Четыре «В» для ведьмы, или Отбор наперекор

Забросило меня не куда-нибудь, а прямиком в лес, в самую чащобу. А опустилась я на мягкую подстилку из мха, поросшего бурыми ягодами.
— Дойти до замка с минимальными потерями? — вспомнила я.
Поднялась и задрала голову, но ничего, кроме верхушек гигантских деревьев, не заметила.
— Что же мне теперь, на сосну лезть?
Испытание мне уже не понравилось. Все, что я знала о лесе, так это то, что там водятся дикие звери. Очень голодные дикие звери. Испугавшись собственных мыслей, я, кажется, услышала чей-то писк. Тоненький, почти мышиный.
— Эй, есть тут кто-нибудь еще? — выкрикнула испуганно.
На случай, если рядом со мной «выбросило» еще какую-нибудь невесту. Желательно ту, что знакома с местностью. Или хотя бы умеет управляться с магией.
Кстати, об этом.
Дракон обещал разблокировать мою силу. Стало жутко интересно попробовать. Я щелкнула пальцами, как это делал сам дракон, но не произошло ровным счетом ничего. Даже искры не высекла, не говоря уже о том, чтобы разжечь костер.
А на лес тем временем опускались сумерки.
— Так, спокойствие, только спокойствие, — рассудила я. Сделала глубокий вдох. — Надо попробовать еще. Что там положено уметь ведьмам?
Летать — точно! Я подпрыгнула, помахала руками, естественно, не взлетела, даже над землей не вознеслась. Вспомнила о главном атрибуте — метле. Больше десяти драгоценных минут потратила на то, чтобы наломать сосновых ветвей и соорудить из них некое подобие ведьминского летательного средства. Вышло не слишком красиво, но вполне похоже.
— И как это тут заводится?
Я села на метлу. Попрыгала на ней. Попыталась разбежаться для придания ускорения. Как полная идиотка, нашла высокий холм и спрыгнула с него. Заработала себе шишку, исцарапала лицо, но так и не взлетела.
И даже не почувствовала того прилива тепла, что испытала в спальне дракона.
— Обманул, зараза! — решила я.
И тут вновь раздался все тот же слабый писк. На это  раз едва громче прежнего. Он раздавался из-за ближайшего пригорка, и я, плюнув на бесплотные попытки овладеть магией, двинулась на этот зов.
Именно зов. Я будто всем телом чувствовала, как кому-то стало плохо. И он отчаянно зовет на помощь.
Становилось все темнее. Будто на лес кто-то неведомый набросил темное покрывало. Последние шаги я делала практически наощупь. Вытянув руки, шла на зов. Ощупывала почву, боясь зацепиться за какой-нибудь корень или ветку. Или того хуже: наступить на змею. С детства боялась этих скользких и холодных созданий.
— Эй!.. — крикнула в темноту. — Ты здесь?
Впереди что-то сверкнуло. Мое возбужденное страхом сознание тут же дорисовало картинку и услужливо подсказало, что впереди притаился хищник. Вот он-то и смотрит на меня сияющим взглядом.
— Мама… — вздрогнула я.
Обогнула ближайшее дерево и вжалась в него спиной. Услышала, как отчаянно грохочет мое сердце. Не сиделось мне дома, в тепле и уюте. Нет, даже повелась на уговоры не пойми кого, вот и оказалась в лесу один на один с магическим хищником. Наверняка огромным и голодным.
Стоп! А почему у него только один глаз? Зачем прикрывать второй во время охоты? А, может быть, это какой-то гигантский циклоп, охотящийся на нерадивых невест?
— Ить… — послышалось совсем близко.
Жалобно прозвучало, с затаенной мольбой в по-детски наивном голосе.
Не мог хищник так стонать. Даже хищник из магического мира. Я была в этом абсолютно уверенна.
Оттого вышла из укрытия и продолжила путь, пока не наткнулась на разросшийся колючий куст. Широкие листья его, размером с мою руку, венчала куполообразная головка. Вот она-то и светилась в темноте.
— Пить… — отчетливо попросило растение.
Это ж надо, оказаться в другом мире и найти там говорящую колючку. И где, интересно, взять для нее воды? А вдруг это растение вообще не воду пьет, а человеческую кровь?
    
Глава 3
— Ты меня извини, но я понятия не имею, что с тобой делать, — призналась я. — Воды у меня нет. А кровь я не отдам, так и знай.
— Пить... — снова попросила колючка.
Опустила головку и положила ее мне на плечо. От нее исходило едва ощутимое тепло — такое нежное, что я чуть не расплакалась. Понимаю, нельзя быть такой сентиментальной, да еще и в другом мире. Но жалость всколыхнулась во мне с новой силой.
— Ладно, сейчас что-нибудь придумаем, — пообещала я.
Где найти воду в темном незнакомом лесу? Особенно человеку, всю жизнь прожившему в городе. Если у нас из крана переставала течь вода, мы звонили в аварийную. Или шли в магазин за минералкой. Как вариант, можно было даже доставку воды на дом заказать.
А здесь что? Темень, деревья и земля. Ну, чисто теоретически, в последней должна быть вода. Но это, опять же, в моем мире.
— Так, ведьма я или нет? — спросила и погладила колючку.
Голова ее была пушистой и совсем не колючей, скорее похожей на светящийся одуванчик. И приникла она ко мне так трепетно, ну совсем как ребенок. Я даже всплакнула от жалости.
Над головой громыхнуло.
— Только этого не хватало, — буркнула я, поднимая голову. — Мало мне ночного леса, так еще и гроза начнется?
Может, стоило выбрать несварение?
Утерла слезы — гром прекратился. И тут меня посетила гениальнейшая из идей: а что, если это именно я вызывала бурю? С чего-то же меня обозвали ведьмой.
Решила поэкспериментировать. Начала плакать, благо, что плакать было о чем. Достаточно было вспомнить о женихе-изменнике, предательнице подружке, сорванной свадьбе, как глаза вновь заслезились. А с неба упала первая тяжелая капля.
Ко всему прочему, добавила думы о свадебном путешествии, которому не суждено уже состояться. О подвенечном наряде и огромном торте с взбитыми сливками. Кружевном неглиже, купленном на первую брачную ночь. Словом, плакать было о чем.
Дождь полил сильнее. Тот наряд, что выдал дракон, мгновенно промок. Я стала дрожать. Но как минимум от насморка, а как максимум от воспаления легких спасла меня все та же колючка. Она прикрыла меня своими листьями, жадно впитывая влагу. В том месте, где я ее касалась, иголки будто втягивались внутрь. А широкий ствол стал вдруг теплым. Я прижалась к нему и блаженно прикрыла глаза.
— Кайф… — призналась и широко зевнула.
Первый эксперимент с магией не прошел даром. Усталость навалилась с такой силой, что я отрубилась почти мгновенно. Да так и проспала до самого утра, убаюканная дождем и согретая теплом говорящей колючки.
Проснулась я от чьего-то громкого вскрика. Распахнула глаза и увидела недалеко от себя девушку — совсем молоденькую, худющую, в бледно-желтом сарафане до пят и с рыжей толстенной косой, небрежно переброшенной через плечо.