Сквозь страницы

— Не хочу!
— Майкл, у нас полная сдача в печать через два дня! Ты хоть условно можешь вести себя серьёзно?!
— Это как? Так, что ли?
Фыркнув, я неожиданно целую её в губы, и она поддаётся моим чарам. «Бинго, детка! Я знаю, как тебя убедить!» — торжествую про себя, сжимая девушку в объятиях.
— Нет, но тоже сойдёт, — соглашается она, со смешком отстраняясь и возвращаясь к работе.
Я работаю из дома, проводя конференции с теми партнерами, с которыми уже заключил договор. Шон хорошо помогает мне, руководя и ища новых инвесторов, с которыми можно постепенно расширять мою сеть. Но что самое важное для меня — это то, как Олливия воспринимает меня. Я вижу, что она пытается меня поддержать, а в свою очередь, я стараюсь быть мягким с ним. Ведь, какой садовник — такие и цветы. Мне до сих пор не понятно, с какой легкостью она смогла ответить на мои чувства. Хотя я сам, того не понимая, хотел держать ее подле себя, просто управляя. Но не смог. Или не хотел.
 
***
Наступает день, когда Олливия даёт зелёный свет тому, чтобы отправить рукопись в печать. Мне даже кажется временами, что для неё данная книга значит больше, чем для меня. Я всё пытаюсь приступить к новому тексту, но только ничего не выходит. Словно стоит барьер поперёк дороги, что не даёт мне пробиться дальше одного листа А4.
Получив новости из издательства, я решаю отправиться с замом на одну немаловажную встречу. Наш компаньон Стив бьёт тревогу после того, как его товарища кто-то хлопнул, ссылаясь на то, что кончают понемножку весь мой круг общения. Посторонние пташки помалкивают, отчего я просто связан по рукам и ногам. У меня есть уже информация, что эта свинья сдала нас с потрохами тому, кто идет по всем моим компаньонам и осведомителям, жестока расправляясь с ними, тем самым, привлекая внимание полиции все больше и больше. Мне не хочется марать руки, но увы, таков подпольный бизнес. Любой, кто встает на эту тропу — должен понимать, что ставки чересчур высоки. Часто задумываюсь: чем я заслужил Олливию? Не смотря на то, что у нее бывают истерики, как у любой нормальной женщины, она все равно старается отдать больше, чем получит взамен. И мне нужно всеми силами, огородить ее от этого. Насколько возможно.
— Быть может, нам бросить пока весь бизнес? — предлагает Стив.
— И потерпеть значительные убытки? Ты готов лишиться миллионов баксов?
— Жизнь бесценна.
— Ты трус, — заявляю ему в лицо, отпивая виски из стакана.
— Да, трус! — бросает тот. — И что с того?! Что позорного в том, что ты не даёшь в обиду свою семью?!
— А ты уверен, что твоя трусость — это оптимальная защита для последней?
— По крайней мере, мои дети не останутся без отца.
— Это надгробный камень в мой огород? — спрашиваю я, изгибая бровь. — Не так ли?
Он замолкает. Мне известно, что меня опасаются. Если боятся, то уважают. Если уважают, значит, что я авторитет. Если бы не шум города, исходящий из полуоткрытого окна в офисе, что находится на десятом этаже одной из дорогостоящих башен, то я мог бы услышать усиленное сердцебиение Стива.
— Слушай, Майкл, — после тяжёлого молчания продолжает он. — Я и правда боюсь за жизнь своих близких.
— Тогда тебе не стоило соваться в такую игру.
Я с громким треском ставлю стакан на стол. От внезапности собеседник подскакивает на стуле.
— Видишь?! Ты от каждого шуршания дрейфишь. Отчего же полагаешь, что можешь встать на защиту семьи?
Резко встаю на ноги, из-за чего стул падает за мной на спинку.
— Ма-а-а-айкл?! — лепечет Стив. На его лбу появляется испарина
Неспешно подходя к нему, я веду указательным пальцем по краю стола. Компаньон ёрзает на месте, однако активно старается не лишаться самообладания. Одним рывком достав пистолет из-за пазухи, приставляю тот ему к виску. Мужчина рыдает, как побитая бездомная кошка.
— Ради грязных денег, да?! — произношу я, держа оружие ровно.
Джон что-то мямлит, и это действует мне на нервы.
— Что ты там мычишь, а?!
Дёргаю рукой и ещё сильнее вжимаю ствол в его кожу, отчего тот зажмуривается. Ещё чуть-чуть — и он обмочится в собственные роскошные брюки.
— Я не изменщик! — бормочет компаньон. — Клянусь!
— С чего мне тебе доверять? — жёстко настаиваю на своём, поскольку знаю, что трусливые люди всегда туннельные крысы в обществе. Им требуется определённая выгода. Во всём. Только вот как изловят с поличным, они мчатся прочь, сломя ноги.
— Клянусь своими детьми! — пищит Стив, жуя слюни и сопли.
— Напрасно клянёшься, оболтус, — отвечаю я, пихая его пистолетом в висок.
Мужчина удерживает руки, поднятыми вверх, показывая то, что невооружён. Впрочем, я всё равно вижу, как он бессмысленно пытается надавить жирной коленкой на кнопку тревоги. Пнув стул ногой, что откатывается ближе к большим прозрачным окнам, разворачиваю стукача лицом к городу.
— Прекрасный вид, не правда ли?!
— Д-д… Да-а!
— Последний шанс исповедоваться, Стив…
Моё отражение виднеется ему в отполированном стекле. Поморщившись, я наблюдаю, как под этим оболтусом образовывается лужа.
— Ты сейчас серьёзно? — спрашиваю у него, надевая на пистолет глушитель. — И после всего того, что я сделал для тебя, ты расплатился в признательность тем, что при мне обоссался?!
— Этот предатель не я, Майкл!
— Ошибочный ответ, — отвечаю я и стреляю ему в затылок.
Пуля вязнет в прочном стекле, которое дребезжит. Стив съезжает лбом к окну, разрисовывая его в алый цвет.
— Мне прибрать?
— Да, будь добр, — говорю Шону, удаляясь из кабинета прочь.
    
Глава 33. Оливия
Когда книги приезжают из типографии, я направляюсь осматривать те на наш склад, который располагается на цокольном этаже.
Три тысячи экземпляров ровно, ни одним меньше, ни одним больше. Я переживаю за каждую страничку в них. За каждое слово, которое могла пропустить. И неожиданно ловлю себя на мысли, что творчество Майкла не такое уж и опасное. «Даже несмотря на то, что мы никогда не затрагиваем его прошлое, всё равно любопытство странная штука», — определяю про себя, после чего делаю фотографию упакованных в плёнку книг и отправляю смс мужчине, в котором пишу: «Все выглядит просто отлично».
Через секунду приходит ответное: «Они всё равно не так прекрасны, как ты».
«Ох уж этот дамский угодник», — посещает меня мысль. Впрочем, я пропускаю её мимо, хотя и признаюсь себе, что его сообщение вводит меня в краску. Подумав, улыбаюсь и отсылаю ему другое сообщение, где прошу: «Забери меня в четыре. У нас презентация».