Королевство моря и скал

Несколькими минутами позднее она зашла, не сказав ни единого слова, но щеки ее густо покраснели.
– Что случилось? – спросила я, отложив нож. – Ты раскраснелась.
– Я просто подумала, – произнесла она каким-то странным голосом, – что, возможно, тебе следует выйти на террасу и закончить со стиркой.
Я в недоумении нахмурилась.
– Почему?
– Я занималась этим одна в течение нескольких месяцев, только и всего.
– Ты знаешь, я сожалею об этом. – Я продолжила измельчать зелень. – Но ты сама сказала, что это небезопасно.
– Но там никого нет, – упорствовала она. – Я действительно думаю, что тебе следует туда выйти.
Я убрала волосы с лица тыльной стороной ладони.
– Да что с тобой такое?
– Ничего. Я просто, правда, не хочу этим заниматься, понимаешь?
Я раздраженно выдохнула.
– Ладно. Я сама займусь этим.
– Спасибо. – Когда я проходила мимо нее, она потянулась ко мне и заправила выбившуюся прядку мне за ухо. – Я люблю тебя, – произнесла она, целуя меня в щеку.
Я уклонилась от нее, с подозрением наблюдая за ней уголком глаза.
– Хм, я тоже тебя люблю, ты чудесная девушка.
Я вышла на террасу, заморгав от света ослепляющего солнца. Несмотря на раздражение из-за странного поведения Зейди, я была так благодарна за ощущение солнца на своей коже, что на мгновение замерла, потянувшись с закрытыми глазами, впитывая его в себя. Я распустила растрепанный узел своих волос и медленно повернулась по кругу, и когда свет перестал обжигать мои веки, я, наконец, моргнула и открыла их.
Океан сегодня был цвета индиго и золота, волны сверкали на солнце. Я вздохнула, опускаясь на колени, чтобы поднять кучу мокрой одежды, жалея, что не могу подольше смотреть на горизонт, мечтая о том, что лежит за ним.
Когда я поднялась на ноги, мое внимание привлекло движение в конце балкона. Я снова закрыла глаза, уверенная в том, что это было неким миражом. Но когда снова их открыла, он все еще был там, его волосы развевались на ветру, а его лазурные глаза наблюдали за мной.
Глаза, которые я узнаю где угодно.
Талин.
Было такое чувство, что я вижу его впервые. Его внимательный взгляд удерживал мой, заставляя меня физически ощущать каждый дюйм своего тела. В Старом Замке мы пообещали, что увидимся снова, но даже тогда я всецело не верила в это. И с каждым часом, прошедшим в разлуке, мое сомнение только возрастало.
Но он был в Варинии – в белой тунике, заправленной в черные бриджи, и кожаных ботинках. Судя по одежде, явно подготовился к поездке сюда. По крайней мере, в этот раз он явился не в камзоле. То, что Талин здесь, могло означать только то, что его мама вернулась в Новый Замок и что все остальное было так, как и должно быть. Сирен действительно был мертв, Зои была жива и здорова, и Вариния была наконец-то свободна.
И все же Талин не выглядел вне себя от радости, увидев меня.
Я медленно поставила посуду и шагнула к нему, не уверенная, стоит ли мне улыбаться, когда выражение его лица оставалось таким серьезным.
– Талин, – сказала я, поскольку привет казалось совершенно неподходящим в данных обстоятельствах.
– Нора. – Он тяжело вздохнул, как будто только что вспомнил, что нужно дышать, и раскрыл для меня объятия.
Почувствовав облегчение, я подбежала к нему, сократив расстояние между нами всего за несколько шагов. Он обнял меня, его тепло было бесконечно лучше, чем весь солнечный свет, который я только что впитала. Я вдохнула так глубоко, как только могла, и почувствовала, как его грудь сотрясается от смеха.
– Что? – Я откинулась назад, чтобы улыбнуться ему. – Ты вкусно пахнешь.
– Как и ты, – сказал он, прижимая меня ближе. – Я и забыл, насколько это хорошо.
Несколько мгновений мы молча стояли обнявшись, просто наслаждаясь ощущением друг друга. Но он по-прежнему ничего не сказал, и я поняла, что мне придется спросить.
– Почему у меня ужасное предчувствие, что ты приехал сообщить не очень хорошие новости?
– Боюсь, что это так, – сказал он, целуя меня в макушку. – Но это может подождать еще минуту.
Я закрыла глаза, пытаясь отгородиться от призрака тех плохих новостей, которые привели Талина сюда.
– Зейди видела тебя, не так ли? – Я вспомнила забавное выражение ее лица, когда она сказала мне выйти и заняться стиркой.
Я почувствовала, как его челюсть растянулась в улыбке у моей макушки.
– Да. Я надеялся, что это была ты, издалека. Но то, как она зажала рот обеими руками, когда увидела меня, сразу убедило меня, что это не так.
– Почему? Слишком женственно?
– Что-то вроде того, – пробормотал он.
Я легонько ткнула его кулаком в бок.
Он испустил легкое уф, что было явно наигранным.
– Это больше похоже на правду.
Я не могла решить, хочу ли я ущипнуть его или поцеловать, и подозревала, что именно это ему во мне нравилось. С того момента, как он впервые увидел меня с мокрыми волосами и в промокшей одежде, с которой капала вода на половицы губернатора Кристоса, я была далека от образца женской грации, которую пыталась создать моя мать.
– Только не говори мне, что ты проделал весь путь от Иларии на этом, – сказала я, впервые заметив нос маленькой гребной лодки, выглядывающей из-под балкона.
– Мои люди взяли корабль. Я подумал, что будет лучше, если они подождут дальше в море. – Он поднял палец, увидев растерянное выражение на моем лице. – Я обещаю, что объясню. Давай, ты можешь показать мне, как правильно управляться с веслами.
– Я должна остаться здесь. Большая часть деревни еще не знает, что я вернулась.
Теперь настала его очередь посмотреть на меня искоса.
– Нам нужно поговорить, Нора. Желательно наедине. – Он откинул мои распущенные волосы в сторону и поцеловал меня в шею, и вот так я поняла, как сильно мне тоже хотелось побыть с ним наедине. В Иларии было почти невозможно проводить время вместе, а теперь в нашем распоряжении был целый океан.
– Конечно, – сказала я, на мгновение позволив своим страхам отступить на задний план. – Давай же.
Я правила лодкой, и мы отплыли достаточно далеко, чтобы шансы быть обнаруженными были невелики. Вода была немного неспокойной, а горизонт затянули зловеще темные тучи, но мы всегда держали в лодке якорь на случай, если нам приходилось спешно отчаливать. Я села на скамейку рядом с Талином и позволила покачиванию волн подтолкнуть меня ближе к нему. Рукава его туники были закатаны до локтей, обнажая загорелые мускулистые предплечья. Нерешительно я провела пальцами по контурам мышц, все еще не совсем веря, что он настоящий, и по его коже пробежали мурашки.