Будь моей парой

- Я бы тоже хотела наблюдаться у вас, доктор. Но у меня нет денег на регулярные консультации. И я не хочу просить у Раума.
- Хотите я сам с ним поговорю, - предложил доктор.
Она вздрогнула.
- И вы расскажите...
- Нет, конечно. Просто скажу, что ваше состояние внушает тревогу и желательно, чтобы вы периодически проходили повторные обследования.
Дженни облегченно выдохнула. От благодарности даже в глазах защипало. Как же ей все-таки повезло, что она пошла именно к Мактуллу!
- Спасибо, доктор, - искренне произнесла девушка. - Я ваша должница.
 
    
ГЛАВА 23
Неожиданно обнаружившимся минусом положения любовницы оказалась зависть. Зависть следовала за Дженни по пятам из аудитории в аудиторию, косилась с неприязнью, маскировалась под осуждение, звучала в презрительных шепотках за спиной.
Впервые девушка столкнулась с ее проявлениями уже на следующий день после злосчастного поцелуя в холле, когда вошла в общую поточную аудиторию факультета, где должен был состояться коллоквиум по трехмерным плетениям. Все разговоры внезапно смолкли и сотня пар глаз повернулись в сторону девушки. На нее пялились с таки любопытством, словно у Дженни внезапно выросла вторая голова.
Быстро слухи разносятся.
Дженни раздраженно передернула плечами.
- Ну?! - с вызовом спросила она. - Чего смотрим?
Вчерашний засос уже исчез, но сволочной демон, когда высаживал ее на парковке, не забыл поставить новый - почти на том же месте. И, как назло, в аптеку за регенератором до начала пары Дженни никак не успевала, а прихватить шарфик снова не додумалась. Можно было заклеить след от метки Раума пластырем, но это выглядело бы совсем жалко. Словно признание, что она стыдится своего положения любовницы, но не в силах изменить ситуацию.
Может, оно и так, однако сплетникам о том знать совершенно необязательно.
Невольно вспомнилось сколько гадостей и грязных слухов она слышала в адрес Вэл за прошлый год из-за связи той с Арманом. Самой Дженни тоже тогда досталось - за то, что она не отвернулась от сильфы и не желала ее осуждать. Что же: она теперь скомпрометирована не меньше.
Девушка вздернула голову, выпрямила плечи и, всем своим видом демонстрируя насколько ей плевать на слухи и перешептывания, проследовала к месту на первом ряду. Пусть пялятся, если им заняться нечем.
А уже на следующей перемене ее осадили знакомые и незнакомые девчонки, которым жизненно нужно было знать "что у нее с САМИМ Раумом ди Форкалоненом". Девицы жадно рассматривали ее новое платье от Трусарди, сумочку, туфли - все баснословно дорогое и брендовое, а в тоне, которым они задавали вопросы, Дженни с удивлением услышала неприкрытую ревность.
- Мы встречаемся, - сказала она, не вдаваясь в детали. - Я его девушка.
Разумеется, сплетницам хотелось знать подробности, но Дженни не готова была ими делиться, за что ее тут же заклеймили высокомерной гордячкой.
Если Вэл осуждали с оттенком снисходительного превосходства и даже жалостью, то Дженни завидовали. И нельзя сказать, что это было приятнее. Неплохие и вроде бы порядочные девчонки, с которыми еще вчера Дженни с удовольствием общалась, теперь сторонились ее или реагировали на любые самые невинные слова с болезненной обидой. А когда Дженни отказалась раскрыть секрет, как ей удалось подцепить такого потрясающего парня или познакомить девиц с другими демонами, даже упрекнули в том, что она "зазналась".
В тот же день когда Дженни заглянула в туалет между лекциями, следом за ней в помещение вошли еще четыре старшекурсницы. Две блокировали выход, а еще две направились наперерез девушке.
- Это ты та шалава, которая вешается на Раума ди Форкалонена? - презрительно оглядев ее, спросила белобрысая высокая и тощая девица модельной внешности, ощерив вампирские клыки. Лицо девицы показалось смутно знакомым. Дженни напряглась и припомнила, что видела ее в свите Раума.
Несмотря на свирепые лица всех четверых страха не было. Вспомнились три шакалихи в камере - вот там было страшно. Там можно было умереть или остаться калекой. А здесь, если и побьют, то несильно, а скорее дело закончится угрозами. Дженни упрямо вскинула подбородок и сощурила глаза. Необходимость смотреть на противницу снизу вверх раздражала.
- Я его ДЕВУШКА, - ответила она ровно. - Еще вопросы?
- Отвали от него, ты, блохастое недоразумение, - потребовала другая девица визгливым голосом. - Он наш!
В ответ на это заявление волчица в душе недовольно оскалилась и зарычала. Как это "наш"? Раум ее и только ее. Ее самец, ее мужчина, ее пара.
- А сам Раум об этом знает? - ехидно спросила Дженни, мысленно пиная волчицу, чтобы не лезла.
- Ты много о себе воображаешь, псина, - процедила вторая девица - смуглянка из племени джиннов.
- Да какая она псина? - съехидничала ее подружка. - Даже волки вышвырнули эту шлюшку!
Взгляды всех четверых опустились на руки Дженни, и девушка еле удержалась, чтобы не убрать их рефлекторно за спину. Перчатки Раум вчера купить не догадался, а заезжать с утра в магазин не было времени, поэтому клейма изгоя были отлично видны. Дополняли засос на шее.
- Слушай, ты, сучка хвостатая, - прорычала белобрысая, нависая над Дженни. - Или ты отлипаешь от Раума, или мы вымоем тебе голову в унитазе.
- А потом побреем, - хихикнула джинша, и в руке ее блеснула опасная бритва.
Ярость вспыхнула в крови. Волчица зарычала, призывая действовать - напасть первой, рвать зубами и когтями самок, осмелившихся посягнуть на ее мужа. Дженни медленно стиснула и разжала кулаки. Только отметки о драке в личном деле ей не хватало. Отличное дополнение к характеристике, именно о такой студентке мечтает Ветсфилдский колледж.
- Ну ок: макнете вы меня в унитаз, побреете, может даже порежете. А знаете, что будет дальше? - ровно спросила она, радуясь, что девицы все еще колеблются прежде, чем перейти к делу. Что еще возможно решить все словами.
- Дальше... - на лицах девица отразилось недоумение. Они переглянулись.
- Дальше об этом узнает Раум, - главное говорить терпеливо и спокойно. Как взрослый, который увещевает капризного ребенка. - Как вы думаете, что он с вами в ответ сделает?
Сама Дженни не смогла бы ответить на этот вопрос. Она плохо представляла границы мстительности своего любовника, но что-то подсказывало, что Раум ди Форкалонен не из тех, кто мягко пожурит и отпустит. Достаточно вспомнить его закаменевшее лицо, когда он говорил об Армане.
Девицы снова переглянулись. Очевидно, они знали эту сторону Раума куда лучше Дженни, потому что на их лицах сначала проступила задумчивость, а потом страх.
- Предлагаю сделку, - спокойно, но жестко закончила Дженни. - Мы сейчас расходимся. Вы меня больше не трогаете, а я ничего не говорю Рауму об этом эпизоде. Идет?