Случайная беременность

А теперь… Нет, Матвей, ничего у нас не получится.
— Мир, это ты меня прости, — я слышу, как он встаёт. В голосе нотки сожаления, и я ему верю. — Я не сдержался.
— Я, наверное, пойду, — опускаю взгляд вниз. Несусь на выход, доставая телефон. Вызову такси и… не знаю.
Куда идти?
Пока обуваюсь, смотрю на экран. Там висит одно сообщение от мужчины, из-за которого сегодня пролила немало слёз.
«Почему ты не дома? Возвращайся. Уже поздно».
До боли закусываю губу. Конечно же, он в курсе.
Я под контролем.
И ещё раз верю в это, потому что приходит ещё одно сообщение.
«Мира, не заставляй меня снова раздражаться. Чтобы через час была дома. Илья проверит».
Резко и быстро блокирую экран. Сжимаю пальцы так, что те скрипят о панель смартфона.
Убираю его обратно в сумку, разуваюсь. И возвращаюсь обратно в гостиную, где задумчиво сидит Матвей и поворачивается ко мне, едва заслышав мои шаги.
Я скромно улыбаюсь. Сил на искреннюю улыбку сейчас нет. Но зато злость выливается за края чаши. Он серьёзно думает, что я буду подчиняться после того, что он заставил меня сделать?
Буду и дальше подчиняться?
Не дождётся.
Собираюсь с мыслями и тихонько произношу:
— Можно я сегодня переночую у тебя?
***
Беркутов
— Еду в номер заказывали?
Кокетливый голос какой-то девчонки долетает до меня не сразу. Смотрю в телефон на кровати и жду ответа своей невесты, которой готов сейчас свернуть шею. Но вместо этого потуже завязываю пояс халата.
— Куда поставить?
— Оставь и проваливай отсюда, — без интереса выплёвываю.
Слышится какой-то шорох, а через секунду на плечо опускаются чужие пальцы, от которых коробит.
Резко поворачиваю голову, метаю в девчонку злой взгляд. Она офигела? Или смертница?
Оглядываю её сверху вниз: блондинка, шикарная моделька с длинными ногами. Вроде одета, но и раздета. Этот комплект я бы и одеждой не назвал.
Что ещё за бред?
За её спиной на полу валяется плащ. Рядом стоит столик с едой.
— Я проституток не заказывал, — отрезаю. Не до неё. Одна пигалица не отвечает на звонки и сообщения. Уже десять, а её до сих пор нет дома.
Знаю, как ей сейчас хреново, но мне не лучше.
Вот где она? Бухает? Попала в плохую компанию? У подруг её нет, я проверил в первую очередь. Но провалилась сквозь землю словно.
Желание убить с каждой минутой усиливается.
Пусть бухает дома, истерит тоже там. Да хоть что делает! Но под присмотром охраны!
— Я и не проститутка. Ваш друг нанял меня, чтобы я расслабила вас…
В доказательство своих слов начинает массировать напряжённые мышцы.
Друг? Она хотела сказать – Сергей? Да только он мне не друг, а подчинённый. Плохой подчинённый. Хотя… Старается ради блага своего босса.
У меня настолько дерьмовое настроение, что я, пожалуй, возьму и воспользуюсь.
Хватаю девчонку за талию, падаю на кровать и сажаю её сверху. И пока она мнёт мои плечи и касается горячими губами шеи, поднимаю телефон. Снова смотрю на экран. Илья говорит, что она так и не приехала.
Умелые руки разогревают мышцы, немного расслабляют. Но всё равно звоню Мирославе.
Как только приеду – ей хана.
От того, что не отвечает – я сильнее начинаю раздражаться. Ей же хуже.
Несколько минут беспрерывных звонков, и надоедливые гудки наконец-то прерываются.
— Разве я неясно выразился? — тут же выпаливаю, сжимая в руках смартфон.
— Ты о чём? Я не в курсе, — в динамике раздаётся смешок, я слышу мужской голос.
Ком волнения вперемешку с яростью одновременно вспыхивают.
Я узнаю этот голос.
Так вот она где. Пытается пережить тяжёлый день в компании мужика? Дура! Просто дура! От которой челюсти сводит, и раздражение в геометрической прогрессии возрастает.
Скидываю с себя девчонку, схватившуюся за пояс халата. Подпрыгиваю с кровати и шиплю сквозь зубы:
— Телефон ей дай.
— Хм, я бы дал, но… Она так сладко спит в моей постели.
Глаза округляются и едва не вылетают из орбит от его слов.
Что он сказал?
Мне показалось?
— У меня рука не поднимется тронуть её за плечо. А вот за другое…
— Ты в смертники записался? — едва не рычу.
Где он её трогал? Как долго?
— Кого мне бояться? Тебя? Зачем? Она сама пришла ко мне в слезах. Говорила, какой ты скотина. Лезла обниматься. Знаешь, я не смог устоять. Особенно когда её язычок…
Представляю. Его и Миру. Её горячие ладони, которые трогали меня за плечи, водили по прессу и много чего ещё.
Она делала то же самое, но с ним? Её губы были на его теле?
— Заткнись! — выплевываю. Хватаю какую-то рамку, попавшуюся под руку, и кидаю на пол. Несильно, но стекло трескается.
Надо что-то ещё сломать! Иначе не успокоюсь.
— Она немного устала. Да и перебрала, а то была слишком зажата. Не разбужу уже. А, слушай, она проснулась, меня зовёт. Прости, не до тебя сейчас.
И сбрасывает.
Этот сукин сын сбрасывает!
Ярость глаза застилает. Магмой выжигает все внутренности, что кипеть начинают из-за минутного диалога.
Кидаю телефон об стену. От пропитывающей всё злости. От слепого гнева, застилающий мысли.
Думать нормально не могу!
Вихрем разворачиваюсь к кровати. Где-то там должны были быть мои вещи.
Но вместо них вижу девчонку. Уже преобразилась, комплект пропал. Улыбается и кокетливо ведёт ногой.
А я подлетаю к ней, хватаю за плечо и силком вышвыриваю из номера.
На хрен! Не просил я этого расслабления!
Хлопаю дверью, запуская пятерню в волосы и жёстко их сжимая.
Я ожидал от Миры всего. Что начнёт орать, выкидывать фокусы.
Выкинула. Один. Жёсткий.
— Плащ хотя бы дай, придурок!
Смотрю на дешёвый кожзам, валяющийся на полу. Хватаю шмотку и выкидываю следом за хозяйкой, лишь бы не мешалось.
Выплеснуть злость надо! Срочно!
И, зверея, бью кулаком об стену.
Прислоняюсь лбом к стене.
Тяжело дышу.
И чуть не бьюсь головой о твёрдую поверхность.