Письма
– Нет, ничего.
Смотреть на еду было тошно, и он ушел из столовой проверять посты. И сам не заметил, как оказался у офицерского корпуса. Постоял под заветной дверью и оставил простейший маячок. Если Кари решится покинуть свое жилище, он будет знать об этом.
Совесть вяло шевельнулась, протестуя – мол, так нельзя. А как же доверие, свобода? Но Чарли удачно заглушил ее голос, напомнив себе, что девушка не видит, а на базе полно опасного магического оружия. Да и порталы, бывает, раскрываются совсем рядом. Мало ли что может случиться?
Правильно сделал, как оказалось. Сигналка сработала ночью, когда он, отчаявшись заснуть, изучал объяснительную интенданта по поводу пропавших со склада двух тонн муки и десяти бочек сала.
Мгновенно забыв и про муку, и про сало Чарли схватил шинель и выскочил на улицу, кляня себя за то, что не догадался повесить следящие чары на саму девушку. Где теперь ее искать?
Но искать не потребовалось.
Она стояла на краю плаца и зачарованно смотрела на небо. Словно тоже видела пламенеющий высоко над землей зеленый огонь. Снежинки медленно опускались на волосы, оседали на шерстинках мехового воротника. Красивая и недоступная, как огни северного сияния. Чужая. Его.
Лучший момент для того чтобы объясниться. Рассказать, что он думал о ней все эти три года, что жил воспоминаниями о ней.
Только бы не наделать ошибок. Не оттолкнуть ее снова. Третьего шанса уже не будет.
Чарли, сглотнул и шагнул к ней.
ГЛАВА 9Луна – солнце мертвых, днем оно сокрыто от глаз обычных людей.
Но не для шамана-оборотня. Кари видела ее всегда. Белый круг в небесах, рождающий в душе странную тоску. Магия, таившаяся в ночном светиле манила, вопрошала, обещала. Зов, который дано услышать только волку.
Но сейчас Луны не было видно, ее почти полностью закрывала корона, словно сотканная из языков бледно-зеленого пламени. Огромная, во все небо. Высоко и очень-очень далеко.
И небо плакало, истекая силой. Мерцающие зеленью искорки, несущие в себе частички нездешнего света, медленно спускались на землю. Одна коснулась губ Кари и растаяла, оставив после себя только привкус магии…
– Не спится, госпожа Маккуин, – голос Чарльза вырвал ее из благоговейного созерцания. Отчего-то Кари даже не удивилась, что он тоже не спит. Только порадовалась, что судьба привела сюда именно ее волка, а не какого-нибудь случайного офицера.
– Да… проснулась.
– Вы пропустили ужин.
– Очень устала с дороги, – она улыбнулась, набираясь смелости. – Чарльз… послушай… Может, лучше на “ты”? Как раньше?
Она напряглась, ожидая его ответа, как приговора.
– Конечно, Кари, – он согласился так легко, словно только и ждал этого робкого предложения. Ей даже показалось, что Чарльз обрадовался. – Я не был уверен, что ты этого хочешь, поэтому решил не напоминать тебе о прошлом.
Он стал совсем близко, заполняя пространство вокруг собой – своей надежностью, спокойствием, своим запахом. Кари показалось, что огненные бабочки в воздухе затанцевали быстрее.
– Если хочешь, я устрою тебе экскурсию по базе.
– Хочу, – горячо откликнулась она, мечтая продлить эти волшебные мгновения. Готовая пойти куда угодно, лишь бы с ним.
Оборотень взял ее под руку и повел сквозь танцующие стихийные порождения магии. Кари чувствовала, как они касаются ее лица, волос и снова недоумевала – как никто не замечает их присутствия? Не замечает, безумия в небесах, и частички чуждой силы, выпавшие на землю вместе со снегом.
– Это плац. Не очень большой – двадцать две тысячи квадратных футов. Здесь мы проводим учения, натаскиваем новичков. Площать выложена камнем с разметкой для построений…
Это было куда лучше, чем с Бриджит. Ассистентка щебетала обо всем на свете, часто отвлекаясь на совершенно неинтересные для Кари подробности, Чарльз именно рассказывал, стараясь скрупулезно воссоздать для нее облик окружающего пространства в мельчайших деталях.
А еще он поддерживал ее на скользких участках. Мимоходом снабжал свой рассказ забавными историями из жизни базы. Предупреждал обо всех неожиданностях.
– Осторожно, ступеньки. Мы спускаемся к солдатским казармам.
Волчица поскользнулась, ойкнула и вцепилась в его плечо, чтобы удержаться. Чарльз в ответ обнял ее. На мгновение они замерли.
Он вырос или ей это только кажется? В плечах точно стал шире. Ее жених и раньше не походил на задохлика, но нынешний Чарльз отличался от прежнего, как годовалый волчонок от матерого зверя.
– Аккуратней, – сказал оборотень, и Кари показалось, что в его голосе прозвучала не только забота, но и нежность. – Лучше держись за меня. Честное слово, я тебя не съем.
– Я и не думаю, что съешь, – прошептала Кари.
Руку с ее талии Чарльз так и не убрал, но это не вызвало ни малейших возражений в ее душе. Так хорошо было идти с ним в обнимку по спящей базе через падающий снег. И только танец зеленого огня отвлекал, маячил, назойливо притягивал взгляд. Кари пыталась забыть о странном явлении, но чем больше она старалась, тем чаще возвращалась к буйству магии над миром.
– Что происходит? – в конце-концов не выдержала волчица.
– Происходит?
– Небо… В нем есть что-то особенное?
– Да. Сейчас над нами северное сияние – Аврора Бореалис. Похоже на зеленый костер в небесах. Он бросает отсветы, и снег тоже кажется зеленым. Как будто другой мир – красиво и немного жутко.
– Я его вижу… – благоговейно пробормотала Кари. Она остановилась и запрокинула голову навстречу плачущему зеленью небу. – Я вижу то же, что и остальные!
Чарльз тоже остановился. Замер рядом – далекий и близкий, родной и чужой.
– А еще что-нибудь видишь? – напряженно спросил он. – Меня? Казармы?
– Нет… – волчица покачала головой. – Я вижу только энергию, Чарльз. Магию, чары. Это мой дар шамана. Тетка Ванда хотела, чтобы я осталась в племени и заняла ее место.
– Но ты не любишь, когда решают за тебя, и не терпишь принуждения, – откликнулся он. – Я помню.
Она чуть покраснела, вспомнив их последний разговор и все ужасные слова, которые она ему наговорила.
– Прости. Я не должна была… Ты совсем не такой.
– Да нет, тогда я был именно таким, – он усмехнулся. – Ты все правильно сказала. Но я изменился, – последние слова он выдохнул ей на ухо. Сладкая дрожь пробежала по телу, и внезапно несмотря на пронизывающий холод стало жарко.
– Изменился… – эхом откликнулась она.
Чарльз вдруг остановился, резко шагнул к ней, нависая, заслоняя назойливую зелень в небе своей полыхающей аурой.
– Кари… – он произнес ее имя с нежностью, словно лаская каждую букву, и волчица растерялась. – Послушай, Кари…