Ты моя пара!

– Дашь мне еще десять минут? – Не хочу больше что-то скрывать, вуалировать, недоговаривать, и стоит начать с самого малого.
Выторговываю себе время остыть, упорядочить мысли и дать улечься бушующим чувствам.
Мой взгляд Женя встречает неуверенно, инстинктивно делает крохотный шажок назад, к окну. И это ничтожное расстояние топит меня в боли.
Пришло время избавиться от ненавистной бороды, но нет радости и удовлетворения. Выполняю механические действия, на автомате состригаю пучки волос и скидываю в унитаз. Не нахожу пены для бритья, по старинке использую мыло.
Зачесываю волосы, открывая лицо. Таким простым жестом хочу показать, что тайн больше нет. Я открыт.
Присаживаюсь на кровать, не нарушаю словами напряженную тишину, разбиваемую гулкими ударами наших сердец. Удары сплетаются воедино, превращаясь в беспрерывный гул в моих ушах.
Женя смотрит исподлобья, недоверчиво, словно перед ней посторонний человек.
– Даже лицо чужое, – останавливается взглядом на моих глазах. А мне нечего сказать в ответ. Я сам для себя выгляжу чужаком.
Отвечаю на вопросы максимально правдиво, не скрывая. Параллельно читаю эмоции моей девочки и плыву вместе с ней в страхе и оглушающей боли.
Касаемся темы потомства, и Женя не сдерживается, вспыхивает, эмоции находят выход. Ее тело бьется в моих руках, а слова обвиняют, жалят точными болезненными укусами. И я слышу то, чего боялся больше всего:
– Я могу уйти? – Тело реагирует само: руки, спина, грудь превращаются в камень. Отставляя правую ногу, переношу вес – готовлюсь к сопротивлению. – Или… – М повисает многозначительная тишина.
«Или ты поступишь так же, как и он?» – недосказанный вопрос пульсирует в висках.
– Я не буду удерживать, – прилагаю титанические усилия, но отстраняюсь, даю свободу. Верю, что она сделает правильный выбор. Правильный для нас двоих.
Застывает у двери на мгновение, а ее взгляд режет. Отстраненный, такой, каким смотрят на незнакомых людей. Выхватывают в толпе лицо, стараются уловить близкие черты и отворачиваются, понимая, что ошиблись.
Следую тенью, а в доме, раздражая, продолжается жизнь, идет своим чередом. Отгораживаюсь от остальных звуков, все мое существо сосредоточено на ней. На моей паре.
Тонкие пальчики ложатся на дверную ручку, сжимают гладкий металл.
Ощущаю себя, словно в шаге от пропасти. Один порыв ветра – и меня не станет, размозжит.
Сомнение в каждом движении ее тела, но что бы сейчас ни произошло, не отпущу. Не смогу.
А племянник, будто издеваясь надо мной, выталкивает растерянную Женю на улицу.
Он не причинит вреда, не даст уйти – знаю. Но это знание не дает покоя.
Первый звонок Мит сбрасывает, я бегу обратно, стягиваю грязные штаны на ходу. Даю Миту несколько минут, одеваюсь, не моргая, гипнотизирую телефон.
Второй, третий – то же самое.
Черт.
Срываю с вешалки кофту.
Четвертый.
– Все нормально, – и снова Мит сбрасывает звонок.
Мечусь из угла в угол в холле первого этажа, раскручивая на пальце автомобильный брелок.
Если ехать, то куда?!
Набираю пятый раз – полный игнор. Слушаю гудки, пока вызов не сбрасывается автоматически.
Шестой:
– Не могу говорить. Извините, дамы. – И разрыв связи.
Отчаянное рычание вырывается из груди. Зверь не добавляет спокойствия, сводит с ума, мечется. Улавливает из множества запах своей пары и тянет, разрывает меня на части.
Получаю смс: «ТЦ Алмаз»
Большой палец ложится на кнопку вызова:
– Мит. – Голос срывается в хрип.
– Да.
– Где вы точно?
– Напротив туалета.
Звонок Александру, и под ядовитые комментарии, что он не таксист, князь переносит в безлюдный закуток стоянки торгового центра.
Широкими шагами достигаю входа, зверь тащит внутрь, чувствует свою пару.
Женя встречает меня взглядом, стоит открыть дверь. Глаза полны слез, подрагивающие заалевшие губы, и тонкий слух зверя улавливает тихий стон. Срываюсь, не смотрю под ноги, разрезаю снующих людей, словно ледокол.
– Что произошло? – я теряю контроль. Окружающие оборачиваются на мой дикий рык. Ладонями ныряю под полы куртки, вжимаю податливое тело в свое, окутываю в объятия. Женя тихо содрогается в моих руках, пропитывая тонкую ткань горячими слезами.
– Я поняла, что не смогу уйти.
Племянник отделяет нас от остального мира, отгородив спиной.
– Я бы не дал тебе этой возможности, – заверяю.
– Это хорошо, – обнимает за талию. – Не знаю, как без тебя жить. Пытаюсь представить, но ничего не вижу, только серый фон. Пустота. Абсолютное ничто. Прости, я не должна была тебя покидать, – упирается подбородком мне в грудь, такая маленькая, искренняя и беззащитная. – Едем домой. – Уголки раскрасневшихся губ изгибаются в мягкой улыбке. Не сдерживаюсь и оставляю легкий поцелуй, придерживая за затылок. – Хочу, чтобы наш сын был похож на тебя, – шепчет, разрывая поцелуй, сметая одной фразой все мои страхи.
    
Глава 66
Женя
***
Под размеренное покачивание автомобиля засыпаю в руках Лео. Повлиял ли на меня стресс или Лео каким-то образом оказал воздействие, но просыпаюсь я на закате в нашей постели, придавленная мужским бедром. Лео шевелится, по-хозяйски накрывает через кофту ладонью мою грудь и нехотя приоткрывает глаза, чтобы сразу их закрыть.
От неожиданности подтягиваю одеяло на себя, пристально рассматривая. Это как проснуться после бурной ночи с незнакомцем в постели. Со мной никогда такого не случалось, но, думаю, ощущения очень схожи.
– Когда ты успел постричься? – пытаюсь подтянуть ноги.
– Пока ты спала. Я ждал этого лет двадцать, – распахивает глаза, а мое сердце бьется чаще.
– Оказывается, ты очень красивый, – выдаю, не подумав. – И не такой грозный без растительности.
– Не знаю, благодарить или обидеться, – посмеивается, растирая ладонями лицо. – Будем знакомиться? – протягивает смуглую ладонь, а меня разбирает смех от абсурдности ситуации.
– Да, – вкладываю пальцы. – Покажи зверя. – Лео садится, поправляет ворот футболки, сонливость в момент слетает с его лица. – Мне нужно увидеть оборот.
Он поднимается на ноги, стягивает футболку, ухватив ткань пальцами между лопаток, раздевается догола, скидывая одежду под ноги.
– Готова?
– Да, – не отвожу взгляда, боюсь пропустить.
Трансформация не занимает и секунды, на месте человека крупный волк, подернутый легкой дымкой. Огромный хищник. Темные глаза следят за моими движениями. Сползаю к краю кровати и протягиваю руку, раскрывая ладонь. Горячий язык проходит по сплетениям линий, щекочет запястье. И я вспоминаю с каким удовольствием Лиля закапывалась пальцами в шерсть на загривке. Поступаю по ее примеру, запускаю пальцы, почесываю: