Осколки Нашей Реальности
– Жду вас послезавтра вечером, мой милый монарх!
26
Точка невозвратаВ шесть вечера подали ужин, и Моника, весь день просидевшая в лаборатории за работой и под пристальным наблюдением Саши, успевавшего одновременно делать записи в большом блокноте и печатать на ноутбуке, наконец-то смогла расслабиться. Джоан подкатила тележку с подносами к свободному столу в уголке лаборатории и поставила на него тарелку с гавайскими тостами – запеченными ломтиками хлеба с вареной ветчиной, ананасом и расплавленным сыром; затем картофельный салат, пасту с маринованными помидорами и красным перцем, корзинку с хлебом фолькорнброт из цельнозерновой муки, графин с виноградным соком и два стакана.
– Ваше Высочество, ужин, – мягко напомнила Джоан.
– Сейчас… – Не поднимая взгляда, он продолжал что-то активно записывать в блокнот, а затем замер, бросил ручку, откинулся на спинку кресла и глубоко вздохнул.
«Снова в тупике», – заключила Джоан и вышла из лаборатории.
Моника отложила чертежи и села за стол.
– Какие интересные тосты! – Она подхватила один из них, но тут же отдернула руку. – Еще горячие.
– Приятного аппетита. – Саша вновь даже не оглянулся. Моника видела его со спины, но была уверена, что на его усталом лице застыла печать разочарования и досады.
– Спасибо. Вам тоже следует поесть. – Моника придвинула к себе тарелку с пастой и взяла вилку. – Мне, к примеру, на голодный желудок всегда тяжело думается, и я в итоге ничего путного выдать не могу.
– Это заметно.
Он отодвинулся от стола вместе с креслом на колесиках, встал и подошел к столу с панелью, над которой повисла голубая объемная модель горгона.
Моника уже боялась о чем-то спрашивать. С Сашей ей было очень некомфортно, но она понимала, что пока не заслужила к себе отношения лучше, и потому не держала на него зла и не испытывала обиды.
– Над чем вы работаете? – все же решилась спросить она.
– Вам это вряд ли поможет в работе.
Наконец он подошел к столу, осмотрел составляющие ужина с забавным недоверием, сел на свой стул и налил себе сок.
– Возможно, я могла бы вам помочь.
Он ухмыльнулся, глядя в пустоту.
– С чего бы, мисс Хьюз? Уже почти пятьдесят лет как вирус мучает людей, а никто и близко не подобрался к созданию вакцины.
– Ах вот оно что. – Моника закончила с пастой и отставила тарелку. – Не получается найти антиген?
– Как и у тысяч других ученых. Есть абсолютно все элементы, кроме антигена, а брать его неоткуда, потому что еще никому не удалось определить болезнетворный микроорганизм. По этой же причине нельзя определить, в ком он есть и кто действительно нуждается в вакцине, потому что тем, кто уже болен, не имеет смысла его вводить.
– За пятьдесят лет уже все друг от друга заразились. И мы знаем только то, что он влияет исключительно на мужчин.
– Исторически сложилось так, что мужской организм слабее женского. Женщины как минимум носительницы этого вируса, хоть он на них и не влияет. Хотя вам, родственнице создательницы вируса, лучше знать. – Саша откусила от гавайского тоста, все так же смотря куда-то в сторону. – Я добыл важный для вакцины компонент, но без антигена он бессмысленен. У вас есть какие-нибудь предположения, как вычислить вирус и как вашей… матери удалось скрыть его?
– Нет никаких идей. Все это похоже на какую-то магию.
– Если бы у меня был образец вируса. Сама жидкость, которую распылили… – В глазах Саши промелькнуло озарение. Он отложил тост и встал. – Точно. Должно же было сохраниться хоть что-то: колбы, пробирки или… Боже, почему я сразу не додумался, когда об этом рассказала Рейн? – Он устремился к своему столу и сел за ноутбук.
– О чем вы?
– Не берите в голову. Как поедите, возвращайтесь к работе.
– А вы не хотите доесть?
– Променять идею, которая может произвести переворот в медицине, на ужин? Да вы с ума сошли. Как вы вообще стали ученым с таким подходом?
– Я стала здоровым ученым, а вот вы выглядите неважно. Когда вы в последний раз хорошо спали?
– Сон отнимает много времени.
– Он восполняет энергию. Странно, что вы, гений, не понимаете таких очевидных вещей.
Он развернулся к ней в кресле.
– Странно то, что человек вроде вас создал горгонов, знает о ЗНР, зато ничегошеньки не знает о вирусе, который создала его родственница.
– И много раз вы будете мне об этом напоминать?
– Я лишь подчеркиваю этот момент, чтобы вы и сами поняли абсурдность этого факта.
– Да, я знаю о ЗНР. Любой уважающий себя ученый знает о нем, а некоторые даже о том, что случилось в бункере восемь лет назад и что вы – дитя ЗНР, как и Александр. – Моника вздрогнула и опустила виноватый взгляд.
– Так вы знаете о том взрыве?
– Разумеется. Говоря о тех, кто имеет доступ к ЗНР независимо от наличия пластины и компьютера, я имела в виду вас обоих. Вот только… Мистер Клюдер, осознаете ли вы последствия того взрыва и влияние излучения на вас? Александр был малышом, когда ему вживили чип, поэтому он, в целом, вырос здоровым.
– Что вы хотите сказать?
– ЗНР стало частью вас, когда вам было восемь, и он, как мне кажется, прижился плохо. Он, как вирус, засел в вас. Игнорирование лечения чревато… необратимыми последствиями. Я хочу сказать…
– Я понял. И, более того, знаю о последствиях. Получается, что чем старше был человек, получая облучение ЗНР…
– Тем хуже оно на него повлияет. И тем быстрее тот умрет. Вероятно, потому вы так плохо выглядите, мистер Клюдер. Говорю вам: вы нуждаетесь в отдыхе. Вам не вакциной нужно заниматься – оставьте это дело другим! – а собой.
– Я плохо выгляжу из-за двух месяцев пыток. В целом я чувствую себя хорошо.
– И поэтому у вас на тех столах искусственные органы, а одна из капсул пуста, потому что вы недавно пересаживали себе орган из нее, заменив настоящий? Дайте угадаю. Правое легкое. Я увидела в истории на панели того аппарата, похожего на аппарат МРТ, когда вы отлучались на минуту. Признайте наконец…
– Признаться? – Саша развел руками, вопросительно вскинул левую бровь и хлопнул себя по коленям, усмехнувшись так, что это больше походило на выдох. – Вы все сговорились, что ли? В последнее время от меня ждут каких-то признаний, и меня это, по правда говоря, достало. Простите, Моника, но уж вам я точно не позволю лезть туда, где вам нечего делать. – Он закрыл ноутбук и встал. – Вместо того чтобы впустую сотрясать воздух, займитесь делом. А мне пока нужно отойти. С вами посидит Джоан.
За дверью в покорном ожидании за книгой сидела Джоан. Услышав шаги в комнате принца, она отложила роман на кресло, встала и поправила юбку. Саша открыл дверь и кивнул в сторону комнаты, приглашая ее зайти, а когда она выполнила его просьбу, сказал: