(не)желанная невеста повелителя драконов

У Его Высочества был подозрительно задумчивый вид. Черт! Похоже, уже раскусил меня. Сердце снова пустилось вскачь.
Сглотнула и отпустила его руку.
— Прямо сейчас? — спросила тихо, пытаясь скрыть тревогу в голосе. — Может, потом? Что-то неважно себя чувствую. Ох! — Я артистично закатила глаза и приложила ладошку ко лбу. — Голова кружится…
Мужчина придержал меня за спину и локоток.
— Это важно. Пойдемте, поищем уединенное местечко.
«Вот упертый баран!» — мелькнула раздраженная мысль.
Собралась уже было упасть в фэйковый обморок, лишь бы принц отстал, как вдруг откуда-то снизу послышались бегущие шаги. В следующий миг на лестнице появился герцог Керрилон.
Заметив меня, он быстро взлетел по ступеням вверх.
— Вам не хорошо? — спросил воин, отталкивая от меня принца Пасканы и занимая его место. Сильная рука осторожно приобняла меня, и через миг моя спина оказалась прижатой к крепкой мужской груди.
Продолжая притворяться бедной овечкой, я приложила трясущуюся ладошку к сердцу и тяжело задышала.
— Просто устала. Проводите меня в мою комнату, пожалуйста, — произнесла страдальчески и, повернув голову, вскинула поникший взгляд на герцога.
— Да, да, конечно, — молниеносно отреагировал галантный кавалер.
    
Глава 16. Правда, меняющая все
Спустя несколько минут я лежала на кровати, лоб холодил мокрый компресс. Герцог Керрилон злым коршуном метался по комнате, внимая взволнованной речи принца Пасканы и недовольно цокая языком. Потом внезапно остановился и прожег ледяным взглядом мгновенно побледневшего собеседника.
— Ваша прабабка не пойми в чем обвинила леди Наилию и призвала остальных призраков сделать то же самое. Это все? Ничего, случаем, не упустили?! — чуть не кроша зубы, процедил герцог.
На его стиснутых кулаках вздулись вены, выглядывающая из-под накидки рукоять клинка опасно покачивалась. Мне впервые довелось наблюдать повелителя Стиаи в гневе.
Стало даже немного жаль бедного принца, походившего в данный момент на треснувшую по всем швам крепость, что, казалось, вот-вот рухнет под натиском драконорожденного. Но заступаться за него не собиралась, поэтому продолжала разыгрывать из себя страдалицу: лежала солдатиком, мученически мычала.
Сам виноват — нечего было за нами тащиться. Чего он вообще в моей комнате забыл-то?
— Это все, — отчеканил принц, придав лицу отважное выражение и расправив плечи. А потом неожиданно выпалил: — Не могли бы вы нас с леди Наилией оставить наедине?
Уголки губ герцога напряженно дернулись.
У меня же внутри натянулась струна. И не только потому, что показалось — герцог вот-вот потеряет последние остатки самообладания и набросится на Его Высочество диким зверем. А из-за растущего с каждой минутой волнения: принц знает мой секрет и хочет поговорить об этом. Неужели будет шантажировать?..
Неприступной скалой герцог навис над Его Высочеством и произнес тому прямо в лицо:
— А может, это Вы нас с леди Наилией оставите наедине?
Мой защитник! Что бы я без него делала, одним богам Эльгота известно.
— Вы не понимаете… — настаивал принц.
— Нет, это, по-моему, до Вас не доходит! — едва не рычал в ответ дракон.
Мужчины, подобно двум петухам, дерущимся за несушку, принялись громко спорить, тыкать пальцами друг в друга, хвататься за одежду. От их рыка задребезжало зеркало в трюмо.
Хотела уж было вмешаться в глупую пикировку, но тут послышался неуверенный стук в дверь. Я тут же стянула со лба и отбросила в сторону компресс и вскочила с кровати.
Ловко втиснулась между сбивчиво дышащими титанами. Одна моя ладошка уперлась в холодную кольчугу герцога, вторая — в мягкий сюртук его визави.
— Прекратите немедленно! Как дети малые!! — крикнула громко и для пущего эффекта топнула ножкой.
Спорщики тут же встрепенулись, окинули меня встревоженными взглядами и принялись в один голос извиняться. Я устало закатила глаза.
«Мужики — они в Африке мужики…» — усмехнулась про себя и потопала открывать дверь.
В комнату ураганом влетела Тацуда.
— Доченька, с тобой все в порядке? Это не отбор, а настоящее проклятье! Одно страшное происшествие вслед за другим, сколько уже можно! Ой, ой, ой! — запричитала фэйковая мамаша, изображая из себя убитую горем страдалицу.
Теплые женские руки легли на мои щеки, потом опустились на плечи, и надсмотрщица приобняла меня, ободряюще похлопывая по спине.
Я неуверенно ответила на ее объятие и, присоединяясь к спектаклю, утешающе произнесла:
— Все уже позади, матушка.
— Да, как бы не так! — всхлипнула Тацуда и положила свою голову мне на плечо.
Она громко всхлипывала и шмыгала носом, но при этом незаметно прошептала мне на ухо: «Выпроводи своих кавалеров отсюда…»
Что я и сделала. Аккуратно приминая волосы жалобно стонущей лицедейки, взглянула на мужчин. Те притихли в углу, как шкодливые подростки, которых поймали за хулиганской проделкой. То-то же! Будут знать, как устраивать непристойные разборки в покоях невинной юной леди!
Кивком указала провинившимся на дверь, а сама обратила все свое внимание к плачущей на моем плече Тацуде. Когда мы остались вдвоем, женщина тут же отцепилась от меня и на шумном выдохе опустилась на кровать.
Только-только хотела поблагодарить опекуншу за то, что помогла спровадить ухажеров, как та внезапно вскинула руку, оборвав меня на полуслове:
— Потом, все потом. Садись, есть разговор.
Женская ладошка похлопала по смятому покрывалу.
Да что ж это всем не терпится поговорить со мной сегодня…
Я в защитном жесте скрестила руки на груди.
— Мне нечего сказать. Понятие не имею, почему призраки взбесились. И твоя брошь совсем не помогла.
— Ошибаешься! Брошь сработала превосходно.
Я напряглась.
— Что все это значит?
Игра в кошки-мышки у меня уже в печенках сидела.
Тацуда опустила глаза. Ее тонкие пальцы нервно сминали бархат юбки.
— Магический артефакт содержал в себе послание духам, — призналась она.
— Какое еще, черт возьми, послание?! — Мой голос сорвался на хриплый крик.
Надсмотрщица резко вскочила на ноги:
— Ти-и-ише!
По моему телу прокатилась волна жара. Я сорвала с лифа брошь и на раскрытой ладони протянула ее Тацуде.
— Выкладывай все, говори на чистоту. Иначе я за себя не ручаюсь! — произнесла угрожающе и оскалилась.
Собеседница сглотнула и осторожно, будто тянулась к капкану, который мог в одно мгновение захлопнуться на ее руке, подхватила артефакт с моей ладошки. Спрятала его в карман юбки, потом высунулась в коридор, убедилась, что нас никто не подслушивает, и, плотно прикрыв за собой дверь, посмотрела на меня испуганными глазами, сопровождая все эти манипуляции тяжким вздохом.