Сквозь страницы
Мужчина не может встать, а я же, схватив его за куртку, наношу ему ещё пару-тройку ударов по лицу. Из его носа льётся алая кровь, заливая меня и пачкая мои руки. Швырнув соперника к двери, зло кричу:
— Убирайся, пока я не убил тебя!
Тот кое-как поднимается на ноги, однако не спешит удаляться.
— Тебе мало было? — спрашиваю у него.
Вместо ответа он вытаскивает из-за пазухи пистолет, и я понимаю, что мои предположения про отмщение верны. Раздаётся выстрел. Я стремительным броском отпрыгиваю во входной проём, находящийся рядом с кухней. Сверху слышится вопль паникующей Олливии, что ничего не понимает. «Наша игра выходит из-под контроля», — определяю я и нащупываю рукой какую-то кухонную утварь, что оказывается сковородкой.
«Три. Два. Один», — отсчитываю про себя, пока мужчина не входит на кухню. В один миг перехватив его руку с пистолетом, я отстраняю ту в сторону, и ударяю импровизированным оружием прямо ему в лицо. И всё. Враг обезврежен. Его рука, что держит огнестрел, заметно ослабевает. Потом слышатся два нервных выстрела. Воспользовавшись шансом, вырываю пистолет и теперь сам держу противника на мушке.
— Кто тебя подослал?! — спрашиваю я, прислушиваясь к звукам в темноте. — Отвечай!
— Тебе безвозмездно передаёт привет тот, кто кровен с тобой с появления на свет! — выплёвывает он и бросается на меня, отчего я рефлекторно спускаю курок.
Грохот. Безжизненное тело медленно заваливается на пол. Нащупывая рядом включатель по памяти, я зажигаю свет.
В черепушке недавнего соперника дыра, что располагается чуть ближе к брови. Мозги растекаются по стене.
— Майкл! — окликает меня Олливия, и её голос приводит меня в чувства.
Встрепенувшись, я бегу к ней по лестнице и зову:
— Олливия, ты где?
«Игровое шоу не должно было так закончиться. Всё означает, что в моём кругу появилась крыса. Вот только кто это?» — гадаю про себя, разыскивая девушку.
— Я тут, — пищит она и, распахнув одну из дверей, бросается мне на шею.
— Т-ш-ш-ш, — пытаюсь успокоить её, и мы оба оседаем на пол.
Олливия плачет. Льёт слёзы так, что я ощущаю, как моё сердце болезненно сжимается.
— Тихо, мышка. Всё позади!
— Мне страшно, — сквозь всхлипывания лепечет она. — Мне… жутко страшно.
Прижимаю её сильнее к себе, чмокая в макушку.
— Всё хорошо, — вру в ответ. — Всё закончилось.
— Не отпускай меня, пожалуйста… — тихо шепчет Ви, шмыгая носом. — Я не хочу оставаться одна.
— Я не выпущу тебя, малыш, — упорно твержу я.
Одной рукой вынимаю телефон и набираю Шона. Пара гудков — и тот отвечает.
— Да?
— Есть проблема.
— Крупная?
— Мёртвая.
— Понял, — говорит тот. — Полицию?
— Только из своих. Для идентификации.
— Сейчас всё будет, — обещает он и кладёт трубку.
Взяв девушку на руки, я поднимаюсь, и она крепко-накрепко обхватывает меня за шею. Схожу по лестнице и, не смотря на труп, что освещает бледный свет ламп, выхожу на улицу и спешу к машине.
Глава 31. Оливия«Меня спас Майкл!» — не выходит из моей головы восторженная мысль. Его сильные руки крепко прижимают меня к груди, и я ощущаю себя в полной безопасности.
Как только мы достигаем его дома, он затаскивает меня в свою комнату.
— Ты что-то хочешь? — спрашивает мужчина, снимая окровавленную рубашку. Меня передёргивает от одного лишь вида последней.
— Не уходи… — шёпотом прошу я.
— Я рядышком, — успокаивает он, садясь на кровать и заключая меня в объятия.
Мне вспоминается, что ещё недавно его запах нервировал меня, а всякое прикосновение казалось абсолютно чуждым. «Что же произошло теперь? Почему от его горячих рук меня швыряет в дрожь? Отчего с ним становится так уютно?» — задаюсь про себя вопросом, блаженно прикрывая глаза.
Неизвестно, сколько мы так сидим. Полуобнажённый Майкл баюкает меня, а я вожу пальцами по его татуировкам, не нарушая установившего молчания. В какой-то момент усталость всё же берёт своё, поэтому мы засыпаем, так и не разомкнув объятий.
Проснувшись уже под утро, я в мгновение ока подскакиваю с постели. Дверь в комнату открыта, а жалюзи опущены. Окинув себя взглядом, вдруг замечаю, что на мне мужская жёлтая футболка. Потихоньку спустившись вниз, слышу шипение сковороды, доносящееся с кухни, поэтому иду туда.
Майкл что-то готовит, тихо при том мурлыкая. Услышав мои шаги, он оборачивается и, бросив на меня взгляд, усмехается и говорит:
— Доброе утро! Завтрак почти готов!
— Доброе, — отвечаю я, абсолютно не соображая, как тот может быть таким спокойным.
— Всё в порядке? — интересуется мужчина, приподнимая брови.
Его вопрос оказывает эффект ледяного душа, отчего меня охватывает зябкая дрожь.
— Ещё не знаю, — сознаюсь в ответ, а затем направляюсь чистить зубы в ту комнату, где чаще всего у него останавливалась.
Смыв с себя остатки вчерашнего ужаса, я кутаюсь в молочный махровый халат и, выйдя из ванной, вновь возвращаюсь на кухню. На столе меня уже ждут свежие фрукты, сок, яичница со шпинатом и помидорами, ароматные круассаны и чашка кофе.
— Прошу! — приглашает Майкл, учтиво показывая на стул, стоящий напротив него.
Я молчаливо сажусь, оглядывая предложенное. Всё выглядит до такой степени аппетитно, что кажется картинкой из Инстаграма.
Ничего больше не говоря, мы принимаемся за трапезу, каждый размышляя о чём-то своём. Примерно через минуту я замечаю на себе взгляд Майкла, но не определяю его содержания. Тот кажется… добросердечным? Заботливым?
— Что? — спрашиваю у него, не понимая, к чему такие игры в переглядки.
— Ты великолепно выглядишь! — сообщает он, поглощая яичницу.
— Большое спасибо.
Кротко улыбнувшись, я принимаю комплимент, несмотря на шоковое состояние.
— Чем займёмся сегодня?
— У тебя же работа!
— И что?
— Я считала… — начинаю было говорить, но замолкаю на полуслове, не в силах подобрать нужных слов.
— Сегодня мы будем заниматься тем, чем хочется в первую очередь тебе!
— Но у нас же на носу выход книги…
— Она обождёт, — отрезает Майкл, делая глоток кофе. — По крайней мере, хотя бы один день.
— Ладно, — сухо соглашаюсь я.
«В чём-то он прав. Может быть, нам и правда стоит немного расслабиться, чтобы хотя бы на пару часов отвлечься от вчерашних событий», — приходит ко мне мысль, с которой трудно не согласиться. Доев яичницу, я поднимаюсь из-за стола и ставлю тарелку в раковину.