Папа (для) моей дочери (СИ)

Закрытая дверь сбивает с толку, а крючок для ключей пуст. Рассеянной Кира никогда не была. Даже в самой стрессовой ситуации сестра всегда знала, что делала. Неужели она сделала это специально? Ирина пытается ей дозвониться, но моя сестра сейчас ни за что не возьмёт трубку. Я готов расцеловать и прибить Киру одновременно! Может, у неё и были благие намерения, но обо мне она совсем не подумала.
Так и оказалось. Я схожу с ума от нестерпимого желания прикоснуться к Ирине, сжимая в руке крупный осколок. Острое стекло врезается в кожу, но боль не отрезвляет.
– Клим! Это что такое?! – Ирина хватает меня за руку.
Затуманенным от желания взглядом смотрю на любимое лицо. Мне кажется, что пытки инквизиции – пустяки по сравнению с тем, что чувствую сейчас я. Наверное, я мазохист, потому что, стиснув зубы, пожираю её глазами, пока Ирина перевязывает мне ладонь. Лёгкие прикосновения сводят с ума, и я не уверен, что доживу до утра. Ирина, смутившись, отходит к раковине.
К чёрту всё! Я до безумия хочу эту женщину! Встаю рядом, отрезая путь к отступлению, вдыхаю запах волос и медленно схожу с ума.
– Ира, – выдыхаю её имя. – Если скажешь «нет», я отойду… – произношу, совершенно не представляя, как смогу это сделать.
Я не дышу. В ушах набатом стучат секунды до моего приговора. Она замирает, но не отстраняется. Не ведая, что творю, плавно скольжу руками по изгибу её талии к бёдрам, сгорая от собственных ощущений. Ирина разворачивается и смотрит мне в глаза, словно пытается заглянуть в душу… А я всё ещё надеюсь на спасение.
– Поцелуй меня, – шепчет самая желанная женщина.
Я слишком хорошо помню, какая она отзывчивая, и с лёгкостью проигрываю своей выдержке, прижимая податливое тело. В этот момент я готов разлететься на частицы, но не хочу пропускать то, что мне только что подарили. Притягиваю её к себе и, зарывшись рукой в волосы, впиваюсь в желанные губы.
Я не помню, куда делась одежда и как мы оказались в комнате. Всё, чего мне хочется, – это дать ей то, что сейчас чувствую я сам.
Глава 40
Это безумие. Наверное, так чувствует себя счастливчик, который, проплутав в пустыне долгое время и уже не надеясь на спасение, всё-таки добрался до живительного источника. Сжимаю её руки, чувствую дрожь её тела и ловлю сладкие стоны. С губ слетает моё имя, и я готов умереть прямо сейчас, лишь бы Ирина его повторяла. Покрываю поцелуями лицо и понимаю, что мне этого чертовски мало.
Ирина выскользнула из моих объятий, и я проснулся. Поспать получилось совсем немного, но я всё равно чувствую себя самым счастливым человеком на свете. Вижу, что Ирина пытается скрыть неловкость, подхожу ближе, беру обеими руками её лицо, нежно целую в припухшие губы и выдыхаю:
– Я люблю тебя. Всё будет хорошо.
– Клим, я… – хрипло шепчет Ирина, заставляя меня мягко усмехнуться.
– Ты потрясающая!
Ирина отводит взгляд, но я не даю ей отвернуться.
– Клим, сейчас приедет Кира. – Ирина облизывает губы, совсем не задумываясь, как на меня это действует, а я понимаю, что снова до одури хочу её.
– И пусть…
– Она…
– Ира, моя сестра не маленькая девочка… – начинаю я, но Ирина меня перебивает:
– Мы вчера ничего толком и не убрали…
Господи! Она действительно сейчас переживает из-за этого? Не могу сдержать улыбки.
– С тебя чай, а я займусь остальным. Идёт?
– Хорошо, – соглашается Ирина, а я снова припадаю к её губам. Не понимаю, как я смог столько времени провести без её поцелуев.
– Клим, пожалуйста, – шепчет Ирина, и мне приходится её отпустить.
Я знаю сестру: она ни за что не приедет так рано, но говорить об этом Ирине не хочу. В коридоре и в комнате царит чистота: наводить порядок в экстремально короткие сроки я умею, а на кухне меня ждёт ароматный чай.
– Я не нашла у тебя кофе.
– Я его не пью.
– Совсем?
– Совсем.
– Почему? Не любишь или есть какая-то другая причина?
Смотрю на мать своей дочери и готов весь мир отдать, чтобы вот так каждое утро слышать её голос.
 
– Клим? – зовёт Ирина.
– Я готов пить что угодно, если ты будешь рядом.
– Клим, это не смешно!
– Ира, я не смеюсь. Ты же не будешь отрицать, что совсем ничего ко мне не чувствуешь?
– Я… не знаю. – Ирина отводит взгляд, а я встаю рядом. Кладу руки на её плечи и притягиваю к себе.
– Я дам тебе время привыкнуть…
– А Женя?
– Ира, неужели ты думаешь, что я смогу отказаться от Жени? И… – Я замолкаю, не зная, как сказать.
– Клим, что?! – Ирина испуганно смотрит на меня. – Да скажи ты уже! – нетерпеливо требует ответа самая прекрасная женщина.
– Ира, я вчера забыл про защиту, – признаюсь ей.
– Ты с ума сошёл…
Не знаю, это вопрос или утверждение.
– Уже давно, – соглашаюсь я. – Когда только в первый раз увидел тебя.
– Клим, но…
Ирина ошарашенно смотрит на меня огромными глазами. Вот что она хочет от меня услышать? Да, я сорвался, потому что ни один нормальный мужик не смог бы сдержаться! Так о какой защите можно было думать? Да и не ношу я с собой упаковки презервативов.
– Ира, если ты забеременеешь… – а я на это в тайне очень надеюсь, пусть выглядит и не совсем благородно – привязывать к себе женщину таким образом, – прошу тебя: не избавляйся от ребёнка.
– Как тебе такое в голову могло прийти! – возмущается Ирина, полыхнув взглядом.
Господи, как же я её люблю!
– Спасибо, – шепчу я и целую самые желанные губы, забыв обо всём на свете.
– А я тебе говорил, что не надо их открывать, – доносится до меня голос Серёги. – А ты: «Нет, нет, поедем!»
Чувствую, как сжимается в моих руках Ирина, закрываю её собой и поворачиваюсь к неожиданным вторженцам.
– Вас стучать не учили?
Вообще не слышал, как они вошли!
– Вот! Что я тебе говорил?! – лыбится довольный Шастин.
– Всё нормально! – Кира широким жестом бросает клатч на журнальный столик. – А то они потом ещё и отпирались бы, что ничего не было.
– Имейте в виду: на вашей свадьбе мне всего по две порции, а лучше – три! – ставит нас в известность Кирин муж.
– Да хоть четыре, – отвечаю ему, искренне надеясь, что у нас всё-таки дойдёт дело до свадьбы.
– Ну всё, вы просто обязаны пожениться, чтобы накормить моего вечно голодного мужа, – констатирует сестра.
Вот нашли же эти двое друг друга!
– Так, братик, я у тебя заберу ненадолго Ирину, мы с ней и так сегодня припозднились, а вечером верну в целости и сохранности. И вообще, тесновато вам тут будет, – замечает сестра, оглядывая очень скромные апартаменты, в которых до этого жила вместе с дочерью.
Всё верно, спать в одной комнате с ребёнком – не самая хорошая идея. Не думаю, что Ира захочет оставлять дочь одну, а отпускать Ирину не хочу я.
– Я посмотрю сегодня, что можно придумать, – обещаю сестре.
Ирина
Стою за спиной Клима и боюсь высунуть свой нос. Кажется, нас уже женили и благополучно перевезли, даже не спросив моего согласия! Но вместо того, чтобы возмущаться, ловлю себя на том, что не могу сдержать улыбку. Наверное, первый раз за всё последнее время я ни о чём не беспокоюсь. Совсем. Я ведь вчера даже бабуле не позвонила, чтобы узнать, как там Женя, – забыла обо всём на свете. И при этом совесть меня нисколько не мучает.
Кира и Сергей уехали, от души поиздевавшись над Климом, но тот, как мне показалось, был только доволен. Кира, подмигнув, бросила, что всё-таки надеется увидеть меня в фотосалоне.
– Ира, я заеду после работы. – Клим спустился вниз, чтобы проводить меня. – Я Жене обещал, – отвечает он на мой немой вопрос.
– Хорошо.
Клим неохотно отпускает меня и закрывает дверь, когда я сажусь в машину.
К моему огромному удивлению, сегодня мы с Кирой общались только по рабочим моментам. Она даже отпустила меня пораньше, словно не застукала утром целующейся со своим братом.