Зеленый мозг. Долина Сантарога. Термитник Хеллстрома

– Как насчет самолетов? – спросил Хеллстром. – Было что-нибудь?
– Чуть более часа назад пролетели два. Реактивные.
– Делали замеры? Есть какие-либо признаки?
– Нет. Коммерческие авиалинии. Все чисто.
Хеллстром кивнул и задал очередной вопрос:
– А этот чужак – он там устроился надолго?
– У него рюкзак, – сообщил Харви. – В рюкзаке ленч. Мы думаем, он будет ждать темноты. Время от времени мы его бьем низкочастотным излучением, чтобы нервничал.
– Отлично. Продолжайте в том же духе. Будет нервничать – наделает ошибок. Но не перестарайтесь, чтобы не сбежал засветло.
– Понимаю, – сказал Старина Харви.
– Теперь про женщину в фургоне. Вы наблюдаете за ней?
– Не спускаем с нее глаз. Чужак пришел с ее стороны. Полагаю, они связаны.
Харви откашлялся громко и хрипло. Хеллстром знал, что Старине Харви уже более двухсот лет, и он очень стар для первых колонистов, немногие из которых смогли прожить полную жизнь в Термитнике.
– Вне всякого сомнения, – произнес Хеллстром. – Они в команде.
– А может, это просто случайные путешественники, и за ними ничего нет? – предположил Харви.
– И ты в это веришь?
Пауза.
– Не очень. Но все ведь возможно.
– Я думаю, они явились оттуда же, откуда и Портер.
– А если попросить наших людей на востоке поинтересоваться балтиморской компанией «Голубой дьявол»?
– Нет, это может нас выдать, – возразил Хеллстром. – Нужна предельная осторожность – особенно, если эта парочка явилась, чтобы выведать, что произошло с Портером.
– Похоже, мы с ним поторопились, – заметил Старина Харви.
– У меня на сей счет тоже есть сомнения.
– А что за агентство представлял Портер?
Хеллстром задумался. В вопросе Харви было то, что тревожило и самого Хеллстрома. Под конец Портер разговорился. Это было отвратительно, и именно это заставило Хеллстрома поспешить с измельчителем и чанами. Да, кое-что из того, что говорил Портер, в спешке воспринималось без должного внимания. Ни один из жителей Термитника не стал бы вести себя так, как Портер – даже самый обычный рабочий, который не владеет языком Внешнего мира. Портер пригрозил, что агентство их достанет. Его всемогущее агентство.
– Мы все про вас знаем! – кричал Портер. – Вам от нас не уйти!
Портер был первым взрослым чужаком, видевшим Термитник изнутри, и его истерическая реакция на обычные вещи, необходимые для поддержания существования Термитника, поразила Хеллстрома.
На его истерику я ответил своей, подумал Хеллстром. Нужно держать себя в руках.
– Надо более тщательно допросить эту парочку, – сказал он. – Может, они расскажут нам и про агентство.
– Полагаешь, если мы поймаем их, это будет умно? – усмехнулся Харви.
– Это необходимо.
– Может, следует подумать о других способах?
– Что ты предлагаешь? – спросил Хеллстром.
– Пусть наши люди на востоке проведут осторожное расследование по поводу этого агентства. Мы же здесь частично раскроемся. Можно пригласить чужаков и показать то, что у нас на поверхности. Вряд ли у них есть доказательства того, что мы несем ответственность за исчезновение их парня.
– Вот в этом мы как раз и не уверены.
– Они вели бы себя не так, если бы считали нас виноватыми.
– Им известно, что это мы, – возразил Хеллстром. – Правда, они не знают, как мы это сделали и почему. И, если мы частично раскроемся, это не заставит их уйти. Насядут, как муравьи на труп. Да, мы должны раскрыться, но сделать это взвешенно. Наши люди во Внешнем мире получают необходимую информацию, и я постоянно прошу их быть предельно сдержанными и осторожными. Лучше пожертвовать Термитником, чем всем, что мы имеем.
– Пожалуйста, отметь для себя: я не согласен, – произнес Старина Харви.
– Твое мнение обязательно будет учтено.
– Наверняка они пришлют других.
– Полагаю, ты прав.
– И каждая новая команда будет более опытной, чем предыдущая, Нилс. Более квалифицированной.
– Не сомневаюсь. Но чем выше квалификация, тем у`же горизонты. Мы это знаем по своим специалистам. Вряд ли эти первые шпионы имеют отношение к главным структурам агентства, которое так интересуется нами.
Колебания Старины Харви свидетельствовали в пользу того, что он не рассматривал эту возможность. Наконец он спросил:
– Ты собираешься поймать кого-то покрупнее?
– Мы должны сделать это.
– Это опасная игра, Нилс.
– Обстоятельства таковы, что мы обязаны рискнуть.
– Тогда я еще больше возражаю. Я жил во Внешнем мире, Нилс. И я знаю этих людей. Твой план может всех нас погубить.
– У тебя есть альтернативный? – спросил Хеллстром. – Менее рискованный? Только, прежде чем отвечать, просчитай все варианты. Последствия цепи событий, которые будут вызваны нашими сегодняшними действиями. С Портером мы совершили ошибку. Мы думали, что он – обычный чужак. Мы таких уже ловили и отправляли в чаны для переработки. Но лидер чистильщиков заметила в нем нечто особое и обратила на него мое внимание. Ошибку совершил я, однако последствия этой ошибки заденут всех нас. То, что я сожалею о ней, не изменит ситуацию в одночасье. Наша проблема усугубляется тем, что мы не в состоянии стереть все следы, которые, направляясь к нам, оставил Портер. Раньше нам это удавалось, отчего я и успокоился. Но долгая история успеха не гарантирует в каждом новом случае автоматически верных решений. Я знал это и, тем не менее, совершил ошибку. Конечно, я сложу с себя полномочия, однако не изменю своего решения по поводу того, как нам надлежит действовать – с учетом того, что я сделал.
– Нилс, – проговорил Старина Харви. – Я бы не стал настаивать на лишении тебя полномочий…
– Тогда ты должен подчиниться моему приказу. Хотя я и мужчина, но я, как это определила праматерь, являюсь главой Термитника. Она была убеждена в правильности своего выбора, и у нас пока не было повода усомниться в этом. В общем, когда будете изучать состояние той женщины, что осталась около фургона, проверьте, не таит ли она в себе эмбриона.
Старина Харви был уязвлен и раздосадован.
– Я знаю, что нам нужна новая кровь, Нилс. Твои приказы будут немедленно исполнены.
Хеллстром повернул ключ на консоли, и лицо Старины Харви исчезло с экрана монитора. Харви очень стар; к тому же долгая жизнь среди людей Внешнего мира притупила в нем свойственную обитателям Термитника чувствительность к внешним угрозам, а также связующее их всех чувство солидарности, но он умел подчиняться, невзирая на страхи и сомнения. В этом смысле ему можно было доверять безоговорочно, в отличие от человеческих существ, которые развивались во Внешнем мире в условии жестких ограничений, царивших в том, что население Термитника именовало «дикими сообществами». Старина Харви был надежным работником.