Любовь, юмор, море, принц, конь (СИ)

— Выбери и закажи себе любое. О цене не переживай. Я женюсь не каждый день, — он уже рылся в планшете, выискивая нужный сайт.
Остановился на нужной странице и сунул мне в руки, сам разлегся на кровати и лениво следил, как я, ахая в восхищении, рассматриваю настоящие произведения искусства, ручной работы и баснословной цены.
— Шикарное платье, — восхищенно уставилась на фото из каталога. — Но такая цена! Не слишком дорого за платье, да и на свадьбу?
— Да вот откладывал на черный день, и он настал…
Мысленно его перекрестила, задумавшись, где он прячет ядовитую железу, и зачем она в его анатомии предусмотрена. Внутри тоскливо ныло, женская чуйка упрямо твердила, что свадьба станет тем еще испытанием для меня.
— Красивое всегда ядовито, — резюмировала я, разглядывая разлегшегося мужчину.
— У тебя есть противоядие, — заверил меня Павел.
— Какое же?
— Я без ума от тебя.
* * *
Для свадьбы был заказан зал одного из отелей столицы. Я страшно нервничала, в уме проговаривая список гостей, среди которых были те, кого я видела только по телевидению и в новостях в интернете. И совершенно мне не знакомые люди. Инициатором торжества с размахом был жених, как я не отговаривала его, упирая на скромный праздник для своих в узком семейном кругу. Мои подруги были в восторге, разыскивая «достойный прикид», чтобы не потеряться на фоне «всех этих селебрити и вообще…».
Ну да, когда еще «засветишься» на торжестве такого масштаба и попадешь в новостные хроники страны.
Когда степень напряжения перешла мыслимые границы, мозг отключил восприятие реальности, переводя организм в авто режим. Как в тумане прошел девичник, фотосессия «утро невесты» и сама подготовка к свадьбе. Я очнулась только в ЗАГСе на церемонии бракосочетания, когда регистратор, дама в летах с пергидрольным начесом и задорной челкой «Карлсон», кислотными зелеными тенями в атласном платье в тон теням, улыбаясь радостным оскалом, в котором мелькнула золотая фикса, спросила, обращаясь к жениху:
— Согласны ли вы любить и оберегать свою невесту, помогать и верить ей? — проговорила, улыбаясь, регистратор.
Рудин оглянулся по сторонам, сделав удивленное лицо, наклонился к свидетелю и шепнул:
— Какой-то странный бордель, пойдем отсюда…
У женщины-регистратора нервно дернулся глаз, свидетель сдавленно хрюкнул, сдерживая смех. Мое сердце пропустило удар. Рядом рвано выдохнула Машка, еще не знакомая со специфическим чувством юмора моего жениха. Сзади замерли родственники и друзья, чувствуя приближения скандала. Зал озарился вспышками, пресса не дремала, освещая ход событий знаменательного события. Насладившись эффектом, Рудин довольно улыбнулся. Нежно взглянул на меня, взял за руку, поднес к губам, целуя.
— Я со своею Нюркой ни за что теперь не расстанусь! Я и так счастливый был, а теперь в два раза счастливее стану, — голосом кота Матроскина промурлыкал «жених».
— Напомни, почему я только что согласилась выйти за тебя замуж, — шепнула Павлу.
— У меня классная задница, — самодовольно ухмыльнулся муженек.
— Нет, — мотнула головой.
— Эйяфьядлайёкюдль, — без запинки произнес Павел.
— Точно, — выдохнула я и счастливо улыбнулась регистратору.
Регистратор нервно сглотнула, челка уныло поникла. У меня нервно дернулся глаз. Истерика потирала ручки, будучи на подходе. Сообразительный мозг решил, что поторопился и вышел из осознанной реальности, возвращая спасительный авто режим.
* * *
— Ань, ты в порядке? Ты меня пугаешь, — Павел заглядывал в лицо, убирая мешающую фату. — Ты мне напоминаешь английскую герцогиню из анекдота про ночь, где она померла. А ее муж решил, что она была в этот раз несколько холодновата в постели.
— Паш, мы сейчас на какой стадии свадьбы? — очнулась я, оглядывая казенный евро ремонт очередного помещения.
— Банкет… и все вытекающие, — «обрадовал» Рудин, подмигнув. — Терпи, мать, тебе еще рожать наших наследников.
Праздник был в самом разгаре, до конца еще терпеть и терпеть «безудержное веселье». И не уйдешь по-английски, случай не тот.
 
— Танец жениха и невесты был?
— А ты как хочешь?
— Если честно, то тебя хочу, а не вот это вот все, — прямо заявила теперь уже мужу, глянув томно и призывно облизнув губы.
— Да неужели?! — сощурился Павел.
Он, наверняка, впервые за вечер пожалел, что настоял на свадьбе, отвергнув мой вариант.
Конечно, я отомстила за невнимание к моему желанию и вообще…
— Миллионы есть у многих, а такой язык только у тебя. Мне повезло, что иногда он занимается действительно тем, к чему у него талант, — продолжала добивать молодожена.
Мстить, так мстить!
Я злорадно улыбнулась, муженек правильно разгадал мою игру. Тут ему нет равных.
— Мстишь? — в глазах Павла уже загорался адов огонь.
— Мстю, — улыбнулась, коверкая нарочно слово, — и мстя будет страшна.
Он уже открыл рот для очередной колкости, как из распахнутых дверей, куда мы так и не дошли, раздались шумные крики. Я удивленно глянула на мужа.
— Паш, ты драку заказывал?
— Зачем? Я и сам умею, — вслушиваясь в голоса, ответил муж. — Пойдем, любимая. Им и без нас хорошо, но традиция есть традиция.
Улыбаясь и глядя только на него, вошла в зал, где часть гостей смеялась, гиканьем и улюлюканьем подбадривала участников разворачивающегося в центре столов действия. Мы с Рудиным остановились у входа, разглядывая набирающую обороты вакханалию. Три молодых пары, среди которых я опознала сестру Катю и Машку изо всех сил старались перелопать на скорость как можно больше воздушных шариков, но не просто, а в скабрезных позах, имитирующих характерные движения. Машка уселась на колени к молодому парню и самозабвенно прыгала, откинувшись назад, пытаясь, попой раздавить шарик. Красный как рак парень придерживал ее за бедра и дико скалился. К смеющейся сестре Катьке пристроился сзади немолодой мужчина с солидным брюшком, один из родственников Рудина, и характерными движениями пытался лопнуть воздушный пузырь, застрявший между ними. Десяток изрядно набравшихся гостей снимало происходящее на телефоны. Остальные криками подбадривали соревнующихся. Я закрыла глаза и застонала, не веря, что все происходит наяву. На моей идеальной свадьбе, распланированной еще в юности.
Испортить мой лучший день в жизни! Такого позорища я не переживала прежде!
Злость уже кипела. Перекрывая крики гостей и музыку, послышался отчетливый рык. Это я? Рудин очнулся первым и выискивал в толпе тамаду для разборок.
— Это ты пригласила? — озирая смеющихся гостей, прошипел Павел.
— Нет, конечно! — возмутилась я, вернув себе дар речи.
— Найду шутника — убью, — пообещал новоиспеченный муж.
Победное туше прозвучало, и невысокий, средних лет мужчина поднял руки Кати и Рудинского родича, победивших в конкурсе.
— Мне нужны желающие на следующий конкурс. В нем мы проверим меткость наших молодцев и крепость ягодиц у наших девиц, — объявил тамада. — Так… ну, кто из девушек хочет показать себя? Вот вы…
Рудин рванул в центр зала, прокладывая себе путь. У меня в руках завибрировал телефон.
— Слушаю… — произнесла я, глядя на то, как парни зажимают между ног мытую морковку, пристраиваются сзади к девушкам с терками между бедер.
Прозвучал звуковой сигнал и тамада скомандовал:
— Начали! — парни, как по команде, качнули бедрами, стараясь попасть морковью по терке.
Смех и шутки доносились из зала, кто-то подбадривал тех, у кого морковки выпадали.
— Как тебе мой подарок на свадьбу? — донеслось в трубку злое. — Отличный тамада, и конкурсы интересные. Правда же? Ты оценила?
— Зачем, Леня? — не веря, что меня вот так подставил бывший, с которым разбежались тихо-мирно.
— Затем, что обещаться одному и выскочить замуж за другого, потому что он богаче, подло, — зло процедил сквозь зубы Ленчик.
— Я никогда ничего не обещала тебе, — я начала закипать. — С чего ты взял? Мы же расстались!