Сквозь страницы

— И всё-таки, — немного помолчав, уточняет наш коммерческий директор, — почему ей не стоит сообщать первым делом в полицию?
— Это моя вина, — отрезаю я. — Поэтому мне эту кашу и расхлёбывать. Я не хочу лишней шумихи и чужого вмешательства. В крайнем случае, попрошу своего друга присмотреть за ней.
— Но логичнее поступить иначе. Майкл, точно всё в порядке?
— Да, в полном!
— Что ж, я верю тебе. Но имей в виду, что вся ответственность ложится на твои плечи, если с Оливией что-либо случится.
— С ней будет всё хорошо. Я обещаю.
    
Глава 21. Оливия
Я вылетаю из кабинета, словно обожжённая. «Насколько нужно быть таким высокомерным хамом, чтобы ещё и пытаться контролировать мою жизнь? Это полный абсурд!» — думаю про себя, злясь ещё сильнее.
Стремительно несусь вперёд, минуя всех зевак, что норовят вынюхать хоть какую-то тему для сплетен и, не видя ничего на пути, врезаюсь в чью-то спину.
— Эй, Олливия! Не ожидал, что вы так снова влетите в мою жизнь!
— Уйди с дороги. — Отодвинув в сторону Фредди, в которого врезалась, оставляю его позади с каким-то неуместными возгласами в мой адрес.
Весь отдел смотрит на меня, будто бы впервые видит. Я и сама себя не узнаю, будучи неожиданно грубой и раздражённой. Усевшись за стол, ещё долго не могу сосредоточиться на работе. В голове всё вертится фраза: «Мы просто станем первой помощью до вмешательства полиции, если будет нужно». Мне понятно, что подобная подача исходит непосредственно со стороны Майкла. «Что ему нужно от Барри? Ещё месяц назад я спокойно жила, работала и спала. С появлением же Кима моя жизнь превратилась в такое сумбурное времяпрепровождение, что уже не представляется возможным понять, откуда в этой истории ноги растут», — определяю я, зарываясь руками в волосы.
Оставшийся рабочий день стараюсь игнорировать шёпот, взгляды и внезапное молчание, когда захожу в какой-нибудь кабинет или на общую кухню. Теперь для того, чтобы налить кофе, мне приходится проходить пять кругов ада, прежде чем моя кружка наполнится. Я вымотана до последней капли. Любой косой взгляд раздражает, забирая последние капли самообладания. «Такое ощущение, что вселенная ополчилась против меня, всеми силами давая понять, что моё место не здесь», — в какой-то момент приходит ко мне усталая мысль.
В очередной раз направившись на кухню за порцией кофе, я слышу интересный разговор между двумя коллегами, разговаривающими вполголоса и искренне верящими, что говорят очень тихо. Настолько «тихо», что мне, стоящей в коридоре, всё прекрасно слышно.
— Ты думаешь, они реально вместе? — спрашивает одна из них.
— Я думаю, что Олливия лишь пользуется новым положением. Не успела стать главным редактором, как уже легла к Майклу в постель, — отзывается вторая.
— Как-то всё странно.
Я прислоняюсь к стене около двери, чтобы лучше всё слышать, но при этом опускаю глаза в телефон, не желая выдавать своим видом, что подслушиваю кого-то.
— Ничего не странно. Всё сходится! Она явно легла в постель к нему ещё до получения этой должности!
— Да уж… Повезло ей!
— Ещё как! Все только мечтают получить хотя бы секунду внимания Майкла, а эта сука враз зацапала не только его взгляд, но и всего целиком!
«Меня сейчас стошнит», — приходит ко мне понимание, и я действительно ощущаю приступ тошноты, отчего на языке появляется кислый привкус.
— Я слышала, что сегодня утром они ворковали на её рабочем месте. Девочки Роуз сообщили, что Майкл поцеловал ей руку, прежде чем ушёл!
— Господи! Это так романтично!
— Угу… Сучка заполучила его и даже не постыдилась скрыть ото всех!
— А что её подруга Роуз говорит по этому поводу?
— Не слышала ничего, но думаю, что ей завидно!
— Я тоже так считаю!
И тут я взрываюсь. Внутри меня всё просто закипает от злости. Я прямо вижу, как вырываю этим тварям волосы и швыряю те им в лицо. «Какие же они двуличные! Мрази!» — чертыхаюсь про себя и открываю дверь, заходя на кухню. Обе сплетницы замолкают и смотрят на меня круглыми глазами, в которых без труда читается переходящая в ненависть зависть. Мне стоит колоссальных усилий сдержаться и не дать ходу собственной же фантазии. Не подавая виду, направляюсь к кофемашине, чтобы сделать себе латте. Девочки молчат, но краем глаза я замечаю, как они переглядываются. Они не видят моей злой ухмылки, и тут меня осеняет. «Почему не пользуюсь своим положением? Ведь я же главный редактор», — вспоминаю я и, распрямив плечи, тут же говорю строгим голосом:
— У вас что, работы нет?
— Ам-м… Эм-м? — Коллеги мнутся, явно не ожидая от меня такой резкой реакции. — Есть, Ви.
— Олливия Кларк, — перебиваю их, с гордостью произнося своё имя. — Теперь я для вас Олливия Кларк, а не Ви.
— Ну да, — фыркает одна из них и делает глоток из кружки.
— Ну так чего ждёте? — продолжаю я разнос. — Вперёд работать!
Развернувшись, одариваю их злобным взглядом начальницы. Вероятно, что у меня выходит неплохо, поскольку девицы мигом ставят недопитый кофе на раковину и удаляются из кухни, плотно закрывая за собой дверь.
— Твою мать! — тихо выругавшись, я вздыхаю.
«Сплетни расходятся, как горячие пирожки. Кто бы мог подумать, что не пройдёт и пары часов, как до каждого в офисе долетит слух о том, что произошло сегодня утром? Я не удивлюсь, если уже и на других этажах обсуждают, как мы ворковали с Майклом в кабинете у Барри Уокера», — рассуждаю про себя и, увлечённая мыслями, тянусь за своей кружкой с кофе и задеваю её так, что она летит на пол и разбивается вдребезги.
— Да блядь! — ругаюсь вполголоса. — Что сегодня за день такой?!
Сделав глубокий вдох и резкий выдох, изо всех сил пытаюсь успокоиться и собрать в себе последние крохи самообладания. До конца рабочего дня остаётся меньше получаса, а я уже хочу сбежать из издательства побыстрее. Позвав уборщицу и извинившись перед ней за устроенный бардак, направляюсь обратно к себе.
Подойдя ближе, вдруг замечаю, что на моём столе стоит огромный букет роз. Не выдержав, оглядываюсь по сторонам и спрашиваю:
— Кто это принёс?
Вначале в воздухе повисает полная тишина, ведь все сразу же перестают печатать или шептаться. Набравшись смелости, ко мне подходит моя помощница Алиса и говорит:
— Курьер…
Окинув взглядом цветы, которые выглядят очень красивыми, я вижу среди них записку. Развернув последнюю, обнаруживаю в той всего несколько слов, что оповещают: «В 18:00 жду у входа. М».
— Блядство! — ругаюсь я сквозь зубы.
Букет от Майкла, в этом не остаётся сомнений. И вся ситуация ни капельки не веселит меня. Напротив, я готова прямо сейчас швырнуть полученный веник ему в лицо и добавить подзатыльников за такое хамство. Мне непонятно, на что вообще рассчитан подобный жест. «Неужели у него проснулась совесть, и он хочет таким образом извиниться?! Или тут скрыт какой-то очередной подвох? Чёрт!» — думаю я и, вдохнув полной грудью, надеваю пальто и решаю, что выйду с работы хоть раз пораньше. Пока иду к лифту, то собираю на себе взгляды сотрудников, которые пялятся то на меня, то на букет роз в моих руках. «Я за всю жизнь столько взглядов не собирала, как сейчас, за каких-то десять минут», — посещает меня мысль, а лифт, как назло, поднимается очень медленно, будто бы испытывая терпение. Когда рядом собирается стайка сотрудниц, я понимаю, что если всё никакая не шутка, и Ким действительно ждёт меня внизу, то шоу навряд ли получится скрыть от окружающих. Мысленно пытаясь успокоиться, захожу в кабинку со всеми собравшимися коллегами. Как и в прошлый раз, лифт едет предательски неторопливо, отчего я нервничаю всё больше и больше. Наконец звенит звонок, оповещая о прибытии на нужный этаж, после чего двери открываются. Все лениво двигаются вперёд, а с ними и я. К великому сожалению, я почти сразу вижу машину Майкла и его самого, стоящего рядом с ней и разговаривающего по телефону. Пока иду вперёд, перебираю в голове все имеющиеся слова, выбирая то, что хочу ему высказать, но только забываю их напрочь, когда подхожу поближе. «Кажется, что удача, которая помогала мне с утра, сейчас, когда была так нужна, безвозвратно исчезла», — определяю про себя, испытывая сильное волнение.