Никто, кроме тебя

— Дар… Куда мы плывем? — спросила я, вглядываясь в темноту ночи.
— Я забираю тебя с собой, — последовал шокирующий ответ.
— Что?! Куда? — мое сердце рвалось из слабой груди.
Как все это неожиданно и… романтично! А следующие слова, которые произнес Дариол, и вовсе повергли в шок:
— Тебе грозит опасность, моя красавица. И я никому не позволю причинить тебе зло…
Синие глаза сверкнули, рука чуть сильнее сжала мою ладонь. Я попыталась сглотнуть, но не могла.
— Я знаю, Таиша… — произнес он с мягкой теплотой в голосе. — Я все знаю, моя храбрая девочка.
— С чего ты решил, что мне угрожает опасность? — эти слова дались мне с трудом.
Дар нагнулся и приблизил губы к моему уху.
— Завтра имперцы будут искать тебя повсюду, моя бесстрашная маллорианка.
Он знает! Святые небеса! Но почему-то страха не было. Лишь сожаление, что я не рассказала ему все сама…
— Как… как давно… ты знаешь?
— Догадывался после того, как ты заявила, что твои предки жили в карстовых пещерах. А поцеловав тебя первый раз, я знал это уже почти наверняка. Вкус пьянящего ирданского меда… Твой необыкновенный запах, моя дорога. И потом, ты совершенно не такая как все. Ты особенная! — он отстранился и, глядя в мое растерянное лицо, ухмыльнулся. — Вот, например, ты так радовалась сережке и даже не пыталась это скрыть, буквально прыгая от восторга. Я показывал ее всем ребятам, и ни на кого она не произвела такого впечатления. Они были равнодушны. Да и твое волнение во время проверки, когда арсарк попросил показать запястья. Тогда мне пришлось воспользоваться магией…
— Я правильно поняла, что ты определил меня по вкусу и запаху? Скольких же ты перецеловал? — вырвалось у меня.
— Да, моя дорогая! — в его голосе прозвучала затаенная горечь. — Мне приходилось целовать и других женщин. Но это уже неважно. Потому что я нашел тебя. И теперь я тебя никому не отдам!
Легкое головокружение… Волнение… Трепет… Его глаза, в которых я видела свое отражение.
— Дар, я хотела тебе сказать. Должна была… Мне не хватило времени, — бессвязно пробормотала я, сжимая его руку. — Мне так хотелось получить артефакты, сначала из хранилища…
Но он перебил мой лепет и властно прижал к себе.
— Все артефакты уже у меня. Я успел подменить те, что лежали в хранилище. Ты скоро увидишь их, радость моя!
Это было уже слишком! Все артефакты… Для меня… И потом этот вечер, и я в руках моего возлюбленного… в лодке…
Я всхлипнула у него на груди, слезы потекли ручьем.
— Ты больше не одна, зеленоглазка! Пусть даже мы с тобой — единственные маллорианцы на всем белом свете. Но мы будем счастливы. Ты и я!
Что он только что сказал?!
Ошарашенная услышанным, я оторвалась от его груди и увидела величественную бригантину под золотыми парусами, на корме которой ярко горела рубиновая надпись «Фиалка».
Что-то всколыхнулось внутри. Что-то давно забытое, но до боли знакомое…
И, вскрикнув, я потеряла сознание.
    
ГЛАВА 22
Очнулась я, лежа на мягком диване в небольшой комнатке. Голова покоилась на удобной подушке. Через необычные квадратные окна лился мягкий лунный свет. Рядом в старинном кресле сидел Дариол, его красивое лицо выражало беспокойство и нежность.
Увидев, что я уже открыла глаза, он нагнулся и коснулся губами моей щеки. Его неожиданно мягкий голос подействовал на меня отрезвляюще:
— У тебя сильное эмоциональное потрясение, моя птичка.
— Где мы? Я долго уже лежу? — спохватилась я, приподнимаясь.
Во всем теле чувствовалась усталость. Хотелось снова откинуться назад на подушку.
— На моем корабле. Не делай резких движений, тебе нужно набраться сил.
С этими словами Дар взял с небольшого столика бокал и протянул мне.
Мое сердце затопила волна благодарности.
— Ты такой заботливый, — я улыбнулась своему похитителю.
Пригубила приятную на вкус жидкость, подержала ее во рту. Язык немного защипало.
— Пей до дна, — приказным тоном произнес Дариол. — Прекрасный напиток. По моему собственному магическому рецепту. Пей! Сразу почувствуешь приток божественной силы. Тебе сейчас это просто необходимо.
Ого, кажется, у нас действительно все очень серьезно.
Я сделала большой глоток и закашлялась. Напиток по вкусу напоминал изысканное вино, только… покрепче. Огненный комочек скатился в желудок и обжег его приятным теплом. В голову хлынула волна легкости.
Ой, какое блаженство!
Я откинулась на спинку дивана, наслаждаясь необычным эффектом. Мышцы налились приятной тяжестью и теплом. Вся усталость словно испарилась, и совершенно расхотелось спать.
— Прислушайся к своим ощущениям… Что ты чувствуешь сейчас?
Какой провокационный вопрос!
— Столько энергии сразу! Куда же мне ее выплеснуть…
Дар оказался рядом, и кончики нежных пальцев подцепили мой подбородок и удерживали, пока его потемневший взгляд не остановился на губах.
Чего же он ждет?! Внутри меня разгорался пожар, и только один мужчина мог погасить его…
— Ты покажешь мне свою настоящую внешность?
— Ох… Дар… Я не могу, со мной что-то случилось, — выдохнула я, глядя в темно-синие озера его глаз. — Это происходит все реже и реже. Стоп! Ты ведь тоже маллорианец! Святые небеса! Вот почему тебя так тянет ко мне и наоборот, меня — к тебе. Возможно, каждый из нас своего рода энергетическая подпитка друг для друга.
Он нахмурился и убрал руку.
— Я лишь наполовину маллорианец, и у меня не получается менять внешность.
— Но я ведь тоже наполовину светлар, но до этого у меня получалось…
Мне показалось, что его расстроили мои слова.
— Дар, я хочу знать о тебе все! Пожалуйста, расскажи мне! — попросила я.
Его темные глаза нехотя оторвались от моего лица. Он вздохнул, взял в руки мои ладони и поднес к губам. Легонько поцеловал и… усевшись рядом, начал свой рассказ:
— Моя мать была очень красивой маллорианкой — длинноволосой шатенкой с огромными синими глазами. Она занималась врачеванием. Отец тоже был симпатичным парнем — смуглым, с кудрявыми черными волосами. Когда он увидел мать впервые, то влюбился без памяти.
Мать сразу ответила ему взаимностью, и они могли быть очень счастливы вместе, но мешало одно обстоятельство: отец по происхождению был селларом. Он не имел права даже близко подходить к маллорианке, не то, что жениться на ней. Мать, как и все маллорианцы, умела предвидеть будущее.