Будь моей судьбой

От такого неприкрытого наглого хамства Раум сперва опешил. А потом нехорошо сощурился и мысленно порадовался, что отослал Таисию перед началом этого разговора. Добренькая анхелос только помешала бы.
- Ты считаешь, что я могу только воздух сотрясать, девочка? - вкрадчиво спросил он.
Кари пожала плечами.
- Я независима от тебя финансово и не совершала преступлений. Тебе нечем на меня надавать. Вызывать тебя на дуэль я тоже не собираюсь. А если и вызову - для тебя она обернется позором в любом случае. Немного чести для демона победить слепую волчицу. Остаются откровенно криминальные варианты, но я не думаю, что ты на них пойдешь. Так что да: все, что ты можешь, это сотрясать воздух.
Раум восхитился этой незамутненной беззастенчивой наглости. Даже жалко стало развенчивать ее иллюзии.
Он откинулся в кресле, закинул ногу на ногу и неприятно улыбнулся.
- Ты не совершала преступлений и не зависишь от меня, верно. А можешь то же самое сказать о своих родных?
Кари вздрогнула. Еле уловимая тень пробежала по ее лицу, но девушка сразу взяла в себя в руки.
- Блефуешь, у тебя ничего нет!
- Проверим? - он оскалился и открыл папку, полученную чуть раньше от начальника службы безопасности. - Брайан Маккуин. Пьяный погром после университетского матча по регби в начале года. Условный срок. Было?
Девушка угрюмо промолчала.
- Месяц назад поножовщина в Арлеме. Трое пострадавших с травмами различной степени тяжести. Виновника так и не нашли, но, думаю, если показать спектрографию, его опознают.
Кари побледнела.
- Шакалы напали первыми… Я была с ним!
- Это неважно, - оборвал ее демон. - Они шакалы, причем двое - несовершеннолетние, а он волк. При этом на момент преступления на нем уже висел условный срок за дебош пьяных фанатов. Догадываешься, чем это грозит твоему братцу? - он дополнил свою речь выразительным жестом и тут же с досадой напомнил себе, что девушка не видит.
Неудобно как. Техника запугивания, на которой Раум выстраивал подобные переговоры, опиралась на взгляды, мимику и жесты. Все то, до чего слепой волчице нет никакого дела.
Впрочем, собранной информации должно было хватить и так. Девушка в кресле напротив теперь выглядела не столько самоуверенной, сколько растерянной.
- Или вот, - Раум перелистнул еще страницу. - Патрисия Дэвидсон, человек, пятьдесят пять лет. Чтобы обеспечить сына стартовым капиталом для начала бизнеса взяла кредит, под залог дома. Догадайся, кто выкупил поручительство… - он сделал паузу.
- При чем тут миссис Дэвидсон?! - не выдержала Кари.
- При том что твой ближний круг не ограничивается родными в Маррейстоуне. Есть еще малахольный аспирант и другие люди, которые тебе дороги, - голос Раума звучал бесстрастно и жестко. - И ты все еще веришь, что у меня нет никаких рычагов давления, детка? Подумай еще раз. И расскажи мне, где сейчас Джен.
Слепая волчица поникла.
- Зачем она тебе? - выдавила она. - Ты ведь ее бросил.
- Если спрашиваю, значит, надо, - отрезал Раум. - Ну! Где Джен?!
Кари покачала головой.
- Я не знаю. Мы расстались в академии, ей надо было на лекцию. Договорились встретиться вечером, но Дженни так и не пришла… Брайан писал ей по моей просьбе, но ее постограф выключен. Я собиралась зайти к ней сегодня в общежитие…
- Думаешь, я постесняюсь пустить в ход все, что нашел на твоих близких?
Она скривилась.
- Уверена, что не постесняешься. Ты даже хуже, чем я представляла. Неудивительно, что Дженни сбежала, лишь бы быть подальше от тебя.
- Она не сбежала, - сквозь зубы процедил Раум, сам удивляясь, что пускается в разъяснения перед этой стервой. - Она пропала. И я чувствую… то есть думаю, что Джен в беде.
Слепая волчица резко переменилась в лице.
- Думаешь или чувствуешь? - напряженно спросила она.
- Чувствую, - после неловкой заминки признался демон.
Болезненное ощущение тревоги накрыло его еще по дороге в академию, до известия о пропаже девушки, и усиливалось с каждым часом. Он провел бессонную ночь, изучая все доступные материалы по жизни Дженнифер и поминутно проверяя нет ли новых сообщений.
Их не было. Девушка не объявлялась ни в общежитии, ни в домике миссис Дэвидсон. Она не брала билет на поезд, не появлялась в Синих горах у матери. Она… как будто растворилась в воздухе в районе складов, где ее упустил этот идиот Джерри.
Раум скрипнул зубами и пообещал себе, что напишет лопоухому стажеру в увольнительной такую характеристику, что его не возьмут даже в уборщики.
Все это он в нескольких скупых фразах изложил Кари Маккуин. Нет, не потому, что хотелось с кем-то поделиться. Демон привык решать свои проблемы самостоятельно, и не нуждался в утешениях от наглой девицы. Но чутье подсказывало, что добровольно Кари расскажет куда больше, чем под давлением. Слепая волчица оказалась крепким орешком.
К неприятному удивлению демона, подружку Дженни куда больше заинтересовали его страхи, чем факты.
- Говоришь, сильное предчувствие? Такое, что места не находишь от тревоги?
- Угу.
- Плохо. Очень плохо.
- Почему?
На лице собеседница отразилась короткая борьба, а потом Кари встряхнула головой.
- Дженни проклянет меня за то, что я тебе сказала, но речь идет о ее безопасности, и я не могу молчать. Ты должен знать.
- Знать что? - напряженно переспросил Раум, едва сдерживаясь, чтобы не заорать на нее: “Говори быстрее!”
- Что ты ее пара.
    
Глава 37
Утро, которое начинается с голоса доктора-маньяка - скверное утро. Особенно если вчера ты полночи не спала, работая над планом побега.
- Просыпайтесь, Дженнифер. Я принес вам завтрак.
Дженни зевнула и подошла к двери. Уж что-что, а устраивать голодовку она точно не собиралась. Вчерашний поднос с грязной посудой уже был убран и на его месте стоял новый - с яичницей и гренками.
Но едва Дженни потянулась к нему, как замок щелкнул, и дверь приоткрылась.
- Скверная девчонка, - сказал Мактулл, строго глядя на свою пленницу. - Немедленно верни вилку.
Мысленно Дженни отвесила себе оплеуху. Надо было догадаться, что доктор следит за количеством приборов.
И раз уж у нее вчера появился реальный шанс сбежать, глупо привлекать внимание маньяка. Пусть лучше думает, что она смирилась, отчаялась.
- Простите, - она заискивающе улыбнулась. - Забыла. Вот.
Бесполезная вилка из мягкого металла перекочевала к доктору.