Гранд-адмирал. Том первый (СИ)
— Поисками виноватых пусть займутся другие, — произнёс гранд-адмирал, вновь обратив свой пылающий взор на арестанта. — Итак, вы заявляете, что полковник Селид действовал исключительно в моих интересах?
— Так точно, сэр, — подтвердил рядовой. И говорил он истину.
— Почему он загрузил в вас своё сознание целиком, а не откорректировал его в соответствии с программой «ГеНод»? — спросил Верховный Главнокомандующий.
— По той же причине, по которой не скрывал от меня того факта, что я являюсь клоном, — ответил ТНХ-0297. — Полковник Селид работал бок о бок с клонами программы «ГеНод» в прошлом. И решил, что подобным образом он нивелирует негативные последствия этой программы, из-за которых клоны убивали друг друга.
— Потому что считали клона с такой же внешностью — вражескими лазутчиками, замаскировавшихся под аналогичную внешность, — произнёс гранд-адмирал. Рядовой утвердительно кивнул.
— И вы не считаете себя уязвлённым тем, что вместо имени у вас номер, рядовой? — уточнил командующий. — Тем, что вы живёте воспоминаниями другого человека?
— Нет, сэр, — ответил арестант, поражённый вопросом. Как можно быть недовольным тем фактом, что ты служишь гранд-адмиралу? И не важно, клон ты или нет.
— Остальные клоны полковника Селида, — напомнил капитан Пеллеон, в то время как гранд-адмирал замолчал. — Они такие же как и ты, рядовой?
— Никак нет, — возразил ТНХ-0297. — Ко времени их создания полковник уже смог удалить из базы кодирования свои личные воспоминания. Они не обладают его тактическими познаниями — только военным искусством ведения боя.
— Что подтверждается результатами их действий, — сказал гранд-адмирал. — по этой же причине никто из этих клонов не ослушался приказа — они лишь выполнили его с максимальной эффективностью, не более того.
— Тогда почему ТНХ-0297 ослушался? — уточнил капитан Пеллеон.
— Потому что в них не было личных воспоминаний полковника, — произнёс Верховный Главнокомандующий. — Наш рядовой — это сложная смесь программирования штурмовика и разума офицера, видевшего за свою жизнь не одну военную кампанию. А остальным трём тысячами семистам клонам Селид загрузил лишь военные знания. Перед нами подтверждение философского дискуссионного афоризма: «Бытие определяет сознание» или же наоборот. Целенаправленно или нет, но полковник Селид, которого мы до сих пор считали предателем, после двухсот девяносто шести неудач создал образец клона-командира, наделённого не только его знаниями, но и тактической инициативой и смекалкой. Поэтому штурмовик не подчинился лейтенанту — быть может он этого и не осознаёт прямо, но воспоминания Селида заставляют его считать себя умнеё остальных бойцов. И тем самым способствовал выполнению боевой задачи — мы получили гипердвигатели для МЛА. То, на что даже не могли рассчитывать.
ТНХ-0297 молчал. Вопроса ему не задавали. Но результат, если вынести за скобки факт неподчинения, говорит сам за себя. Он оказался результативнее командира своего отряда и командира своего взвода. И причина, по которой он это сделал ТНХ-0297 не волновала. Если командование считает его поступок преступным — его устранят. Если же нет…
— Да, — изрёк капитан Пеллеон. — Здесь прослеживается параллель между действиями ТНХ-0297 и самого полковника Селида. Они действовали вразрез с прямым приказом, обоснованно полагая, что их действия приведут к скорейшему достижению цели.
— Инициатива на поле боя — похвальное явление, — заметил гранд-адмирал. — Особенно, когда она приносит результаты. Однако, возникает другой вопрос — что мешает рядовому ТНХ-0297 нарушить приказ ещё раз. А затем ещё и ещё. В каких-то случаях его действия будут нести позитивный для нас результат, а в каких-то совершенно наоборот. Где та тонкая грань, которая разделяет две эти точки зрения?
Капитан Пеллеон не смог ответить.
Штурмовик ТНХ-0297 отвечать и не собирался — вопрос не был адресован ему.
— Полковник Селид поддерживал меня? — на этот раз гранд-адмирал смотрел прямо на штурмовика.
— Так точно, сэр, — ответил рядовой. — Абсолютная преданность.
— Вы так же преданы мне, ТНХ-0297? — задал новый вопрос Верховный Главнокомандующий.
— Так точно, сэр.
— Вы готовы выполнить любой отданный мной приказ, рядовой?
— Так точно, сэр.
— Саботируете ли вы исполнение отданного вам мной приказа в будущем, если будете видеть иной вариант выполнения поставленной задачи, идущий вразрез с отданным мной приказом?
— Нет, сэр, — уверенно произнёс ТНХ-0297.
— То есть, если бы приказ на атаку по фронту, которая приведёт к смерти всех ваших сослуживцев, но выполнению поставленной мной задачи, был отдан мной, а не вашим лейтенантом, вы бы его выполнили?
— Так точно, сэр, — на задумываясь, ответил штурмовик. Это ведь логично!
— Объяснитесь, — попросил скривившийся Пеллеон.
— Приказы Верховного Главнокомандующего не подлежат обсуждению, иной трактовке или изменению предписанного выполнения, — произнёс арестант. — На Кай Фел гранд-адмирал поставил перед нашим легионом задачу — захват склада. Это стратегическая задача. Тактическое её выполнение было возложено на моих непосредственных командиров. Их приказы не могли привести к эффективному выполнению поставленной задачи.
— У меня сейчас мозг вскипит, — признался капитан Пеллеон.
— Всё просто, — на губах гранд-адмирала появилась лёгкая улыбка. — Клон полковника Селида уверяет, что непосредственно мои приказы он выполнит беспрекословно с максимальной эффективностью. А вот приказы своих командиров, которые не эффективны, он будет саботировать с целью выполнения моего приказа.
— Бред какой-то, — покачал головой командир «Химеры». — Этот клон дефектен. Его необходимо уничтожить, пока он не породил среди наших штурмовиков тенденцию к неподчинению.
— Я буду решать его судьбу, капитан, — произнёс гранд-адмирал. — Не вы. По крайней мере — не сейчас.
— Прошу прощения, командующий, — замялся командир имперского звёздного разрушителя. — Но я не верю этому штурмовику. Он не подчинился приказу. Он опасен. Он — предатель.
— Есть простой способ это проверить, капитан, — спокойно ответил Верховный Главнокомандующий, посмотрев на ТНХ-0297. — То, что я вам сейчас скажу, рядовой — сверхсекретная информация. От принятого вами решения будет зависеть дальнейшая судьба Империи.
— Так точно, сэр! — каркнул ТНХ-0297.
— Рядовой, — обратился к нему гранд-адмирал. В его руках появился бластер, который он, несмотря на округлившиеся глаза капитана Пеллеона, передал ТНХ-0297. Штурмовик молча взял оружие в руки, машинально проверив его боеготовность. Индикатор уровня тибанны и энергетической ячейки максимальны. Оружие готово к бою. — В ваших руках бластерный пистолет SE-14C. Вам разрешено его применить для достижения максимальной эффективности. Диспозиция следующая — я не намерен защищать Имперское Пространство. Через некоторое время Император Палпатин вернётся и призовёт под свои флаги всех имперцев. Все, кто не подчинятся — будут уничтожены. Флот и армия которые последуют за мной будут признаны дезертирами и на них откроют охоту. Я и капитан Пеллеон — участники антиправительственного заговора, который имеет своей целью сбор как можно большего количества имперских сил под нашим началом, чтобы в будущем устранить прогнивший имперский режим и отбросить постулаты Нового Порядка, которому вы служите. Если на моём пути встанет Император Палпатин или любой другой лояльный ему разумный — я без промедления их уничтожу. В настоящий момент нас всего трое в этой камере. Конвоиры находятся за пультами управления и вовремя прибыть не смогут. Я и капитан Пеллеон уступаем вам в вооружённости и навыкам рукопашного боя. Вас ничто не может остановить от выполнения своего долга. Вы можете уничтожить нас здесь и сейчас и эффективно задушить продолжение Имперской гражданской войны, потому что мы являемся теми самыми военачальниками-изменниками, о которых вам говорил полковник Селид. И наши действия приведут к ещё большему кризису в Имперском Пространстве. Или же, вы можете убить себя, чтобы не вызывать у меня сомнений в своей лояльности. Ваша смерть от собственных рук с помощью этого бластерного пистолета — залог эффективного выполнения моих планов по сохранению всего лучшего в Империи, что было создано за все эти десятилетия. У вас три секунды на принятие решения, рядовой.