Гнев Пламенных
— Я думала, магистр Лин должен быть рядом со Зрящим.
— Он должен быть со Зрящим и связан обязательствами с Алым замком, но причина не только в этом. Там, за Харнаром, тебе предстоит встретиться с другой стороной своего учителя. На землях орков Пламя в нем берет верх, и его привычное спокойствие трескается. Ты тоже Пламенная и еще юна, но я все же надеюсь, что с помощью принца Райтона сумеешь удержать Линдереллио от необдуманных поступков.
Райга неуверенно пожала плечами.
— Сомневаюсь, что он будет слушать меня или Райтона. Но я постараюсь.
От необходимости продолжать разговор ее избавило появление Линмэритэля в сопровождении сестры.
Меллириссиэль укоризненно посмотрела на брата:
— Она же человек, Линмэ. Ей нужен сон.
— И ей нечего делать при нашем разговоре, — заявил вошедший следом Хаэтеллио.
Райга поймала его уничижительный взгляд и отвернулась. Эльфийка оказалась рядом, коснулась головы девушки в жесте утешения и сказала:
— Силлириниэль проводит тебя в комнату.
Служанка в этот момент появилась на пороге и низко поклонилась присутствующим. Райга встала, отвесила подобающий поклон и пробормотала длинное официальное прощание. Линмэритэль и король одновременно благосклонно кивнули в ответ, и девушка покинула кабинет. Подозрительный взгляд Хаэтеллио сверлил ей спину, пока она шла к двери.
Сил проводила ее в комнату и ушла. Райга торопливо скинула хьяллэ и подошла к зеркалу. На плече были едва видны голубые линии рисунка, который изображал спящего лиса с пылающим хвостом. Подумав, Райга решила сдержать обещание и никому не рассказывать о том, что подарили ей тройняшки.
Проснулась она к обеду. Пока Сил заплетала ей волосы, на пороге появилась Линьериссиэль. Губы эльфийки были плотно сжаты, неизменный веер она сжимала в руках так, что костяшки пальцев побелели. Она испепелила Райгу взглядом и спросила:
— Что тебе дали мои дети?
Райга удивлённо воззрилась на неё и ответила:
— Ничего.
Расчёска в руках Сил на мгновение дрогнула. Несколько мгновений Линьериссиэль наблюдала за тем, как служанка заплетает Райге вторую косу, а затем скривилась:
— Возишься с человеком. Вон отсюда.
Служанка отложила расчёску, поклонилась и ушла.
Райга осталась одна в комнате с разъярённой эльфийкой. Та начала обходить девушку по кругу, не отрывая настороженного взгляда. Райга получше запахнула хьяллэ и спросила:
— Что-то случилось?
Линьериссиэль медленно выдохнула и распахнула веер. Райга каким-то образом понимала, что эльфийка изо всех сил старается усмирить свой пламенный темперамент. Прикрыв глаза, девушка наблюдала, как замедляются колебания в чужом пламенном источнике. Какое-то время эльфийка смотрела на Райгу поверх раскрытого веера, а затем спросила уже спокойнее:
— Давай еще раз. Мои дети тебе ничего не давали?
Райга отрицательно мотнула головой. При этом ей даже не пришлось кривить душой. Линьериссиэль использовала вопросительное слово, которым эльфы обозначали предметы, а не магию. А никаких предметов тройняшки ей не давали. Эльфийка нахмурилась:
— Уже хорошо. А если бы они не попадали в неприятности из-за тебя, было бы еще лучше.
От очередной тирады Райгу спасло появление наставника. Магистр Лин распахнул дверь, широким шагом вошел в комнату и встал за спиной ученицы.
— Что происходит? — холодно спросил эльф.
— Уже ничего, — равнодушно ответила его родственница и развернулась, чтобы уйти.
Но магистр Лин окликнул ее:
— Ньери.
Та нехотя оглянулась и посмотрела на него из-за веера. Когда наставник заговорил, в его голосе звучал могильный холод:
— Пожалуйста, не пугай больше ни мою ученицу, ни мою прислугу.
Эльфийка молча поклонилась и вышла, снова сжимая веер в руках.
Райга задумчиво посмотрела ей вслед. Магистр Лин опустил ладонь ей на голову и бесстрастно сказал:
— Прости ее.
Райга осторожно отвела его руку в сторону и спросила:
— Не стоит за них извиняться. Они меня не любят. Я знаю.
Эльф опустился в соседнее кресло и покачал головой:
— Ньери не тебя не любит. Она людей не любит.
— Да уж, если это ее истинное отношение ко мне, то она каждое мое появление здесь проявляет чудеса дипломатии, — поежилась Райга. — Даже удивительно, что ее дети относятся ко мне нормально.
— Потому что дети, — серьезно ответил эльф. — Шестьдесят лет и шестьсот — огромная разница. А сейчас ее сын потерял личный амулет, который дается при рождении. Поэтому Линьериссиэль рвет и мечет. Под руку сегодня ей лучше не попадаться.
— Она младше вас на семьдесят шесть лет? — заинтересованно спросила Райга.
— Нет, старше на пять или семь, — немного удивленно ответил магистр. — По меркам эльфов мы одногодки. И не помню, чтобы я тебе что-либо говорил про свой возраст.
— Ллавен сказал, — с опаской призналась Райга.
Она тут же вспомнила ночной разговор с королем, взгляд Хаэтеллио, и попросила:
— Можно мне вернуться в Алый замок на обед?
— Я думал, тебе здесь нравится, — с непроницаемым лицом сказал наставник.
— Нравится, — ответила Райга. — Но сидеть за одним столом с разгневанной лайе Линьериссиэль и хлайе Хаэтеллио — это перебор.
Эльф вскинул бровь
— И с Хаэтеллио ты уже встречалась. Он сказал тебе что-то неприятное?
Райга отвернулась и тихо сказала:
— Нет. Все в порядке. Но сейчас я хочу домой.
Отказывать ей наставник не стал. Райга ожидала, что эльф откроет ей портал и уйдет, но тот вернулся вместе с ней и ушел в библиотеку. А Пламенная отправилась с друзьями школьную столовую.
Когда они вернулись в гостиную после обеда, Райтон красноречиво поднял книгу, оставленную Райгой на столе вчера и спросил:
— Древнеэльфийский?
Девушка первая опустилась на подушку за низким столиком и сказала:
— А что?
— Нет, ничего, — пожал плечами принц и сел напротив.
Миран упал за стол рядом с ним и саркастично фыркнул:
— Очень полезный язык.
Магистр Лин вошел в гостиную, сел за стол рядом с Райгой и выложил очень старую пожелтевшую карту.
— Земли за Харнаром? — заинтересованно спросил принц.
Наставник коротко кивнул и сказал:
— Итак, нас ждут земли орков. Зима — не лучшее время для того, чтобы отправиться туда, но летом нас, с большей вероятностью, будут интересовать Равия или Кеубиран, так что выхода не остается. Какие проблемы встают перед нами в этом путешествии?