Мама из другого мира, или Замок в стиле хай-тек

Я промолчала, сдерживая резкие слова. Бросить малышку одну почти на полгода! Да его родительских прав надо лишить!
Нет, сначала нужно выяснить, что случилось. Может, есть смягчающие обстоятельства?
«Да какие могут быть обстоятельства? — возмущалась про себя. — Даже если не мог вернуться сам, нужно было послать кого-нибудь присмотреть за ребёнком!»
— А ты знаешь, куда он уходил? — всё же спросила у малышки.
Она как-то странно на меня глянула и принялась активнее мотыжить землю.
Снова играем в молчанку? Ну уж нет. Больше я на это не куплюсь. Девочка что -то знает, но говорить об этом ей неприятно или страшно. Если так, мне тем более стоит знать!
Анита, — мягко позвала я.
Но она поднялась и, увидев нежащегося на солнышке Вальдемара, побежала к нему.
Я же осталась и, сажая клубни проросшей картошки в подготовленную землю, размышляла, каким образом я могу узнать то, что меня интересует. Не говорит дочь — спросим у папы!
Выпрямившись, я размяла ноющую поясницу. Подлетел Януарий, и я вымыла руки под струёй воды, льющейся из удерживаемого им кувшина. Поблагодарив довольное привидение, решительно пошла к сеновалу.
Если не впал в кому, то горе-отец должен уже прийти в себя.
Вот только внутри было пусто.
    
Глава 16. Между двух огней
Я внимательно осмотрела место, где лежал ночной визитёр, заглянула за тюки с сеном. Не обнаружив мужчину, посмотрела на кружившее надо мной привидение.
— Януарий Второй, вы, случайно, не видели, куда делся великий Устин?
Призрак завис на месте, глаза его потухли, но тут же полыхнули ярко -алым. Я прищурилась.
— Г оворите. Вижу, что вам что-то известно.
— Ревнос-с-с-сть, — прошипело сероватое облачко и гордо вылетело через окно.
— Что он имел в виду? — озадачилась я.
— Януарий ревнует тебя к Устину, — услышала я ленивый ответ кота. — Уверен, что теперь ты на привидение и не взглянешь. Ведь рядом такой потрясающий мужчина!
Я обернулась к Вальдемару и выгнула бровь:
— Где ты мужчину увидел? Ночью к нам на сеновал ворвался человек, больше похожий на бандита! Видел бы ты его! Злые глаза, лицо чёрное, волосы всклочены... Да его в кино бы взяли на роль злодея, и гримировать не надо! И имечко соответствующее. Устин! Великий и ужасный? Вы серьёзно?
— Моё имя вам кажется шуткой?
Голос прозвучал грозно, но я не спешила оборачиваться. Сначала глубоко вдохнула и медленно выпустила из лёгких воздух, чтобы усмирить клубящийся в груди гнев. Где -то рядом малышка, нехорошо устраивать ссору на глазах у дочери. Надо сохранять спокойствие, говорить ровно и негромко, чтобы не испугать ребёнка.
В конце концов, теперь я её мама. Процедила:
— Оно под стать вашему неряшливому виду.
Для начала стоит сказать этой кукушке мужского пола, что о детях принято заботиться, разнообразно кормить и оберегать от опасностей, а не бросать на магического гнуса и картошку фри. Как малышка не заболела, питаясь так столько времени, — ума не приложу. О монстрах вообще старалась не думать. Но в том, что они существуют, сомнений не было.
Оглянувшись, я собиралась выпалить всё это блудному папаше, но слова застряли у меня в горле при виде высокого мужчины в простых холщовых брюках. Рубашки на нём не было, а обнажённый торс поражал рельефностью мышц. Устин промокал полотенцем чистые влажные волосы и смотрел на меня с усмешкой.
— Если верить вашей теории, то вас зовут... Маффин?
Я машинально опустила голову и отряхнула с платья прилипшую на огороде землю. Поймав ироничный взгляд мужчины, попыталась пригладить торчащие во все стороны после «сушки» волосы. Да, выгляжу я тем ещё пугалом.
Щёки опалило жаром, но я снова выпрямилась и решительно посмотрела на мужчину.
— Моё имя София. Я — мама Аниты.
— Её мать звали Джейн, — помрачнел Устин. Закинув полотенце на плечо, он развернулся и вышел на улицу.
Я встрепенулась и поспешила следом.
— Что значит «звали»? Постойте! Анита ничего не рассказывала мне о родителях.
— Оно и видно, — покосившись на меня, хмыкнул он. — Судя по радушному приёму.
И дотронулся до места, где была шишка.
— Извините, — смутилась я и тряхнула волосами. — Вы испугали меня! Я думала, у малышки никого, а тут вы, да ещё такой страшный!
— Вы тоже не королева красоты, — отрезал он.
— Сколько в вас такта! — возмутилась я.
— Сколько и в вас, — парировал он и позвал дочь: — Анита, где шляпа?
— Вон там, пап! — отозвалась девочка и указала на крыльцо.
Я увидела в другой её руке цветы и громко напомнила:
— Нитка, ты помнишь, что фри — это плохо?
— Да, мам, — помахала она букетом.
— Мою дочь зовут Анита, — сухо поправил Устин.
— Я сейчас приготовлю лапшу, — проигнорировав его, пообещала я девочке. А потом обернулась и сурово прищурилась. — Только попробуйте снова сунуть ей эту гадость!
Он выгнул бровь и, усмехнувшись, молча направился прочь. Я же посмотрела ему в спину и, стараясь держать себя в руках, прошептала:
— Придётся сделать три порции.
Спустившись в подвал, взяла приготовленное с утра тесто. Раскатав его на плоском камне, нарезала лапшу. Когда вода в котле вскипела, аккуратно закинула светлые полоски. Добавила пряных трав и осторожно помешала.
Ожидала, что мужчина вернётся. Возможно, спросит, чем помочь... Не по уши же он отмороженный! Но Устин не почтил меня своим вниманием. Аниты тоже не было видно. Возможно, папа и дочь разговаривают. Я не хотела мешать воссоединению, ведь что бы я ни думала о горе-родителе, он всё же папа. Но и отступать не собиралась. Я позабочусь о девочке!
Слив воду, понесла котёл внутрь замка. В комнате, которую мы оборудовали как столовую, стало красиво и уютно. Поставив ношу на стеклянный стол, огляделась. Пододвинула третий «табурет» и отправилась искать малышку.
Ну и её папу на обед приглашу. Нам ещё многое нужно обсудить!
На крыльце я остолбенела при виде настоящего деревянного стола, на котором блестели полные снеди фарфоровые тарелки. Обоняния коснулся аромат жареного мяса, обильно пошла слюна. За столом сидела Анита и с аппетитом уплетала кусок торта. Увидев меня, помахала:
— Мам, иди сюда!
В этот момент Устин как раз вынул из шляпы тарелку с запечённой рыбой. Услышав слова девочки, он уронил её на землю. Вальдемар подскочил и, схватив добычу, принялся уплетать её. Предатель!
Мужчина усмехнулся и, сунув руку в шляпу, жестом фокусника выудил блюдо со спагетти.