Поцелуй врага
Илья не покидает меня, изредка обменивается едкими комментариями с Митом или Лео. Блондин не пытается втянуть меня в общую беседу, и я безмерно ему благодарна за это.
– Женя, пересядь, дует от окна. – Альфа в третий раз поднимает свою пару, указывая на другое место. Девушка с улыбкой встает и выполняет просьбу. Если бы не запах, внешне ее можно принять за волчицу: высокая, красивая, с невероятными синими глазами. И пахла она странно для человека. Ее запах отличается от привычного мне.
Илья правильно понимает мой пристальный заинтересованный взгляд и накрывает ладонью живот.
– О-о-о… – выдыхаю я. Теперь понятны чрезмерная обеспокоенность и забота Альфы.
– Тс-с-с. – Блондин прикладывает палец к губам. – Она еще не знает.
Мои брови ползут вверх. Как не знает? Присутствующие с пониманием относятся к постоянным рокировкам на диванах и креслах. Получается, все, кроме самой девушки, догадываются о ее беременности. Меня съедает любопытство, почему же никто не скажет? И спросить нельзя. На ум приходит только одно объяснение: Альфа дает возможность преподнести ему сюрприз— объявить о малыше. В моих глазах суровый сильный оборотень принимает образ заботливого, внимательного, но не менее сильного мужчины. Выражение лица Альфы становится мягче, а голос тише, когда он говорит с Женей.
Поднимаю взгляд на Илью. Интересно, а с ним происходят подобные метаморфозы? Не думаю. Мое присутствие действует на оборотня сигналом вести себя еще громче и бесцеремоннее.
– Я еще не готов к отцовству, – шепчет он на ухо.
– Не больше, чем я к материнству, – отвечаю я, ничуть не лукавя. Будущее только-только обретает очертания, и давать жизнь ребенку, не до конца понимая саму себя – глупость.
Наш диалог слышат немногие, возможно, остальные игнорируют услышанное, но Елена впервые за вечер отвлекается от созерцания содержимого бокала и задает вопрос:
– Женя, а как ты относишься к детям?
На мгновение в комнате повисает тишина, Вела пытается вступить в диалог:
– Мам, к чему эти вопросы? Это личное.
– Я люблю детей, – отвечает Женя, предотвращая дальнейший неловкий разговор между матерью и дочерью.
– Замечательно. Желание иметь ребенка говорит о многом. – На последних словах Елены Илья хмыкает, но ничего не говорит. – Для любящей женщины естественно желать продолжить род своего мужчины. Иначе смахивает на обман.
Могу поклясться, что слова предназначаются мне.
– Да, конечно, – подтверждает Женя, сконфуженно улыбаясь.
– Мясо готово – Вела снова отвлекает на себя внимание, – пора к столу.
– Конечно, дорогая, – отвечает волчица дочери. – Идемте. Но я рада, что моему сыну досталась достойная пара. Современное общество культивирует эгоистов, а от эгоизма до предательства один шаг.
Серьезно?! Вот так прямо? Надеюсь, мое пылающее лицо спасет слой косметики, но неровный стук сердца ничем не скрыть.
– Этот разговор неуместен, – отрезает Альфа.
Крепко сжав ладонь, Илья отводит меня к столу.
– Я попросила, чтобы мы сели рядом, – поясняет Леся, отодвигая стул. – Илья уже говорил? Мы будем учиться вместе.
Я не успеваю ответить, отвлекает новое действующее лицо вечера. Константин обходит стол, пожимая руку мужчинам, и занимает пустующий стул рядом с Велой. Вампир демонстративно целует в уголок губ хозяйку дома, вызывая у Елены своим жестом больший взрыв эмоций, чем мое присутствие:
– Я просила! – возмущается она, звякнув вилкой о стол.
– Я тоже, мам, тебя просила. Ар, – Вела обращается к старшему брату, – разделай, пожалуйста, мясо. Сын, а ты помоги с пирогами.
– Нам с мясом и сыром, ты же любишь пироги? – Леся помогает раскладывать кусочки по тарелкам.
– Люблю, моя мама очень вкусно готовит, утром Илья за присест съел половину противня, – поддерживаю нейтральную тему. – Каждые выходные мама готовила для нас с… отцом. – Последнее слово я проглатываю и утыкаюсь в тарелку.
В своей беспардонной манере Илья поддевает Велу, делая вид, что ничего не произошло:
– Любовь Михайловна отлично готовит, получше некоторых, хоть у этих некоторых опыта в разы больше.
– Ар, ему мяса не клади! Даже не рассчитывай на горячее, Коваль! – Вела наигранно злится, щуря глаза. – Наконец-то. – Она, как и все оборотни, разворачивается ко входу в столовую.
– С Новым Годом! С новым счастьем! – Александр придерживает за талию княгиню. – Что, Елена, вы так скривились, не хотите быть счастливой в следующем году? – Недовольное лицо волчицы покрывается красными пятнами. – Нам бы присесть рядом с Константином. Мы с Элеонорой, конечно, поужинали, но не хотелось бы омрачить праздник чьей-нибудь трагической кончиной.
– Я себя контролирую, – я впервые слышу голос княгини. – Привет, мама. – Девушка порывисто обнимает Велу и возвращается к Александру. – Наверное, ты прав, мне будет комфортнее рядом с вами.
– А где мышонок? – интересуется Константин. В очередной раз все пересаживаются, гремят тарелками, переставляя приборы, и скрежещут ножками стульев.
– Сегодня она захотела отметить с друзьями. Но давайте не будем об этом, Алекс нервничает, ему тяжело смириться с тем, что наша дочь взрослеет. – Княгине определяют место между двумя вампирами.
– Ей всего четырнадцать! – восклицает Вела.
– Я знаю, мам, но она умная и физически сильная девушка. И учиться заводить друзей лучше в четырнадцать, чем в тридцать. С ней ничего не случится, – уверенно заверяет она.
– Конечно, ничего. За дочерью присматривают, – замечает князь.
Ответ Александра возмущает Элеонору
– Ты обещал!
– Я обещал не выставлять ее на посмешище. А кто будет смеяться над Высшим вампиром? Только мертвец.
– Это дети! Нельзя угрожать детям, тем более… убивать их.
– Одним человеческим ребенком больше, одним нахальным пятнадцатилетним пацаненком с идиотской челкой меньше. Подумаешь, – Александр демонстрирует белоснежные клыки улыбаясь, – никто и не заметит.
– Алекс! – Милое зеленоглазое создание вкладывает столько гневных нот в голос, что даже Темный проникается и быстро исправляется:
– Шутка! Господа, дамы и Елена. Шутка. – Имя волчицы он выделяет интонаций.
Та не остается в долгу, вскидывает подбородок и как бы между прочим произносит:
– У вампиров нет чувства юмора, как и человечности.
Склонившись к тарелке, Мит сдавленно шепчет:
– Вечерок обещает быть томным.
С появлением Александра Елена выплескивает желчь исключительно на него, изредка цепляя Константина, но, по большей части игнорирующий выпады соперник, не представляет для волчицы интереса.