Неизменная

Не утруждая себя проверкой того, не идет ли трансляция, она прицелилась парасолем и потянула за соответствующий лист лотоса, приводя в действие прерывающее магнитное поле. Миг, и все заглохло.
Тогда Алексия ворвалась в передающий отсек эфирографа.
Анжелика уже вставала из-за передатчика. Маленькие иглы, выбивающую искру, прекратили свое движение посреди трансляции. Горничная посмотрела прямо на леди Маккон и без малейшего промедления бросилась на нее.
Алексия уклонилась, но француженка явно не собиралась вступать в драку, она просто оттолкнула Алексию в сторону и выскочила из отсека. Леди Маккон ударилась спиной о какие-то приспособления в углу, потеряла равновесие и упала на пол, сильно ударившись боком.
Она забарахталась, путаясь в многочисленных юбках и турнюре и пытаясь подняться на ноги. Как только ей это удалось, она подскочила к ложу преобразователя и схватила металлическую пластинку. Только три четверти сообщения оказались прожжены насквозь. Достаточно ли этого? Успела ли она вовремя, остановив своим вторжением трансляцию, или вампиры уже обладают, возможно, самой опасной информацией как о запредельных, так и для них?
Проверять времени не было. Леди Маккон оттолкнула рамку, повернулась и бросилась за Анжеликой, убежденная, что теперь-то та постарается забрать мумию.
На этот раз она не ошиблась.
— Анжелика, стой!
Алексия увидела горничную с верхней лестничной площадки. Анжелика наполовину несла, наполовину волокла за собой труп давно умершего запредельного, направляясь вместе со своей кошмарной добычей вниз, к парадным дверям замка.
— Алексия, что происходит?
Это из своей комнаты вышла заплаканная мисс Хисселпенни с покрасневшим от слез лицом. Леди Маккон просунула парасоль сквозь перила красного дерева, направила его вниз, на горничную и выпустила парализующий дротик. Француженка извернулась и прикрылась мумией, будто щитом. Дротик воткнулся в морщинистую коричневую кожу, которой было уже несколько тысячелетий, и остался там торчать. Алексия сбежала еще на один пролет вниз.
Анжелика пристроила мумию на закорки, чтобы защититься от дротиков. Она двигалась не слишком быстро и довольно неуклюже: с древним трупом на спине особо не побегаешь.
Леди Маккон помедлила на очередной лестничной площадке и снова прицелилась.
Тут на линии прицела возникла мисс Хисселпенни. Стоя так, что у Алексии не было ни единого шанса выстрелить, она смотрела вниз, на Анжелику.
— Айви, уйди!
— Мамочки мои, Алексия, что с твоей горничной? Она, кажется, напялила мумию?
— Да разве ты не знала, что это последняя парижская мода? — ответила леди Маккон, а потом довольно грубо оттолкнула подругу в сторону.
Мисс Хисселпенни возмущенно пискнула.
Алексия прицелилась и выстрелила снова. На этот раз она совершенно промахнулась и выругалась. Придется ей потренироваться в стрельбе по мишеням, если она намерена и дальше работать в той же сфере, что и сейчас. Боезапас зонтика ограничивался всего двумя дротиками, поэтому она поднажала, возвращаясь к проверенным временем методам преследования.
— Ну право же, Алексия, что за язык! Ты выражаешься, как жена торговца рыбой! — крикнула ей вслед мисс Хисселпенни. — Что тут происходит? Вроде бы из твоего парасоля что-то вылетело? Как это неуместно с его стороны! Мне, должно быть, мерещится. Похоже, моя безграничная любовь к мистеру Танстеллу туманит мой взор.
Леди Маккон совершенно проигнорировала лучшую подругу. Несмотря на отталкивающую силу мумии, она бросилась вниз по лестнице с зонтом наизготовку, велев мисс Хисселпенни:
— Не путайся под ногами, Айви.
Анжелика споткнулась об одного из лежавших на полу членов стаи.
— Стой, где стоишь! — голосом заправского маджаха взревела леди Маккон.
Горничная вместе с мумией была уже почти в дверях, когда Алексия обрушилась на нее, яростно ткнув навершием парасоля. Анжелика застыла на месте, повернув голову к своей бывшей хозяйке. Ее большие фиалковые глаза широко раскрылись.
Леди Маккон адресовала ей натянутую быструю улыбку:
— Ну а теперь, дорогая, один раз тебе врезать или два?
Прежде чем француженка успела ответить, Алексия размахнулась и изо всех сил опустила парасоль ей на голову.
И горничная, и мумия упали.
— Судя по всему, одного раза вполне достаточно.
Стоявшая на лестничной площадке мисс Хисселпенни испустила короткий встревоженный крик, а потом прижала ладонь к губам.
— Алексия, — зашипела она, — как ты можешь вести себя так грубо? Напасть с парасолем на собственную горничную! Нельзя же так варварски наказывать слуг! Я имею в виду, мне кажется, она всегда безупречно тебя причесывала.
Леди Маккон снова проигнорировала подругу и ногой отпихнула мумию с дороги.
Айви снова ахнула:
— Да что же ты творишь? Это же памятник древней культуры. Ты же любишь всякие старинные вещи!
Леди Маккон прекрасно обошлась бы без таких комментариев, потому что у нее просто не было времени на угрызения совести, связанные с древней историей. От треклятой мумии было слишком много проблем. Оставить ее в покое значило создать кошмар государственного масштаба. Нет, она ни при каких условиях не имеет права на существование. И плевать на научные последствия.
Алексия проверила, дышит ли Анжелика, и выяснилось, что шпионка жива.
Лучше всего сейчас, решила леди Маккон, избавиться от мумии. Со всем прочим можно будет разобраться и позже.
Сопротивляясь отторжению, которое гнало ее прочь, как можно дальше от этого кошмарного артефакта, Алексия выволокла его на массивные каменные ступени парадного крыльца. Совершенно незачем подвергать опасности кого-то еще.
Мадам Лефу не снабдила парасоль ничем представляющим опасность именно для запредельных (если допустить, что подобная субстанция вообще существует), но Алексия была уверена: достаточное количество кислоты справится почти с чем угодно. Она раскрыла парасоль и взялась за навершие. Потом для пущей надежности повернула крошечный тумблер сразу под выключателем прерывающего поля до третьего щелчка. Шесть спиц зонта раскрылись, и мумию окутало облако тумана, оседавшего на высохшей коже и древних костях. Алексия покачала парасолем из стороны в сторону, чтобы жидкость хорошенько пропитала древние останки, а потом и вовсе пристроила его к мумии и отступила. Едко запахло кислотой, и Алексия отошла еще дальше. Потом в воздухе повисла вонь окончательно уничтоженных старых костей, напоминавшая одновременно о затхлом чердаке и медном запахе крови. Сила, которая отталкивала Алексию от мумии, начала ослабевать, а сама мумия постепенно распадалась, теряла всякое человекоподобие, превращаясь в комковатую коричневую жижу, из которой торчали обломки костей и клочки кожи.