Амелия. Повёрнутое время

Закрыв дверь за посыльным, девушка поставила корзину на пол и привалилась спиной к стене. Сердце её почему-то билось слишком часто, словно она совершила нечто предосудительное. Нужно было успокоиться и взять себя в руки. Возможно, что это всего лишь записка от булочника, и в послании нет ничего секретного.
Амелия торопливо развернула листок и сразу узнала почерк Кристиана. Там было всего лишь несколько строк: «Амелия, прошу тебя, сегодня ночью не зажигай в доме газовое освещение, а утром сообщи полицейским, что светильники не загораются, и нужно вызвать мастера, чтобы их починить. Навечно твой, Кристиан.»
Девушка снова и снова перечитывала короткие строчки, чувствуя, как по всему телу начинает растекаться тепло. Как же, оказывается, холодно ей было все эти дни, проведённые в одиночестве. Её постоянно мучил озноб, не спасала ни одежда, ни тёплая шаль из шерсти. И вот теперь этот холод начал исчезать.
Она не могла ошибиться – это, несомненно, был почерк Кристиана. Однажды она обманулась, не придала значения тому, что буквы в письме не такие ровные и округлые, не распознала подделку, которую ей принёс Энтони, но в тот раз её шокировало само содержание. Но сегодня… Это точно послание от любимого! «Навечно твой, Кристиан»!
Неужели после всего произошедшего он продолжает испытывать к ней расположение? Ведь она чувствовала, что их душевная связь крепка, как раньше, но боялась, что ей это всего лишь кажется. Амелия прижала к груди сложенный лист бумаги и закружилась по комнате, не замечая, что подолом задела корзину и булочки разлетелись по полу.
***
За всю ночь Амелия смогла подремать едва ли пару часов. Как и просил Кристиан, с наступлением темноты она не включала дома газовые светильники, пользовалась только керосиновой лампой. С каждым часом волнение девушки нарастало. Что задумал Кристиан? Раньше, когда случалась поломка в газовом оборудовании, отец вызывал мастера, и к ним приходил невысокий шустрый старичок с седой бородой, мистер Круммель. Все в округе знали его потому, что по вечерам старик появлялся на улице с лестницей, чтобы зажигать городские фонари. Его длинный плащ, мятая шляпа с полями, густая седая борода и прихрамывающая походка давно стали привычным городским атрибутом.
Вероятно, и в этот раз, когда Амелия сообщит о неисправности, к ней явится именно мистер Круммель. Только какой в этом смысл? Может быть мастер принесёт ей письмо от любимого и сможет передать Кристиану ответ от неё? Или возможно Кристиан придёт к ней под видом подмастерья мистера Круммеля? А вдруг Крис сам переоденется в фонарщика? Нет, это вряд ли. Фонарщик носит потрёпанную шляпу, и лицо, возможно удалось бы скрыть, но как быть с разницей в росте и походке. Стоит полицейским присмотреться, и они сразу распознают обман.
Так ничего и не придумав, Амелия поднялась с постели на рассвете и принялась приводить себя в порядок. Едва она успела одеться и причесаться, как в дверь постучали. Это оказался полицейский. Он поздоровался и стал спрашивать о том, почему весь вечер в доме Амелии не было освещения. Девушка сообщила, что не смогла включить газовые светильники.
– Может у вас к светильникам не поступает газ? – задумчиво предположил молодой розовощёкий полицейский. – Вы не ощущали в доме запах газа?
– Нет, – призналась Амелия, – но папа раньше жаловался на то, что у нас часто заедает вентиль на главной трубе. Если хорошенько постучать по нему, то вентиль начинает поворачиваться. Я как раз искала что-нибудь тяжёлое, хотела попробовать сама исправить поломку.
– Ни в коем случае не делайте этого! – испуганно округлил глаза страж порядка. – Лучше я вызову мастера, у которого есть специальные инструменты. Только оплачивать ремонт вам придётся самой.
Амелия с радостью согласилась, что план полицейского намного лучше. Она чувствовала приподнятое настроение и даже с аппетитом проглотила на обед безвкусную стряпню миссис Понс. Радостное ожидание не смогла испортить даже унылая погода за окном. Лондонский смог, тянущийся от заводов и фабрик, вот уже который день опускался до самой земли, заполняя улицы грязно-серой пеленой. Холодный нудный дождь не способен был разогнать этот туман и иногда от бессилия превращался в водяную пыль. Люди за окном казались размытыми тёмными силуэтами, то появляющимися из белёсого марева, то снова пропадающими в нём.
Амелия то и дело беспокойно подходила к окну и смотрела на улицу в щель между шторами. Всё было тихо, словно туман поглощал даже звуки. Лишь иногда, на короткое время, появлялась фигура полицейского, кутающегося в длинный плащ-накидку и патрулирующего возле дома.
Хозяйка уже искусала себе все губы от волнительного ожидания, когда за окном вдруг началось какое-то шевеление. Амелия привстала на цыпочки, силясь рассмотреть, появившиеся из тумана фигуры. К своему разочарованию она увидела только полицейского и невысокую фигуру мистера Круммеля. Девушка узнала старика, его нелепую шляпу, длинный плащ, прихрамывающую походку. Едва мистер Круммель подошел к стражу порядка и стал что-то говорить, как со стороны дороги послышались крики и свист. Полицейский сорвался с места, махнул фонарщику рукой, показывая в сторону дома, и исчез в тумане. Старик пожал плечами и поплёлся к дому.
Ах, как жаль, что фонарщик пришёл один, без Кристиана. Амелия до последнего надеялась, что любимый всё же найдёт способ увидеться с ней. Девушка отошла от окна и поспешила открыть входную дверь. Едва она потянула на себя ручку, как в образовавшийся проём ворвался холодный ветер с мелкими каплями дождя. Мистер Круммель тут же появился у порога, кланяясь и бормоча что-то в свою седую бороду. Его саквояж и плащ совершенно промокли, а с полей шляпы прямо под ноги Амелии струились ручейки воды.
– Ну что же вы стоите! – раздражённо воскликнула девушка. – Проходите скорее в дом.
Старик переступил порог, закрыл за собой дверь и выронил из рук саквояж с инструментами. Не успела Амелия и глазом моргнуть, как мистер Круммель сбросил шляпу и плащ прямо на пол и начал выпрямляться. Девушка едва не закричала от неожиданности – перед ней самым невероятным образом вдруг возник Кристиан.
Он изменился за время за время их долгого расставания, стал ещё шире в плечах, лицо приобрело южный загар и стало более мужественным, а вот ямочки на щеках закрывала густая седая поросль.
– Эта борода совсем тебе не идёт, – пролепетала Амелия первое, что пришло в голову. – Она не сочетается с твоими рыжими волосами.
– Я надеялся, что буду нравиться тебе в любом виде, – Кристиан развязал тесьму, и накладная борода тоже оказалась на полу. – Ты не рада меня видеть?
Взгляд его зелёных глаз был переполнен счастьем и радостью, но где-то в глубине их затаился страх. Страх быть отвергнутым. Вместо ответа Амелия кинулась к нему, обвила руками его тело и крепко прижалась к груди. Она тут же услышала, как Кристиан облегчённо выдохнул, и его ладони осторожно и трепетно коснулись её, а затем обняли и притянули к себе ещё ближе.
Время словно скакнуло назад. Они опять были вместе, как в тот самый вечер в Саду Чудес. И так же, как тогда, снова возникло то волшебное чувство соединения двух душ воедино. Это было не просто притяжение двух любящих сердец друг к другу, а нечто гораздо более сильное – чувство, похожее на предназначение. Их дыхания звучали в унисон, а сердца стучали в едином ритме. Они были продолжением друг друга, единым целым. Это ощущение сводило с ума, заставляя весь мир становиться нереальным и блёклым. Но так не могло продолжаться вечно.