Бездушная

Профессор Лайалл поднял тонкую бровь:
— Он, конечно, волен попробовать, но я бы не рекомендовал решать проблему подобным образом. Насколько мне помнится, лорд Маккон ни разу не проигрывал схваток, — тут он опустил глаза на Алексию. — Конечно, если не брать во внимание мисс Таработти.
Алексия улыбнулась ему:
— Вы можете уже не держать меня, профессор. Я совершенно проснулась и вполне устою на ногах. Моя маменька кого хочешь разбудит, она как стакан холодной воды.
Профессор Лайалл поставил ее на пол, и мисс Таработти почувствовала, что невольно солгала. Все тело ужасно болело, ноги отказывались служить, как положено, и она стала тяжело заваливаться на сторону.
Профессор Лайалл попытался подхватить ее, но не смог.
Рядом с Алексией возник Флут, который с величественной деловитостью хороших дворецких поймал ее под руку и не дал упасть.
— Спасибо, Флут, — сказала Алексия, с благодарностью прислонившись к нему.
Вернулись Фелисити и Ивлин, уже одетые как подобает, в хлопчатобумажные дневные платья. Они поспешно уселись на кожаный диван, чтобы никто не успел их прогнать.
Алексия огляделась по сторонам и заметила, что один из членов семьи по-прежнему отсутствует:
— А где же сквайр?
— Не твоего ума дела, мисси. Что происходит? Я требую немедленных объяснений, — настаивала, грозя пальцем, миссис Лунтвилл.
В тот же миг раздался уверенный стук в дверь. Флут вернул Алексию профессору Лайаллу и пошел открывать. Лайалл подвел мисс Таработти к креслу с подлокотниками, в которое она и опустилась с ностальгической улыбкой.
— Нас нет дома! — заорала миссис Лунтвилл вслед дворецкому. — Ни для кого!
— Для меня вы дома, мадам, — властно прозвучало в ответ.
И в комнату величаво вошла королева Англии — миниатюрная женщина средних лет, с достоинством несущая свои годы, которые, впрочем, были ей к лицу.
Флут вошел следом и потрясенно (Алексия и думать не могла, что их невозмутимый дворецкий может говорить с такими интонациями) провозгласил:
— Ее величество королева Виктория к мисс Таработти!
Миссис Лунтвилл упала в обморок.
Алексия подумала, что это и к лучшему и вообще ее маменька давно не совершала настолько разумных поступков. Флут открыл пузырек с нюхательными солями и пошел приводить хозяйку в чувство, но Алексия уверенно покачала головой. Потом она попыталась встать и сделать реверанс, но королева остановила ее движением руки:
— Никаких формальностей, мисс Таработти. Я же понимаю, что у вас была интересная ночь, — сказала она.
Мисс Таработти молча кивнула и вежливым жестом предложила королеве сесть. Ей стало стыдно за их семейную гостиную, которая сейчас казалась особенно тесной и запущенной, но ее королевское величество, похоже, ничего не заметила и расположилась на стуле из красного дерева, подвинув его так, чтобы сидеть спиной к лежащей без сознания миссис Лунтвилл.
Мисс Таработти повернулась к сестрам. Обе они лишь открывали и закрывали рты, как выброшенные на берег рыбы.
— Фелисити, Ивлин, выйдите, — довольно резко велела она.
Профессор Лайалл проводил девушек к дверям и собрался было последовать за ними, но королева быстро сказала:
— Останьтесь, профессор. Нам может понадобиться ваше компетентное мнение.
Флут плавно выскользнул из гостиной. Выражение его лица говорило, что он не допустит, чтобы кто-нибудь подслушал, что тут происходит… за исключением, быть может, его самого.
Королева посмотрела на Алексию долгим взглядом.
— Вы совсем не такая, как мне представлялось, — сказала она наконец.
Мисс Таработти воздержалась от слов «и вы тоже». Вместо этого она сказала:
— Значит, вы что-то знали обо мне?
— Милая девочка, вы — одна из немногих запредельных на земле Британии. Много лет назад мы одобрили прошение об иммиграции вашего отца. Нас проинформировали о вашем рождении. С тех пор мы с интересом наблюдали за вашим развитием. Мы даже подумывали вмешаться, когда все так запуталось между вами и лордом Макконом. И это тянулось достаточно долго. Я так понимаю, вы за него выйдете?
Алексия молча кивнула.
— Хорошо, мы это одобряем, — королева тоже кивнула с таким видом, будто каким-то образом приложила руку к такому исходу.
Профессор Лайалл сказал:
— Не все это одобряют.
Услышав это, королева в прямом смысле фыркнула:
— Считаться следует с нашим мнением, ведь так? Кормчий и деван — заслуживающие доверия советники, но они — именно советники, не более того. Ни в нашей империи, ни в одной из империй прошлого не существовало законов, напрямую запрещающих браки между запредельными и сверхъестественными. Да, кормчий сообщил нам, что традиции роя не разрешают подобных союзов, а поверья оборотней предостерегают от них, но мы требуем, чтобы это дело было улажено. Мы не позволим одному из лучших агентов БРП пребывать в смятении и желаем видеть эту юную леди замужем.
— Почему? — спросила Алексия, растерявшись оттого, что ее холостяцкий статус заботит саму королеву Англии.
— Есть причины. Вам ведь известно о Теневом совете? — ее величество сидела на жестком стуле так, как делают королевы, то есть позволив себе чуть-чуть расслабить плечи.
Алексия кивнула:
— Кормчий выступает в роли вашего официального советника от вампиров, а деван — от оборотней. Ходят слухи, что дальновидности в политике вы обязаны советам кормчего, а за военными успехами стоит девон.
— Алексия! — предупреждающе зарычал профессор Лайалл.
Королева, казалось, была скорее позабавлена, чем оскорблена. На некоторое время она даже отбросила свое царственное «мы»:
— Ну, я думаю, моим врагам нужно кого-то винить. От себя скажу, что эти двое бесценны, когда не грызутся между собой. Но есть и третья должность, которая уже очень давно остается незанятой. Так повелось еще до того, как я взошла на трон. Третий советник нужен, когда между первыми двумя возникают непримиримые противоречия.
Мисс Таработти нахмурилась:
— Это советник-призрак?
— Нет-нет. Этих у нас в Букингемском дворце предостаточно, и их не всегда удается заставить тихо себя вести. Уж конечно, ни в каком официальном качестве они нам не нужны. Даже форму толком держать не могут. Нет, кто нам нужен, так это маджах.
Алексия, казалось, ничего не поняла. Королева объяснила:
— Третьим членом Теневого совета традиционно бывает запредельный, маджах. Ваш отец отказался от этого поста, — она фыркнула. — Ох уж эти итальянцы! К тому же таких, как вы, стало недостаточно, чтобы выбирать маджаха голосованием, поэтому на эту должность теперь придется назначать. Но голосование все равно скорее формальность даже для девана и кормчего. Во всяком случае, это верно для всего времени моего царствования.