Ковбой Бибоп. Предыстория Спайка и Вишеза: Реквием Красной планеты

– Это же бар.
Фирлес ухмыльнулся.
– Да иди ты!
– Что мы будем делать в баре?
– А ты как думаешь? – Фирлес направился в сторону красной двери и жестом поманил Беловолосого за собой. – Не волнуйся. Я был здесь миллион раз. Просто доверься мне.
* * *
Внутренний интерьер «Ушлой ящерицы», как и ее входная дверь, купался в темно-красном. Здешнее освещение изначально было создано для старых, еще земных лабораторий по проявке фотографий и придавало коже каждого посетителя ярко-красный оттенок. Воздух загустел от сигаретного дыма и едких испарений контрабандного спиртного, которое смешивали прямо в подсобке. Каким-то образом дышать здесь все равно было легче, чем на улице.
Беловолосый глаз не спускал с Фирлеса, который уверенно проталкивался сквозь толпу. Внутри было шумно. Местная клиентура представляла собой смесь из мошенников, отморозков и беженцев, которым удалось накопить достаточно вулонгов, чтобы купить себе выпивку. И никто в этом месте не ограничивался только одной порцией. Беловолосый пытался держаться уверенно. Окружавшие их взрослые незнакомцы, казалось, слегка удивлялись, когда видели перед собой двух подростков, но что-то подсказывало ему, что это было далеко не самое неожиданное, что тут можно было увидеть.
Фирлес уверенно подошел к стойке и позвал бармена. Беловолосый встал рядом с ним. Нервно оглядевшись, он поежился.
– Так сколько раз ты тут был? – прошептал он.
Фирлес на мгновение притворился, что подсчитывает в уме, затем ответил:
– Ноль.
– Что? Ты надо мной издеваешься?
– Бывал ли я в этом месте? Разумеется. Заходил ли я внутрь? Нет.
Глаза Беловолосого едва из орбит не вылезли.
– Нас могут посадить в тюрьму!
Фирлес рассмеялся:
– Не ссы! Копы не показываются в Восточном Тарсисе. Здесь практически Дикий Запад.
Их перепалку прервала барменша. У нее были копна ярко-зеленых волос и гораздо больше округлостей и самоуверенности, чем любой из их подростковых умов когда-либо видел – и, если уж на то пошло, мог полностью осознать.
Барменша оглядела избитое лицо Беловолосого и с любопытством выгнула бровь:
– Тяжелая ночь?
Фирлес ухмыльнулся.
– Ты даже половины не знаешь! – Он поднял два пальца. – Нам две порции чего-нибудь приличного.
Барменша сунула руку под стойку и вытащила из-под нее бутылку с желтой этикеткой, на которой красовался красный огнедышащий дракон. «Кудо».
– Мы подаем здесь только один напиток. Сами его делаем.
– Что это?
– Не могу сказать. Секретный рецепт. Но от этого у тебя на груди волосы вырастут. Гарантирую.
Беловолосый взглянул на Фирлеса. Мягко покачал головой, словно бы говоря: «Ни за что на свете мы не будем это пить!» Фирлес ухмыльнулся. Затем снова повернулся к зеленоволосой.
– Плесни на двоих.
– У вас двоих есть удостоверения личности?
Фирлес пожал плечами:
– А они нам нужны?
Барменша на мгновение задумалась.
– Ну хорошо. Я вас обслужу. Но если Рико спросит, я вас не видела. Сечешь?
Фирлес кивнул:
– Секу.
Когда барменша отвернулась, чтобы наполнить их стаканы, Беловолосый взволнованно схватил Фирлеса за руку:
– Кто такой Рико?
Фирлес пожал плечами:
– Мне-то откуда знать?
Фирлес полез в карман и вытащил толстую разноцветную пачку банкнот разного номинала. Вытянул из нее несколько купюр и положил на стойку. Беловолосый удивленно уставился на пачку.
– Твою ж мать! Сколько тут?
Фирлес покосился на пачку.
– Не знаю. Достаточно, я полагаю.
– Где ты взял столько наличных?
Фирлес вздохнул:
– Ямы. Богачи иногда суют их мне после схваток. Мои кровные, так сказать.
– Если ты уже заработал столько денег, почему ты еще сражаешься? – поразился Беловолосый. – Ты мог бы снять квартиру в городе или что-то в этом роде.
Фирлес на мгновение задумался, затем пожал плечами:
– Улицы – это единственная семья, которую я когда-либо знал. Наверное, я бы сильно по ней скучал.
Барменша поставила перед ними два бокала «Кудо». Затем огляделась по сторонам и понизила голос:
– Слушайте, вообще-то, это не положено, но… В общем, сегодня вечером я выступаю с частным шоу в задней комнате. Обычно входной билет стоит двести вулонгов. Но вам я готова предоставить выгодную скидку – по пятьдесят вулонгов с носа.
Фирлес без колебаний вытащил еще несколько купюр и выложил на стойку.
– Сдачу оставь себе.
Барменша подмигнула им и засунула деньги в декольте.
– Скоро увидимся, мальчики.
Беловолосый в благоговении уставился на Фирлеса, восхищенный его уверенностью.
Фирлес протянул ему один из бокалов.
– За новых друзей!
Беловолосый расплылся в улыбке.
– За новых друзей!
ДЗИНЬ!
Они чокнулись и опрокинули «Кудо» себе в глотки. И охнули, изо всех сил пытаясь удержать загадочное пойло внутри. Наконец обоим удалось его проглотить. Беловолосый вытер с губ остатки жидкости.
– На вкус как бензин.
Фирлес поморщился:
– Мне кажется, это он и был.
* * *
Беловолосый и Фирлес сидели в маленькой комнатке размером с фотобудку. Старая кожаная лавка, которую они делили, предназначалась для одного взрослого. Она давно растрескалась, из щелей лезла желтая поролоновая начинка. Перед ними было стеклянное окно, завешанное шторой. Беловолосый озадаченно повернулся к Фирлесу:
– Ты уверен, что мы правильно пришли?
Фирлес пожал плечами.
– Думаю, да. Либо здесь, либо в туалете.
ВЖУХ!
Штора взметнулась вверх. По другую сторону стекла оказалась маленькая комната, в которой не было ничего, кроме складного стула. На стуле сидела барменша, на которой не было ничего, кроме копны зеленых волос. Из установленного в углу одинокого динамика, потрескивая, полилась джазовая музыка. Барменша начала кружиться на складном стуле, исполняя соблазнительный танец, в котором не было ни ритма, ни гармонии.