Танкист-2 (СИ)

Однако, похоже скучать им осталось недолго. Вдоль реки траншеи и ходы сообщения. Армия готовится дать бой на этом водном рубеже. Во многих местах видно, как продолжаются земляные работы. И всюду военная форма.
Окончательно убедившись в том, что теперь находится на территории контролируемой своими, Виктор приказал остановиться, и организовать прием пищи. А после непродолжительного привала, и переговоров с командованием, вновь продолжил движение.
— Здорово, бродяга! — облапил его командир роты.
Так уж вышло, что с начала битвы за Шанхай они ни разу и не встретились. Все общение сводилось только к радиопереговорам. Хотя, порой и находились поблизости друг от друга, нередко на соседних улицах. А пару раз и вовсе вели совместный бой, видя машины друг друга. Но только и всего.
— Здравия желаю, товарищ капитан, — Виктор не стал проявлять свою радость столь бурно, и не ответил на объятия.
Нет, он конечно же рад. И выражал это всем своим видом, лучась искренней улыбкой. Просто посчитал, что фамильярность тут не к месту. Начальнику подобное проявлять можно, подчиненному все же лучше быть посдержанней. Такой подход позволит впредь не допустить ошибку, и не нарушить субординацию. Не его выводы, а добрый совет одного послужившего унтера.
— Кстати, Виктор Антипович, а ведь я отправил на тебя представление, о награждении Георгием.
— Думаете получится. Мы же чэвэкашники.
— И что с того? Сам знаешь, что это только с формальной точки зрения. Так что, коли дырку.
— Так может и звание дадут? — с надеждой поинтересовался Нестеров.
— А вот тут, боюсь, ничего не получится.
— Отчего так?
— Причина все та же. Не созрел. Понимаю, что после всего этого и созданного тобой взвода, звучит глупо. Н-но… — капитан развел руками.
— Ладно. Созрею еще, — отмахнулся Виктор, хотя в душе было обидно.
С какого перепуга, спрашивается! Ведь от ротного тут ничего не зависело. Наверное от того, что все же понимал правоту его слов. Грамотно командовать взводом в бою может и хороший унтер. Но не всякий хороший унтер может быть офицером. С другой стороны, у Виктора за плечами высшее образование. И вот в этом разрезе уже обидно.
— Что дальше? — спросил он у капитана.
— А дальше, перецепляй свой прицеп к танкетке, личный состав к нам на броню, а сам передовым дозором. Вот, смори. Двигаемся по этому маршруту, — достав свой планшет с картой, начал пояснять ротный.
— Это получается к оборонительной линии Уфу.
— Так и есть. Ее сейчас активно занимают резервы из гарнизона Нанкина, две дивизии сформированные и кое-как подготовленные на базе нашей компании. Ну и два мобильных, мотопехотных батальона, и при поддержке танковой роты «троек» каждый. Григорьеву все же удалось убедить Чан Кайши, что необходимо подстраховаться на случай разгрома войск в Шанхае.
— На случай? Да это уже практически свершившийся факт. Нужно отводить войска из города.
— Чан Кайши все еще надеется, что ему удастся привлечь к конфликту внимание девяти держав, обязавшихся гарантировать территориальную целостность Китая.
— Думаете они впрягутся?
— Чушь. Но Чан Кайши в это верит. На складах Сыхан, на границе с международным сеттльментом оставлен батальон, с приказом держаться до последней возможности. На реке Сучжоухэ готовятся позиции, что ты мог наблюдать. Он намерен держаться здесь до последней возможности.
— Но мы уходим? — поинтересовался Виктор.
— Мы уходим. Григорьев убедил, Чан Кайши, что наши танки уже на пределе, и могут в любой момент попросту встать, — подтвердил капитан.
— А мои люди?
— Я же сказал, что беру их к себе на броню. Они входят в штат вновь сформированной дивизии. Все нормально Виктор Антипович. Мы своих не бросаем.
— Тогда я пойду?
— Не затягивай с выездом.
— Есть.
На организационные моменты ему потребовалось всего-то пять минут. После чего, его многострадальная «тройка» рыкнула двигателем, и устало покатила по дороге. Теперь он уже не командир штурмового взвода усиленного танком, а вновь командир разведвзвода. А значит, пора возвращаться к своим непосредственным обязанностям.
 
Конец