Попаданка для змея

 
Пролог
Стелла

Едва слышное шуршание дало мне знать, что я влипла. Так, что и описать сложно.
– Нари! Ты такая сладенькая… Куда идешь?
Наверное, в эту минуту я вспомнила весь арсенал русского мата, английских факов и местной нецензурной брани.
«Нари» на языке нагов – это нечто вроде «телка» или «крошка». Такое обращение к женщине с явным подтекстом и намеком на то, что с ней намереваются сделать.
Я развернулась и увидела трех здоровенных полузмеев. Ну естественно… В квартале-то нагов.
Бугаи с хвостами вместо ног, в кожаных набедренных повязках напоминали отъявленных головорезов. Рожи необремененные интеллектом. Квадратные челюсти, узкие лбы, на которых прямо написано «мы редкие гады». Хотя, для нагов, это, может даже и комплимент…
Смуглые, с длинными волосами, заплетенными в множество кос, а значит ттари – из высокородных.
Зрачки желтые, вертикальные, гипнотизирующие. Мне даже пришлось тряхнуть головой, чтобы избавиться от наваждения. Я почти уже поддалась, как кролик удаву.
– Мне нравится, как ты пахнешь… И твоя кожа… она такая бархатистая…
Один из нагов, с густыми черными волосами и острыми скулами приблизился, обвив мои ноги хвостом так, что с места не сдвинешься. Я замерла, думая, что же делать.
Так! Я единственная дура из библиотеки Академии для оборотней, которая согласилась сходить к нашему декану-нагу за книгой. Видите ли, он ее забрал и все время забывал вернуть.
И вот меня, глупую попаданку, которая в этом мире без году неделя и дальше квартала людей никуда не выбиралась, послали сюда… Видимо, шутки ради… Хорошая такая шутка… С последующим изнасилованием… И еще бог знает чем…
– Нари, ты просто прелесть! – тем временем, второй наг с песочного цвета косами решил проверить бархатистость моей кожи и провел по ней грубоватой ладонью. Я вздрогнула, но отступить не смогла – хвост первого змея обвил ноги мертвой хваткой.
Мою попытку оттолкнуть гада, во всех смыслах этого слова, пресекли на корню. Второй наг перехватил мои запястья и зафиксировал руки над головой хвостом. Попалась.
Теперь мне оставалось только плеваться. К сожалению, не ядом. Был бы яд – вспомнила бы все уроки плевков на дальность от двоюродного брата. Тот был мастер. Глаз вишневой косточкой белке бы выбил.
Вот же мрази! Встречу их с двумя ногами… пообщаемся… Отрежу кое-что пониже пояса. То самое, что прячется в ипостаси полузмей под крепкими, как камень, роговыми пластинами.
– Я сотрудница Академии! – пискнула я. – Отпустите! Я иду к Иллайну Перест.
Наги глухо захохотали.
– Посмотри вокруг, нари! – обвел рукой пейзаж третий гад, с белокурыми волосами и самой наглой рожей. – Такая, как ты, здесь может быть только добычей…
Я со вздохом окинула взглядом местность.
Двухэтажные особняки, похожие на земные дворцы – сплошь белые и желтые, с яркими вкраплениями фиолетовых янров – полудрагоценных камней, что запасают солнечную энергию. Ночью они освещают территорию и обогревают жилища змей. Парки, скверы и безлюдная дорога, где мы находились. Вернее, тупик. Я слегка заплутала и собиралась как раз свериться с картой по андру – местному аналогу сматрфона и компьютера в придачу.
И тут… эти гады меня окружили, фактически лишили возможности двигаться. Пикнуть не успела, как оказалась прижата к забору за своей спиной. Белый камень холодил до костей.
Черноволосый принялся грубо тискать мою грудь и одновременно поглаживать огромный член, который выскочил между разошедшимися роговыми пластинами и теперь натягивал набедренную повязку. Блондин прижался ко мне не менее огромным членом, уже освобожденным от повязки и полез между ног… Я сжала бедра, благодаря бога за то, что на мне плотные брюки из ткани по типу джинсовой. Особенно не прощупаешь. Однако гад быстро понял это и занялся застежками на брюках… А затем, когда ему надоело, одним легким движением пальца оторвал их все.
Застежки пулями разлетелись в стороны и с глухим звуком рассыпались по дороге.
Третий гад, пыхтя, вытащил свой член из набедренной повязки и пристроился ко мне с другой стороны, занявшись блузкой. Расстегивать он ее не стал, разодрал на части и сорвал с тела.
Черноволосый тем же способом избавил меня от бюстгальтера. Я максимально стиснула бедра, потому, что в промежность полезла рука блондина. Грубо так, бесцеремонно. Причем, прежде, чем заняться моей промежностью, гад облизал пальцы… Медленно так, с чувством… Видимо, для лучшего скольжения. От омерзения меня всю передергивало. Тошнота подкатывала к горлу, сотрясала болезненными спазмами. Но нагам было на это глубоко наплевать.
Я попыталась дернуться, но ноги зафиксировали сильнее, даже щиколотки окончательно одеревенели.
Блондин ненавязчивым жестом разорвал мои брюки, оставив меня в одних трусиках. А затем – и они отлетели в сторону драным куском серой тряпочки.
Боже! Я попалась!
Холод охватил все тело, вместе с оцепенением.
Кричать бессмысленно – я в квартале высокородных и никто здесь не станет драться с себе равными. Если не согласен с их действиями, вызовет на поединок. Но позже. Когда эти твари уже все сделают… Получат удовольствие…
Одна радость – в таком положении они вряд ли смогут залезть своими огромными агрегатами ко мне между ног. Туда едва пальцы и протискивались.
– Что вы делаете? Отпустите! Я буду жаловаться!
Меня не слушали. Пытались забраться в промежность пальцами, терлись огромными уже влажными членами и хватали везде, где ни попадя. Было так противно, что хотелось умереть. Вот прямо здесь, посреди этой проклятой улицы. Если бы ехала машина, я бы под нее бросилась. Но наги не пользовались таким транспортом, предпочитая ездить на калхах – животных, вроде трехрогой лошади. Куда забирались, естественно, в человеческом обличье.
Три гадкие рожи пыхтели, шесть рук безостановочно лапали. Я взвизгнула, когда пальцы блондина все-таки проникли в промежность.
– Сейчас, мы тебя подготовим… Примешь, как миленькая… наши игрушки! – загоготал он.
В эту минуту хвост, что опутывал снизу чуть ослабел и сразу же каждую щиколотку обвили другие хвосты. Теперь наги зафиксировали меня и раздвигали ноги, почти не ощущая моего сопротивления, от которого зверски болели мышцы.
Я стонала, прикусывала губы до крови, но ничего не могла поделать.
Еще и еще. И вот я уже стою с раздвинутыми ногами. Достаточно, чтобы даже такие члены проскочили внутрь.
Все. Конец. Боже! Лучше бы я умерла!
Я зажмурилась, желая умереть здесь и сейчас. Сердце отчаянно заколотилось, тело похолодело. Какое там предающее тело! Даже не верьте этим романам, когда огромные брутальные и грубые мужики насилуют девушек и у тех сразу же возникает ну просто непреодолимое желание. Все набухает, становится влажным, твердеют соски и прочее. Все это бред!