Чаепитие с чернокнижником
– Когда у них за спиной – грауг с боевым жезлом, хочешь не хочешь заговоришь, – дух раздраженно махнул хвостом.
Савоор удивленно присвистнул, по-новому взглянул на хранителя:
– Так вот оно что. И никто из защитников не догадался разговорить зверушку?
– Обычно хранители вслух не говорят. Только мысленно, с подопечными, – объяснила Риш напарнику, не сводя с лиса внимательного взгляда. – Но ты у нас особенный, верно, Залур?
Тайна, которую они с Джедом скрыли от защитников и гроу Малдрика. Взамен Алазар никак не дал понять людям Триады, что деньги за проклятие все же ушли на счет Холса. Хтон умел быть благодарным.
– Чего тебе нужно, Ришалин? – грубо бросил Залур, нервно дернув ухом.
– Сущий пустяк. Ответы на вопросы.
На добровольное сотрудничество чернокнижница даже не рассчитывала, и не зря.
– Катись в Бездну, – грубо рыкнул лис, вздыбив шерсть на загривке. – Я не собираюсь подписывать нам смертный приговор.
Залур и раньше не отличался хорошими манерами, а жизнь среди скворгов совсем испортила его характер. Но не беда, и не с такими справлялись.
– Боишься, что откровение помешает твоей сытой жизнь в Городе? Зря. Мой друг – патрульный и сейчас он не на работе. Так что никто наш разговор не записывает. А я, хоть и зарегистрированный маг, но формы защитницы у меня все ещё нет. Поэтому этот допрос – незаконный, и я не смогу использовать услышанное, чтобы навредить тебе. Зато могу замолвить словечко и обеспечить ещё несколько лет затишья. Как думаешь, когда у защитников лопнет терпение? – вкрадчиво произнесла Риш.
Лис задумался. Его правое ухо нервно задергалось, как всякий раз, когда хранитель просчитывал варианты.
– Спрашивай, – в конце концов, хмуро бросил Залур.
– Кто купил проклятие Джеда? – не успела Ришалин договорить, как лис вскочил на лапы и разъяренно зарычал.
Савоор бросился вперед, обнажая жезл и закрывая напарницу. Но хранитель не собирался нападать.
– Бездна бы тебя пожрала, Риш, – с таким отчаяние провыл Залур, что чернокнижнице стало не по себе. А от вида побелевшего Алазара неприятное чувство только усилилось. – Ты только что подписала нам смертный приговор!
Ришалин подобралась, переводя напряженный взгляд с хтона на его хранителя и обратно. Они были не просто напуганы. Их трясло от животного ужаса.
– Это ещё почему? – Риш прищурила глаза, раскрывая ладонь и показывая обездвиживающее заклинание.
Два защитника против хранителя и хтона с кочергой. Исход расклада ясен.
– Если ты здесь, значит, проклятие всплыло. И его новые хозяева ищут нас, чтобы обрубить концы. А ты так любезно сделала всю работу за них, – шерсть лиса стояла дыбом и сверкала светлыми искрами, словно его ударили молнией.
– Не параной, Залур, – успокаивающе произнесла Риш, пытаясь успокоить хранителя. – Мы сможем защитить и тебя, и Алазара.
– Издеваешься? – хранитель сорвался на визг. – С Рагором совладает только Триада, а ты заявилась ко мне ночью, когда помощи от них не дождешься! Дрянная девчонка. Твоими стараниями мы – трупы.
– Назови покупателя, и я костьми лягу, но защищу тебя.
– Плевал я на твои кости. Можно подумать, ты не знаешь, кто покупатель!
– Сакора или Мальд? – призрачный лис упрямо молчал, прижав к голове уши, и Риш продолжила уговоры: – На Сакору охотятся все стражи Андаунны, а Мальд ранен и не доберется до тебя в ближайшее время. Скажи, и мы спрячем тебя. Есть места…
Хранитель презрительно фыркнул, показывая, что думает об этих местах.
Залур и Алазар никогда не были трусами. Такие долго не живут на теневой стороне Андаунны, а они долгое время были чуть ли не её королями. И эта паника встревожила Риш.
Шерсть хранителя погасла, и он лег на диван, затравленно смотря на защитников.
– Впрочем, молчание ничего не меняет, мы все равно мертвецы. Покупателем была Сакора. Она пришла под личиной Оксары, ученицы архимага Олдрэна.
Над головой загрохотали огненные птицы – сегодня у Триады было очень много работы.
– А Мальд? – спросила чернокнижница, даже не обращая внимания на рев магических огней.
За столько лет она привыкла к этим представлениям. И по возвращении в Город очень быстро приспособилась вновь.
Залур собирался смолчать, но вдруг поднял голову на подопечного. Тот едва заметно кивнул, что-то мысленно сказав призрачному лису.
– Он тоже был там, – нехотя ответил хранителей. Лихорадочный огонек, мелькнувший в его глазах, очень не понравился Риш. – Но ничего не купил. Не захотел оставлять следов. Думаешь, почему мы так легко сдались защитникам? Вторая встреча с Рагором закончилась бы для нас смертью.
– Под чьей личиной пришел Мальд? – напирала чернокнижница, но взамен получила лишь хищный оскал хранителя.
– Ну уж нет. Ты не удивилась, когда я сказал, что Сакора – это Оксара. Значит, стражи и так это знают. А новое имя Мальда – мой единственный шанс выторговать жизнь. Можешь пытать меня, но я не скажу больше и слова.
Риш отчетливо поняла, что сейчас с ней говорил хтон, а не призрачный лис. Тот всего лишь подчинился приказу и послушно передал сообщение.
Чернокнижница вскочила на ноги и холодно отчеканила:
– Тьма, Алазар! Ты не хуже меня понимаешь, что Рагор не станет торговаться. Брось свои замашки и скажи мне, кто он?
Над ухом раздался тихий хлопок, и в руки Ришалин упал темный вестник Джеда. Сердце пропустило удар, и чернокнижница быстрым движением развернула записку. Пробежала глазами по кривым строкам, выведенным наспех, и почувствовала, как внутри все заледенело от дурного предчувствия.
– Нужно уходить. Срочно! – она одним движением уничтожила записку, лихорадочно придумывая, как им сбежать.
Сколько у них времени? Несколько минут, больше?
– Что случилось? – насторожился Савоор, создавая заготовку боевого плетения.
Тревога напарницы передалась и ему.
– За нами идет Мальд, – коротко ответила Риш, подскочив к окну. Выглянув на улицу, быстро осмотрела сигнальную сеть. Ничего. После них в дом никто не входил. – Алазар, бери Залура и уходим. На сборы времени нет.
Но хтон молчал, даже не думая сходить с места. Риш обернулась, впившись в него злым взглядом, но возмущения застряли в горле.
– Алазар? – севшим голосом произнесла чернокнижница, медленно отходя к напарнику.
Хтон не просто не двигался. Он замер, словно ледяная статуя, невидящим взглядом смотря сквозь чернокнижницу. Кочерга выпала из ослабевших рук, с тихим звоном упав на пол. Мгновение – и Алазар рухнул на пол, словно тряпичная кукла, у которой отрезали невидимые нити.
Но… как?! Чернокнижница не чувствовала всплеска темной магии!