Плата

Сколько раз он твердил себе, измену прощать нельзя! Нельзя! Был обман, будет и второй раз, будет всегда. Но он полюбил и жаждал ее присутствия в своей жизни, не смотря ни на что. И что в итоге? Он получил разочарование. Не меняется человек, меняются лишь обстоятельства, думал он, констатируя факт. Если он лжив, так будет всегда!
Роберт, откинув телефон на диван, поднялся и отошёл к окну, стал смотреть на улицу. Его мозг кипел. Потом снова повернул голову и взглянул на лежащий в молчании мобильный. Все правильно. Все идёт как надо, все идёт верным путем. У него своя жизнь, у нее – своя. И не важно, фиктивно она там замужем или уже по-настоящему, им не быть вместе больше никогда, и это решено.
Но тогда почему его так тянет к ней?!
Ночь прошла ещё в худших мучениях, он ворочался из стороны в сторону, не находя покоя своей разгоряченной плоти. Ее манящий облик в лёгкой, развивающейся на ветру одежде, ее локоны ярких, как огонь волос, сияющая счастливая улыбка, не выходили из его головы.
Он швырнул подушку в стену и поднялся с постели.

***

Тем временем, в доме Марка зависла тишина, которую иногда пыталась нарушить Лана. Она ненавязчиво пробовала украсить вечера одинокого мужа своей подруги, на этот раз не имея абсолютно никаких тайных желаний и планов. Марк был для нее хорошим добрым другом, старшим братом. Они иногда сидели у камина, пили кофе или чай, и что-нибудь обсуждали.
– Я очень рад твоему выздоровлению, Лана. Теперь я буду считать, что прожил эту жизнь не зря, если в моем доме произошло такое чудо, – однажды сказал он, в очередной вечер у камина.
Она посмотрела на него, одарив счастливой улыбкой.
– Если бы не Вы, Марк, поверьте, я бы до сих пор лежала.
Он покачал головой, тихо сказав:
– Я не Бог, не говори так. Тем более, я ничего вообще не делал. Вот Вика, да. Ее стоит благодарить, она сразу взялась за тебя.
– Виктория – это отдельная глава в моей жизни. Я ей многим обязана, – печально проговорила Лана, опустив голову.
Марк смотрел на нее, ничего не ответив. Да, он был в курсе произошедшего между ними в прошлом. Что обе они были влюблены в одного и того же парня и что даже обе по очереди побывали его женами. Такого даже не придумаешь, он ухмыльнулся своим мыслям. И она взглянула на него.
– Извини, я задумался, – сказал он, переведя свое внимание на размеренно пылающий огонь в камине.
– Вы тоже считаете меня подлой?
– Ни в коем случае, – ответил он, – ты так же, как и Виктория оказалась жертвой своих чувств. Такое случается.
– Я очень любила его, – призналась Лана, не называя имени.
Марк снова посмотрел на нее и спросил, – он настолько хорош, что ты смогла переступить через долголетнюю дружбу с подругой?
– Наверное, дело было в другом. Я завидовала Вике, – призналась Лана, – и мне хотелось доказать самой себе, что я тоже стою не меньше. Я хотела, чтобы он позабыл ее и был полностью моим.
– Получилось?
– Почти, – она смотрела на игру языков пламени и вспоминала тот последний вечер с ним, когда он преподнес ей дорогой подарок и потом был очень страстным в постели.
Она прикрыла лицо руками. Ей вдруг показалось, что она снова скучает по нему и хочет его вернуть.
– Лана, можно личный вопрос?
– Да, конечно, – со вздохом проговорила она, опустив руки.
– В твоей жизни, кроме Роберта, были мужчины, раньше или после?
– Нет, он единственный, – тихо ответила она, словно стыдилась этого.
Марк долго смотрел на нее, не находя слов, потом в полголоса проговорил:
– Ему безмерно повезло… таких счастливчиков редко встретишь, – сказал он как будто сам себе, потом чуть громче добавил. – Тебе надо выйти замуж и тогда ты узнаешь вкус жизни, какой она должна быть на самом деле.
Она с улыбкой вздохнула и покачала головой:
– Боюсь, я больше не рискну.
 
Глава 17
Владимир подъехал к зданию офиса Марка и, выйдя из своего Гелендвагена с приподнятым подбородком, направился к входу.
Пройдя в кабинет, он столкнулся лицом к лицу со своим врагом. Тот протянул ему руку и поздоровался. Владимир пожал ему руку, пронизывая ледяным взглядом.
– Присаживайся, – указал на кресло Марк, и сам занял место напротив него.
Секретарша в строгом костюме, принесла им по чашке кофе.
– Благодарю, что отозвался на мое приглашение, – сказал Марк, обращаясь к парню.
– Да, я пришел с надеждой, что вы поняли свою ошибку и вернёте обратно то, что Вам совершенно не принадлежит.
Марк молча поднялся и, подойдя к сейфу, вынул оттуда какие-то документы. Потом, вернувшись на место, по одному листку стал протягивать Владимиру, давая к документу пояснения.
Он начал детально раскрывать историю сотрудничества с Антоном Семеновичем, что вкратце когда-то рассказывал Виктории.
– Это дело мы с Тасманом нашли, я лично был прямым посредником между компанией и твоим отцом, который на тот момент являлся просто подставным лицом. Я сам через свои связи выиграл тогда тендер. Но покойный Антон Семёнович, решил переиграть все.
Он протянул ему несколько бумаг с личными подписями его отца, подтверждающие, что прибыль должна была делиться между тремя лицами.
– Мой отец Вас кинул? – с удивлением переспросил парень, подняв свои глаза на Марка.
– Ты сам все видишь.
– Но почему тогда Вы сразу не потребовали?
– Потребовали и предъявили, – усмехнулся он, – но наши документы не были оформлены должным образом, не заверены нотариально, как ты в недавнем прошлом совершил ту же ошибку, – с некоторым нажимом сказал он. – Это всего лишь товарищеское соглашения, без нужных печатей, заверений и свидетелей. Конечно, можно было найти способ поставить Антона на место, пусть даже не гуманным способом, но я этого делать не стал. Мы ждали и рассчитывали на его совесть, ведь между нами были года дружбы и партнёрства. Мы доверяли ему, и он, по-видимому, рассчитывал на это.
Владимир отложил документы и задумался.
– Я не настолько подлый, как тебе кажется, – произнес Марк спокойным голосом.
– Но даже если в этих деньгах львиная часть ваша, все равно, были и деньги моего отца плюс дивиденды, – сказал Владимир.
– Все верно, – ответил Марк и открыл перед ним следующую папку, – ты сходу не разберёшься, предлагаю забрать ее с собой и со специалистами покорпеть над цифрами, а пока выслушать мое следующее предложение.
Взгляд сына Антона Семёновича смягчился, и он с интересом посмотрел на Марка, закрыв папку и отложив ее в сторону к другим бумагам.