Будь моей игрушкой
— Проходите, юная леди, не стесняйтесь. На что жалуетесь? Она выдохнула и решительно закрыла дверь. Все равно с реакцией на Раума надо что-то делать. Если демон использовал какой-то афродизиак, она должна знать об этом. Чтобы иметь возможность себя защитить.
— Я хочу гарантию, что все, что здесь прозвучит, не покинет пределы клиники, — произнесла Дженни, усаживаясь напротив целителя и протягивая ему выписку из своей медицинской карты.
Должно быть, фраза прозвучала резковато, потому что на лице оборотня мелькнула обида.
— Пункт о неразглашении вписан в контракт, — сухо сказал он.
— Разумеется, если вы совершеннолетняя, и речь не идет о нарушении закона.
Дженни облегченно выдохнула.
— Нет, никакого нарушения. Простите… Мне важно, чтобы родные не узнали, что я здесь.
— Мы делаем тесты на отцовство, предоставляем донорский репродуктивный материал, наблюдаем тайные беременности, и ни одна клиентка пока не имела оснований жаловаться на разглашение конфиденциальной информации, — он с намеком посмотрел на Дженни. — Кроме того, у нас лучшие специалисты по прерыванию нежелательных беременностей в округе. Процент осложнений рекордно низкий по сравнению с другими клиниками.
Она вспыхнула.
— Нет, вы все не так поняли! Мне не нужен аборт! Целитель доброжелательно кивнул — Рассказывайте.
— Я просто… Ну… Я странно реагирую на одного мужчину… — это прозвучало как-то не так. Неправильно. Словно Дженни не описывала врачу симптомы болезни, а жаловалась Вэл за баночкой пива.
Ее собеседник заметно поскучнел.
— Это не по моему профилю, девушка. Вам нужно к мозгоправу.
— Нет, подождите! — она умоляюще вскинула руки. — Это не то! Я совсем не могу себя контролировать, хотя он мне отвратителен… — тут она сбилась и смутилась — все-таки «отвратителен» слишком сильное слово, именно отвращения Раум ей никогда не внушал. Разве что злил, раздражал, заставлял себя опасаться.
Дженни помотала головой, выпрямилась и твердо закончила, глядя в глаза целителю: — Мне кажется, он чем-то воздействует! Может, ментальная магия. Или какие-нибудь духи с феромонами! На лице специалиста по прежнему был написан крайний скепсис.
— Вы давали ему присягу на крови? — Н-н-нет.
— Тогда ментальное воздействие исключено. Грубый взлом сознания невозможно произвести совершенно незаметно, юная леди. А духи с феромонами — чушь. Не больше, чем миф.
— Я не знаю, что он со мной делает, — со злостью сказала Дженни. — Но мне это не нравится. И вы должны выяснить, что происходит. Вы специалист? Если да, то не имеете права так просто отмахиваться от моих проблем. В конце концов, я плачу вам деньги… Целитель снисходительно улыбнулся.
— Милая леди, именно ваши деньги я и пытаюсь сэкономить.
Медицина — это серьезная магическая дисциплина, не надо превращать ее… — Вы хоть историю болезни мои прочтите, — перебила его Дженни, уже не пытаясь быть вежливой.
Удивительно, но сработало. Целитель уткнулся носом в выписку. Несколько минут молчания, а потом изумленный выдох.
— Вы из клана Маккензи? — Да. Полукровка.
— Это многое объясняет, — он больше не выглядел снисходительным. Теперь мужчина щурился, меряя ее пристальным взглядом. — Должен попросить прощения. Ваша внешность… — Все в порядке, — резче, чем стоило бы, оборвала его Дженни. — Я привыкла, что моя внешность вводит в заблуждение. Но я волчица. По крайней мере наполовину.
Он кивнул.
— Думаю, я знаю, в чем причина вашей проблемы. И да — вы пришли по адресу.
Внутри что-то тоскливо сжалось. Значит, она была права. Ди Форкалонен воздействовал на нее каким-то образом. Наверное так, как можно действовать только на оборотней… — С-с-скотина! Я так и знала! — Дженни стиснула кулаки.
— Нет, ваш молодой человек здесь не при чем, — отмел целитель ее инсинуации. — Но давайте не будем торопиться.
Сейчас вы сдадите анализ на гормональный статус. Если результат окажется положительным, я расскажу вам, что происходит и что с этим нужно делать.
— Да что со мной?! Пожалуйста! Я же теперь не засну! — взмолилась девушка, но целитель только покачал головой.
— Мы не ставим диагнозов без анализов — это не моя прихоть, а правило клиники! В прошлом году в «Империал Госпиталь» мой коллега имел неосторожность огласить свои догадки пациенту, который так впечатлился ими, что не нашел ничего лучше, чем покончить с собой. Когда провели эксгумацию и предварительный диагноз не подтвердился, родственники погибшего отсудили у госпиталя сумму с шестью нулями. Так что никаких непроверенных предположений. Приезжайте на следующей неделе, когда у меня на руках будут результаты.
*** Вместо того, чтобы вызвать такси сразу к входу в клинику, Дженни решила пройтись. На душе было неспокойно, даже муторно. Визит к целителю разбудил какие-то глубинные страхи, а его нежелание хотя бы намекнуть, что с ней происходит, заставляло нервничать еще сильнее.
И небо было под стать настроению — стремительно темнеющее, в обрывках свинцовых туч. Воздух пах влагой и морем. Ветер налетал, толкал в спину, в бок, дергал за полы плаща.
«Кажется, собирается дождь», — меланхолично подумала девушка.
Дождь Дженни любила. Было в неспешных прогулках под падающими с неба каплями что-то умиротворяющее. Кроме того, она прихватила с собой зонтик, и совершенно не боялась вымокнуть. Поэтому девушка только подняла воротник плаща повыше и решительным шагом направилась в сторону от центра.
Несмотря на то, что время едва приближалось к трем часам пополудни, из-за туч на улицах было сумрачно. Ей не встретилось других прохожих, как бывало в погожие деньки, только редкие автомобили пролетали мимо, выхватывая фарами в окружающем пейзаже то крыльцо с кованными перилами, то обветшалую вывеску скобяной лавки.
А потом ветер задул равномерно и сильно, где-то вдали сверкнула вспышка — белая, с прозеленью. И в небесах громыхнуло.
«Начинается», — подумала Дженни, раскрывая зонтик.
И действительно началось.
Разверзлись хляби небесные, выпуская бурные потоки, ледяные водопады. По асфальту, брусчатке потекли полноводные реки. Мгновенно стемнело, словно ночь упала на город, обняла его своими иссиня-черными крыльями, и только в небесах грохотала и вспыхивала ослепляющими разрядами суровая осенняя гроза.
Ветер, до этого дувший в спину, вдруг коварно сменил направление, набросился спереди, рванул из рук зонтик, ломая тонкие спицы. Дженни возмущенно взвизгнула, чувствуя, как плащ и платье под ним неудержимо промокают. Она за озиралась в поисках хоть какого-то укрытия, увидела в конце улицы крыльцо, со слабо светящейся над ним вывеской и помчалась со всех ног к нему.
До убежища было недалеко, но за те несколько минут, что она бежала, девушка умудрилась вымокнуть до белья. Она влетела на крыльцо, дернула на себя дверь и ввалилась внутрь.