная книга принесла тебе немереную прибыль?! — прищуриваю глаза, словно хищник в поисках жертвы. Майкл переминается с ноги на ногу, а после, говорит:
— Я хотел тебе все рассказать…
— Очередная ложь! — восклицаю я. — Почему ты вечно лжёшь?! Что я тебе сделала, чтобы получать вот такое к себе отношение?
— Олливия, клянусь! Я говорю тебе правду!
— Да что ты? Как и всегда? Как и всё остальное время?
— Да!
— И папарацци тоже были за правду? Неподкупные?
— Да с чего ты взяла, что я тебе врал?!
— Потому что от дорогих людей не скрывают такие скелеты в шкафу! Потому что между родными людьми всегда есть доверие! Как мне доверять тебе, если я даже не знаю, какая тайна вскроется завтра?!
— Олливия! Ты даже меня не выслушала…
— А зачем мне тебя слушать? Ты ещё рот не открыл, а уже врёшь! Господи! Какая же я дура! — выкрикиваю в ответ. — Я тебе открылась! Доверилась! Нет, я знала, что ты не способен дать мне в полной мере эмоции, которые я даю тебе, но… Чем я заслужила ложь?
Слёзы ручьями текут по моему лицу, вынуждая Майкла взволнованно шагнуть ко мне.
— Мышка, послушай… Я лишь хотел уберечь тебя от собственного прошлого…
— А я хотела просто знать, кем ты был и кем стал, — практически беззвучно шепчу ему. — Видимо, зря потратила время.
— Олливия!
Я резко разворачиваюсь, но его крепкая рука сжимает моё плечо.
— Пусти! — срываюсь на визг, пытаясь вырваться. — Пусти!
Колотя кулаками по его мокрому телу, хочу поскорее избавиться от этих лживых объятий, но Майкл сильнее. В какое-то мгновение он поскальзывается на плитке и заваливается на меня, отчего я, под натиском его веса, впечатываюсь губой в дверной косяк.
— Ви! Господи! — В его голосе слышится неподдельная тревога. — Ты в порядке?
Во рту чувствуется солоноватый привкус, а губу дёргает от боли. Дотронувшись до неё рукой, я обнаруживаю, что по подбородку идёт кровь.
— Иди сюда. Нужно обработать рану, — говорит Майкл, поддерживая меня за руку.
— Иди к чёрту! — бросаю в ответ и, вырвавшись наконец из его хватки, бегу прочь.
— Олливия! — грозно кричит он. — Олливия! Остановись!
Сквозь слёзы я ничего не вижу, ведь перед глазами всё плывёт. Сбежав по лестнице, заскакиваю на кухню и, сняв свой телефон с зарядки, хватаю сумку и иду к выходу.
— Олливия! Постой! — требует мужчина, спускаясь вниз по ступенькам.
— Не подходи ко мне! — визжу я, и он останавливается. — Стой там, где стоишь!
— Пожалуйста, давай спокойно поговорим!