Солнечная тайна Изабель

— О чем это вы? — я не понимала, с какой претензией она явилась в мой дом. — Что ваше я взяла?
— Вы выскочили замуж за маркграфа! Вы строите деревню! Занимаетесь виноделием! — ее голос взлетел до самых высоких тонов. — Вам этого мало?!
— Какое отношение это имеет к вам? — я искренне недоумевала — она серьезно считает, что я ей что-то должна?
— Теперь вы протянули ваши загребущие руки к моим самым плодоносящим землям! — мне казалось, что еще чуть-чуть, и она вцепится мне в лицо.
— Мои загребущие руки, как вы соизволили выразиться, тянутся к землям, которые принадлежат семье ди Кантини, — чеканя каждое слово, ответила я. — Может, я что-то путаю? Тогда поправьте меня.
— Я всегда знала, что ты дрянь, как и твоя мамашка, — она почти выплюнула это мне в лицо. — Плод одного дерева. Гнилого дерева.
— А вы плод, какого дерева? — я сдерживалась из последних сил. — Прибрать к рукам чужое, да еще и пытаться обмануть сирот, которые остались без родительской опеки. А теперь вы имеете наглость явиться в мой дом и упрекать меня в том, что я не позволяю вам и дальше обманывать себя. Как интересно… Возможно вы мстите мне за то, что когда-то барон выбрал мою мать, а не вас?
— Замолчи! — Франческа побледнела, ее глаза чуть ли не вылазили из орбит, а руки тряслись. — Мне нужно было поджечь не деревню, а виллу, вместе с тобой и маленькими ублюдками!
Я находилась в полном шоке и глядя на нее, вдруг поняла, что она безумна. Этот неестественный блеск в глазах, странно двигающийся, перекошенный рот… Она сошла с ума… Возможно болезнь давно захватила ее душу, но не давала так явно о себе знать, а все эти события спровоцировали обострение.
— Что ты смотришь на меня? — она говорила угрожающе тихо, и мне стало не по себе. — Не можешь поверить, что это я подожгла деревню? Оооо… я способна и не на такое…
Она двинулась в мою сторону, выставив руки со скрюченными пальцами, и только я вознамерилась позвать Стефана, как над ее головой взметнулась клюка и Франческа упала на пол.
— Эдмунда?! — воскликнула я, в изумлении глядя на старуху, которая стояла над поверженной безумицей и пыхтела трубкой. — Как вы здесь оказались?!
Услышав мой вопль, в гостиную ворвался Стефан и его глаза стали увеличиваться в размерах.
— Какого черта здесь произошло?! Вы целы, ваша светлость?
— Цела, — выдохнула я и кивнула на Эдмунду. — Благодаря ей.
— Как только эта ворона вошла в дом, я сразу почувствовала неладное, — старуха выпустила колечко дыма и ткнула Франческу клюкой. — Жива… Каналья…
В замок я вернулась с новостями, от которых у всех случился шок. Лучиана не могла поверить в случившееся, а Марселла задумчиво поинтересовалась:
— Не та ли эта сеньора, что пыталась на балу пристроить свою племянницу в костюме Утренней зари?
— Так и есть, — подтвердила я. — Франческа Гуерро.
— Она мне сразу не понравилась, — фыркнула герцогиня. — Такая неприятная особа, похожая на ворону! Дорогая, все что случилось — ужасно! Эта безумица могла убить тебя! Чтобы мы сказали Массимо?!
— Ничего бы со мной не случилось, — успокоила я своих впечатлительных родственниц. — Возле меня был Стефан и Густаво. А Эдмунда вообще выше всех похвал!
— Так что же случилось дальше? Она пришла в себя? — Доротея была бледна и напугана моим рассказом. — Где теперь эта женщина?
— Ее увезли родственники, — я вспомнила, как прятали глаза Диего и Джузеппе, выводя под руки совершенно неадекватную Франческу. — Она у себя дома.
— Но ведь она должна ответить за свои преступления! — Лучиана гневно затрясла кулаками. — Столько жизней загубить! Лишить людей жилья!
— Она наказана безумием. Нет ничего страшнее, чем ожившие призраки, разрывающие тебя изнутри…
Я прекрасно понимала, что Франческу ждет безрадостное существование — возможно женщину запрут в дальнем крыле дома с крупной мужеподобной сиделкой, которая не станет церемониться с ней, а возможно отправят в дом для умалишенных, если ее состояние будет угрожать окружающим. Печальный конец…
А на следующий день случилось вот что…
Перед обедом слуга объявил, что в замок прибыли Джузеппе Гуерро, Антонио Галли и Николло Моретти. Мужчины просили аудиенции. Мне, конечно, были понятны их мотивы — вся нелицеприятная правда всплыла, и теперь им ничего не оставалось делать, как просить о снисхождении. А Джузеппе Гуерро находился в куда более щекотливом положении — его семья принесла мне много бед…
Но я готова была выслушать их и проявить благородство — эти войны надоели мне. Хотелось простого женского счастья, хотелось заниматься любимым делом и в конце концов хотелось в душевном спокойствии ждать появления малыша.
Я ожидала мужчин в кабинете мужа и когда они вошли, комкая в руках шляпы, поднялась с кресла и вежливо поприветствовала их.
— Ваша светлость, — Антонио Галли начал первый. — Мы прибыли в замок, чтобы извиниться перед вами за свое непристойное поведение. Оно не достойно мужчин и в ваших руках наши судьбы.
— Да, — поддержал его Николло Моретти, решившись поднять на меня глаза. — И мы готовы принять любое ваше решение. За помилование — будем благодарны, а если нам суждено предстать перед законом — сделаем это с покорностью.
Джузеппе Гуерро молчал, не поднимая головы, но я понимала, что мужчине было тяжелее всех, и не торопила его.
За эту ночь я передумала много всего и пришла к выводу, что нужно проявить снисхождение. Как ни крути, эти люди поступили дурно, но я готова была дать им шанс.
— Мое решение таково, — я прошлась мимо них, заложив руки за спину, и чуть не прыснула, увидев, как они напряглись. — Мы должны попробовать стать хорошими соседями. Я согласна продолжить договор аренды на земли, но только с тем условием, что кроме денег, которые вы будете мне платить каждый год, я буду забирать часть урожая.
Мужчины переглянулись, не веря в свое счастье, и радостно закивали.
— Я готов подписать бумаги прямо сейчас! — воскликнул Антонио Галли. — Где нотариус?
— Я тоже согласен! — Николло Моретти потер руки и поклонился мне. — Благодарю вас, ваша светлость! Это такой подарок для нас, но увы… мы его не заслужили…
— Начнем с чистого листа? — предложила я и посмотрела на молчавшего Джузеппе. — Что скажете, сеньор Гуерро?
— Мне бы хотелось поговорить с вами наедине, — ответил он, и я попросила мужчин оставить нас на некоторое время.
— Я слушаю.
— Наверное, если я начну просить у вас прощения за свою семью, это будет выглядеть пошло, — тихо сказал он. — Но все же я попробую…
— Я знаю, что вы хотите мне сказать. Не утруждайте себя, — я прервала его речь. — Действительно, это будет пошло. У меня к вам одна просьба — следите за здоровьем сестры, чтобы и в вашем доме не случилось беды, а Диего вам лучше отправить на службу, чтобы парень не увлекался вином и едой. Выпивка до хорошего еще никого не доводила. Сегодня же я напишу его светлости, чтобы он подыскал место вашему сыну на форпосте в Северной Энталии.