Попаданка для пленного змея. Ненталь
Наг был совершенен! Литые мускулы перекатывались под смуглой кожей.
Я не сдержалась, скользнула рукой по буграм плеч. Затем по мощным щиткам грудных мышц. Ненталь не шевелился, только надсадно втягивал носом воздух и ноздри его судорожно трепетали. Я остановилась и наг пальцами подтолкнул мою руку дальше. Кхм… А он нетерпеливый. Мне это ужасно понравилось. Я совершенно осмелела, словно со мной — мой, собственный, личный мужчина. А вовсе не император из другого измерения. Моя ладонь двинулась ниже, к прессу… Ненталь вздрогнул, чуть дернулся. И несколькими быстрыми движениями пальцев развязал набедренную повязку. Я увидела его всего. Возбужденного так, как только может быть возбужден мужчина.
Без прикрас. Да они и не требовались.
Этому мужчине точно нужно оставить потомство! Вот что мелькнуло шальной мыслью в моей голове. А затем все заполнила дурманящая эйфория от мысли и «он мой!». Мы не разговаривали о том, что «после», когда Ненталь освободится. О том, что у него потом может появиться своя нари. О том, что я живу на Земле, а он — обитает в Гардавии. И нас разделяют даже не километры, не самолетные часы в воздухе и не душные часы в тряски автобуса. Нас раздлеляют границы измерения!
О возможном новом отборе в жены для Ненталя… Он ведь один уже организовал. Так почему не устроить другой? Ну когда все в жизни Ненталя тоже устроится? Такой вот незатейливый каламбур…
Да и нужно ли нам это, в принципе? Портить этот чистый, как горный ручей миг, выяснением отношений?
Я взрослая женщина. Он взрослый мужчина. Даже страшно подумать сколько ему лет. И мы оба согласны сейчас на все. Все, к чему нас толкает природа.
А природа разве что самолично руками не сцепляла наши тела.
Да этого и не требовалось.
Ненталь притянул меня и принялся покрывать поцелуями. С какой-то жадностью ловя губами каждый миллиметр моей кожи.
Я снова застонала, впилась пальцами в плечи нага, и он издал новое рычание. Общаемся как оборотни в книгах. Я стону под двусущим, а он рычит. Все нормально! Хоть роман пиши!
Ирония растворилась в дымке желания. Затуманенным взглядом я видела Ненталя, оценивала его. А он… Он не останавливался. Так ребенок, который долго болел, дорвавшись до мороженого не может остановиться, пока в пальцах не останется лишь палочка. И даже потом еще обсасывает ее, слизывает остатки, грызет — вдруг что впиталось.
Время от времени наг задевал меня внушительным свидетельством своего желания. И тело его охватывала крупная дрожь, а ноздри начинали трепетать сильнее прежнего.
Ненталь медленно спустился к моему животу и проложил дорожку поцелуев, вниз, заставляя меня жмуриться от удовольствия и уже почти ничего не соображать. А затем вдруг одним движением вошел. Остановился, словно примеривался, оценивал совпадение наших размеров, желания и эмоций. Приятное, невыносимое томление прокатилось по моему телу. Так и хотелось сказать «ну давай уже, не мучай ни меня, ни себя». Вместо этого я сама толкнулась. Ненталь принялся двигаться, накрыв мой рот поцелуем, и я опять поплыла в море удовольствия.
Не ища берега, которые давно уже потеряла в тумане страсти.
Не пытаясь понять: что дальше и как дальше.
Тело взрывалось каскадами наслаждения, они проходились по мышцам, даря такую необходимую сейчас разрядку.
Я снова выгнулась, когда мы оба пришли к пику. Ненталь излился, и я ощутила внутри семя, намного теплее человеческого. Но было приятно. И как-то даже томно. Однако тотчас наг продолжил двигаться, и я поняла, что он еще совсем не насытился нашей близостью, моим телом и нашим слиянием.
И от этого возбуждение нахлынуло снова. Накрыло, совершенно сбив поток мыслей, совершенно лишив силы воли.
А ведь я собиралась пошутить на тему того, что в книгах оборотни могут много раз и не хотелось бы стать такой же выжатой досуха, как героини из этих романов.
Но… слова испарились, а смех застрял в горле… превратившись в очередное хрипловатое постанывание.
Я подчинялась телу Ненталя, а он брал меня так, словно присваивал. Первый раз был нежным, каким-то настороженным, будто наг опасался, что я оттолкну, передумаю. Сбегу и больше уже не вернусь.
А вот теперь… Теперь он словно заявлял на меня законные права, помечал, как свою собственность. Он брал меня так, словно мы всегда были вместе. Очень и очень долго.
Ну и пусть… Пусть…
В конце концов, я ничего не теряю. Вот кто еще из землянок, моих знакомых сможет похвастаться тем, что занимался любовью с нагом? Да никто! Вообще ни одна!
И я отдалась Ненталю со всей страстью, со всем пылом, скопившемся за то время, что я жила одна, без мужчины. Я отдала Ненталю себя полностью.
И он ощутил. Вдруг приостановился и поцеловал так, словно клялся мне в чем-то. Глубоко, чувственно, сокровенно. Так что у меня каждая клеточка тела пропиталась нежным, приятным теплом. Налилась тяжелым, сильным желанием.
Ненталь принялся двигаться, прижимать, стискивать, практически вбиваться…
И я окончательно потеряла себя…
Себя… а не ориентацию в пространстве, не бразды правления своим телом, которое подчинялось нагу, будто выдрессированное. Нет… На какие-то мгновения, а может минуты, часы я потеряла себя.
Вся растворилась в нашей безбрежной страсти: бурной, как горная река и горячей, как солнце пустыни.
Я плохо помню, что мы творили.
Мы перемещались к стене, вертикально, потом наг укладывал меня на пол, потом снова прижимал к стене, усаживал на какой-то теплый камень в соседней пещере, больше похожий на стул… Я даже затруднялась сказать в какой позе мы сейчас. Были только Ненталь и я. Наше желание, такое естественное, всеобъемлющее, такое чистое и одновременно мощное.
Оно подчиняло нас. Скручивало спазмами неудовлетворенности и охватывало негой расслабленности. Ненталь — его ласки, его поцелуи и его рычание стали моим компасом в обжигающем мареве страсти. В пряном, остром и сладком одновременно дурмане обоюдного желания.
Когда мы распластались на полу, наг как-то уж слишком по-хозяйски положил на меня руку. Будто у нас не просто был невероятный крышесносный секс, а прямо-таки отношения. Серьезные и долгие, даже обязательства друг перед другом.
И я не смогла не съязвить, чтобы сбросить с себя этот дурман, эти фантазии о том, что, возможно, мы — пара. Вернее не так. Я — истинная пара Ненталя.
— А если бы сюда сейчас нагрянули? — спросила я с ехидцей в голосе. Ненталь посмотрел с таким выражением. Мол, все вы попаданки одинаковы. Получили удовольствие от неземного мужчины и давай получать его другим способом — издеваясь над бедным оборотнем. Нет! Правда! Именно так он и воззрился!
— Похитители приходят в одно и то же время вот уже много дней. Сегодня явились чуть раньше. Но они удостаивают меня своим посещением не чаще раза в день. Не хотят утомлять меня своим присутствием.