Мой визави
− Что это за показательные выступления были? Неужели ревность? – произнесла я, стаскивая с приборной панели его пачку сигарет и закуривая, пока он выезжает с парковки.
− Дура.
− Козёл.
− Ты опять начинаешь? – он тоже закурил и приоткрыл окно.
− Я ещё не заканчивала. Чего приперся-то?
− Отдохнуть хотел, но ты, как обычно, всё испортила, − я ему, значит, всё испортила. Черт рогатый, сам же подкатил.
− Тебя никто не просил ко мне цепляться, − Франц со стоном выдохнул, театрально вознеся к небу глаза.
− Дин, ты можешь просто заткнуться?
− Нет, эта функция не предусмотрена в комплектации, все претензии к производителям.
− Еб* -н*-тая, – протягивает Франц и начинает смеяться. Я, глядя на него, тоже не могу сдержаться и ржу с ним на пару.
Моя крыша, видимо, напрочь протекла. Иначе, как мне объяснить свои поступки? Маленькая бестолковая сучка, просто виляя хвостом, провоцировала меня, заставляя идти у неё на поводу. Как, бл*ть, так? Я не идиот, прекрасно понимаю, что я конкретно подвисаю на этой девчонке, и это них*я не входило в мои планы. Её даже воспринимать серьезно невозможно, она же младше меня на треть жизни. Нет, не хочу об этом думать. Захлопнул ноутбук и откинулся на спинку кресла, допивая остатки виски. Ромка уже спал. Я закончил работу, и логично бы было отправиться спать, но взгляд то и дело цеплялся за телефон и за мысль написать Болонке. Чертова девка.
***
После клуба Стас отвез меня домой, и ещё около часа мы просидели в машине, дожидаясь Баеву с моими вещами, которые, благодаря некоторым личностям, я оставила в клубе. Ну, как просидели… Увидев нас, Настя, закатив глаза, сказала, что мы себя ведем, как обдолбанные кокаином кролики. Почему обдолбанные, я не уточняла, но по поводу кроликов была с ней согласна.
Закончив сегодняшнюю тренировку, решила отправиться в кабинет к Францу. Часы показывали два часа. У меня выходной, и делать особо нечего. Буду развлекаться, выедая чайной ложкой мозг Стаса.
− Привет! – постучав, приоткрыла дверь и тут же заметила Ромку, лежавшего на диване с планшетом. – Я попозже зайду.
− Да иди уже сюда, – рыкнул Франц, что-то нервно ища в бумагах на столе.
− Здравствуйте! – крикнул Ромка с дивана.
− Привет!
− Что-то хотела? – Стас снова бросил на меня короткий взгляд и продолжил свои поиски.
− Да нет, просто время свободное появилась. Не думала, что ты не один.
− Дин, у меня сейчас нет времени на пустой треп. С минуты на минуту приедет инвестор, а у меня тут ещё Ромка с температурой. И этот долбаный договор уже час найти не могу, – он поднял трубку и рыкнул на неизвестную мне Свету, чтобы она лучше искала.
− Теть Дин, а я заболел, − подал голос Ромка.
− Простыл?
− Нет, температура почему-то, − пожав плечами, выдал ребёнок. Я присела рядом с ним, отметив, что он очень похож на Стаса, даже некоторые движения одинаковые. Вот сейчас Ромка почесал шею также, как это делает Франц. И похоже не просто так почесал…
− Стас, у него не просто температура. Это ветрянка.
− Какая нафиг ветрянка?
− Вот, смотри, на шее, – я потянулась к вороту Ромкиной рубашки, открывая вид на пару характерных пузырьков на коже.
− Блин, – Стас устало провёл по волосам. Думаю, если бы здесь не было сына, то я бы уже услышала трехэтажный мат.
− Станислав Львович, Пётр Андреевич звонил, будет через пятнадцать минут, – в кабинет заглянула какая-то девушка.
− Свет, отмени встречу.
− Не могу, он уже подъезжает.
− Вот чёрт.
− Давай, я с Ромой посижу. У меня всё равно весь день свободен.
− Нет, – резко и категорично.
− Франц, подумай головой. У тебя ребенок с температурой и ветрянкой. Ему не место сейчас тут. Если некому с ним остаться, то я могу с ним посидеть.
− Пап, у меня голова болит.
− Стас, – произнесла я настойчиво.
− Ладно, хрен с тобой. Вот ключи от квартиры и деньги на такси и лекарства.
− Не надо. Ко мне тут ближе, а после работы заедешь.
***
Я освободился только около десяти вечера, голова раскалывалась от напряжения. Матерясь и понося всех вокруг, гнал машину в сторону дома Болонки. Сегодняшний день был не самым лучшим днём в моей жизни. Сначала мы проспали в школу и собирались впопыхах. Потом позвонила няня и сообщила, что не сможет сегодня выйти − заболели внуки, а следом звонок из школы от Ромкиной учительницы с просьбой приехать, так как у него поднялась температура. И этот долбаный договор… Бл*ть, к концу дня сил просто не было. Припарковав машину, успел пройти в подъезд с какой-то женщиной, минуя домофон.
На стук в дверь мне не открыли. Телефон Динки тоже не отвечал. Дернув дверь, обнаружил, что она не заперта. Пройдя в квартиру, собирался уже наорать на эту дуру за безалаберность и низкую планку ответственности, но обнаружил её спящей. Динка полусидела на диване, держа Ромку на коленях, прижимая его к себе. Сын устроил голову на её плече и так же мирно спал. Неожиданно, отрезвляюще и непривычно. Сжал ключи в кулак и потёр пальцами переносицу, привалившись плечом к косяку. Ругаться расхотелось, в грудине сдавлено защемило. Даже Лика никогда не обнимала так сына, ни разу не видел…
− Стас, − шёпотом позвала Динка, открыв глаза, и, поморщившись, подняла голову.
− Давай Ромку мне, − скинув обувь, подошёл ближе.
− Разбудишь же.
− Всё равно придётся, домой же как-то надо ехать. А у тебя шея затекла.
− Оставайтесь, − Динка притронулась губами ко лбу спящего Ромки. − Температура спала вроде бы.
− Дин… − не знал, что ей сказать. Мысли отчего-то разбежались, как тараканы от дихлофоса, а она словно это почувствовала.
− Не дергай сына, положи его в спальне. Там большая кровать, можешь и сам лечь с ним. Я на диване расстелю. Утром проснётся, поедете домой. Если не хочешь оставаться, пусть Рома останется, утром заберёшь.
Ещё не до конца проснувшаяся, домашняя, пусть и немного уставшая, с широко открытым взглядом голубых глаз, она в этот момент отчего-то была слишком нереальной для меня и в то же время слишком настоящей. Переложив Ромку на кровать, сбросил пальто и прошёл на кухню.
− Я положила второе одеяло в спальне на пуфе, – Динка споласкивала посуду.