Фокусник, руки прочь!

– Иди, поешь, – отправил он меня вниз. – Мне надо пару звонков сделать.
Я послушно спускалась, гадая по пути, что из всей этой затеи выгорит, а внизу действительно уселась за стол. Андрей копался в телефоне, мама была все еще у плиты и, заметив мое возвращение, поставила передо мной тарелку с супом. Борщ пах так одурительно, что я не удержалась и, несмотря на ворох проблем, с большой охотой ухватилась за ложку.
– Чего натворила? – хмыкнул брат, отвлекаясь от мобильного.
– Алиса, ты беременна? – ахнула мама и, всплеснув руками, присела на стул.
Я с недоумением уставилась на родственников. Хорошего же они обо мне мнения!
– Сдурели? – возмутилась я. – Помощь мне понадобилась по работе.
– Но на тебе же лица нет! – не спешила мне верить мама.
– И поэтому я беременна?
– Ты приехала одна, расстроенная… А где, кстати, твой Роман?
– По делам уехал, – буркнула я и занялась супом, дабы не продолжать неудобный разговор.
Отец спустился минут через двадцать.
– Идем, я провожу тебя, – скомандовал он. Под недоуменными взглядами мамы и брата мы покинули столовую. – С людьми я договорился, соответствующие органы сигнал получили и деятельностью твоего шефа заинтересовались, – рассказывал папа, пока мы шли к машине. – Нам остается только ждать и надеяться, что с твоим Романом все будет в порядке. Он парень крепкий, должен продержаться какое-то время. Вечером я пришлю к тебе охранника, без него – никуда. Завтра же утром поедете в вашу контору забирать твои документы. Ты все поняла, дочь?
– Да, папа, – уныло кивнула я, так как глубоко внутри все-таки рассчитывала на большее. Хотелось прямо сейчас сорваться с места и помчать на выручку Ромке, но логика, гребаная логика сводила на нет все душевные порывы.
– Алиса, я понимаю, что ты очень переживаешь за друга, но пойми, прямо сейчас мы ничем не сможем ему помочь. Пообещай мне, что не наделаешь глупостей, иначе я буду вынужден запереть тебя дома. Я могу доверять тебе, дочь?
– Да, – обмирая внутри, выдавила я.
Домой возвращалась по темноте. Припарковаться повезло прямо напротив подъезда, и я быстренько шмыгнула внутрь. Если и ждал меня кто-то во дворе, горя желанием пообщаться, то им для разнообразия не повезло. В квартире я первым делом скинула с себя одежду и залезла под одеяло. Джокер жалобно и вместе с тем недовольно мявкал, жалуясь на отсутствие хозяина. Я подгребла кота поближе к себе и стиснула в объятиях.
– Я тоже за него переживаю, – призналась я лысому питомцу.
Тот тяжко вздохнул, будто понимал все на свете. Попыток вырваться из моей хватки не делал, так мы и продолжили лежать, прижавшись и черпая друг у друга силы, чтобы пережить этот вечер. Чем ближе была ночь, тем сильнее меня трясло от того, что утром я собиралась предпринять. Миха с Вальком позвонили, еще когда я была за рулем, и поведали план. Быстрова они обнаружили по сигналу мобильного: вышка зарегистрировала отключение его аппарата как раз в районе того самого города, где пропал отец Виталика, и мы предположили, что увезли Ромку на ту стройку, о которой мы прочитали в интернете. Брать меня с собой ребята не хотели, но я пригрозила знакомством с отцом, и они сдались. Я была железно уверена: без моего участия договориться с Селезневым не удастся. Оставалось только как-то избавиться от охранника, выделенного отцом.
Его, к слову, долго ждать не пришлось: примерно спустя час, как я вошла в квартиру, раздался звонок домофона, свой новый адрес я сообщила отцу еще в кабинете.
– Я от Виктора Андреевича, – донесся незнакомый голос из трубки, и я надавила на кнопку, впуская мужчину в подъезд.
Долго разглядывала прибывшего в глазок перед тем, как открыть дверь. На мордоворотов Игоря Дмитриевича он оказался не похож. Мужчине было за сорок, коротко стриженые волосы, серьезный и слегка отрешенный взгляд серых, многое повидавших в жизни глаз, крепкое телосложение и короткие фразы, только по существу. Такому хотелось доверить свою спину безоговорочно.
– Игорь, – представился охранник и вошел. Обвел квартиру опытным взглядом, но прочитать что-либо по его лицу я не смогла. Профессионал, однако! – Завтра утром я за вами заеду, и мы вместе отправимся к вам на работу, так сказал ваш отец. Убедительная просьба, до моего прихода на звонки с незнакомых номеров не отвечайте, дверь никому не открывайте. Никому – это значит вообще никому: ни старенькой соседке, пришедшей за солью, ни почтальону, ни участковому… Запишите мой номер, для вас я всегда буду на связи, если начнет происходить что-то странное, или вам просто покажется, что что-то идет не так, отбросьте чувство такта и обязательно звоните. Не бойтесь показаться глупой или настырной, в нашем деле лучше перестраховаться. Пределов квартиры без моего сопровождения не покидать ни под каким предлогом. Даже если вам очень понадобится вынести мусор, сначала звоните мне, я буду поблизости. Алиса Викторовна, я могу быть уверен, что мы друг друга поняли?
– Да, конечно, – постаралась я прозвучать как можно более убедительной, сама же в уме прикидывала варианты, как ускользнуть от навязанного папой излишне правильного и ответственного типа.
Охранник посверлил меня взглядом, кивнул каким-то своим мыслям и, наконец, оставил меня одну, напомнив, что заедет за мной утром. Где он собирался провести все это время, для меня так и осталось загадкой, лишь бы не вздумал сидеть напротив подъезда в машине – незаметно сбежать с Михой и Вальком в таком случае окажется затруднительно.
Вместо того чтобы спать, я тихонько лежала под одеялом, боясь потревожить уснувшего Джокера, и прикидывала, как будут развиваться события. То мне казалось, что мы незаметно выкрадем Ромку, подобно ниндзя, то чудилось, что полетим спасать его на вертолете и обязательно обстреляем вражескую базу из пулеметов… Ох уж эти боевики из моего детства, которые мы с братом засматривали до дыр! Мысли роились в голове, подобно муравьям, строили муравейники из предположений, а потом расползались в разные стороны, оставляя после себя нервную зыбь. Скорее всего, я проваливалась в сон, но мозг был слишком возбужден, чтобы заметить это и отдохнуть, поэтому продолжал работать в полную силу, подкидывая поленья в топку бреда, что клубился в моей голове.
Валек позвонил еще до будильника. За окном стояла темень, характерная скорее для ноября, а я еле разлепила глаза.
– Через сорок минут у тебя будем, – коротко сообщил тот и, убедившись, что я все поняла, отключился.
Ехать до места предстояло часа четыре при хорошем раскладе, а это значит, поспать удалось всего лишь пару часов. Прибыть на территорию строящегося завода мы планировали под утро. Я выбрала вариант «Ниндзя» и оделась во все черное: черные кроссовки, черные джинсы в обтяжку, черная водолазка и черная косуха поверх. Волосы снова убрала в пучок. Он получился непривычно маленьким и скукоженным, но в свете грядущих событий, это было такой мелочью, что я даже не обратила внимания.
Ровно через сорок минут раздался звонок в дверь. Я к этому времени успела собраться, выпить чашку крепкого черного кофе и съесть бутерброд с сыром. Ребята, возвышавшиеся в проеме, от своего повседневного вида ничем не отличались, даже сделалось как-то немного обидно – одна я готовилась к вылазке что ли?